Человеческая оболчка (СИ) - Котаев Алексей

Люди, что попадались на пути, пристально вглядывались в юношу, по привычке нацепившего все свои теплые вещи. Кто-то бросал беглый взгляд, кто-то пристально таращился с полным недоумения лицом. Как город для Айзека, так и сам Айзек для местных жителей казался необычным и контрастным, на фоне всего вокруг. Длинный плащ и капюшон не могли скрыть того, что парень казался крепче остальных людей. Чуть выше, чуть шире. В целом такой же, но его аура делала его крупнее. Опыт жизни в смертельных условиях заставлял его держаться ровнее, и пусть ему было не комфортно от такого количества людей, он все же старался не показывать этого.

Большая площадь показалась перед ним, ровно на его пути к башне. Дан был прав, идя сюда — трудно промахнуться. Оглядевшись по сторонам, он моментально нашел людей, что выделялись из толпы, блестя пластиковой нагрудной броней. Трое крепких мужчин, явно больше местных и даже самого Айзека, разговаривали с группой мелких, тощих доходяг, одетых в бардовые плащи. Ни секунды не думая Айзек направился в их сторону. Репетируя то, что он скажет людям в броне, ведь от этого зависит множество жизней, в том числе и городов-поселений.

— Извините, мне бы поговорить с местным управителем, — робко, но громко сказал Айзек, подойди к ребятам в броне со спины, отчего те аж вздрогнули и резко обернулись. Айзек привлек внимание даже мимо проходивших людей, что ввело его в некоторый ступор.

— Че надо? — сказал самый крупный. Люди в багровых плащах начали таращиться на эту ситуацию своими выпученными глазами. Казалось, будто они живут в вечном удивлении и трепете, и от дрожи во всем теле при виде подобных людей они худеют и сутулятся, становясь еще меньше всех остальных. Даже для приезжего Айзека выглядели эти багровые плащи чудаковато.

— Эмм… — Айзек немного растерялся от такого обращения. — Из Пан Оптикума начали выгонять людей с детьми, рожденными естественным путем. Нужно им помочь.

— Да вы, блядь, издеваетесь, больные фанатики! — выругался порядчик. Стило только Айзеку произнести свои слова, как толпа багровых плащей взвыла на всю площадь, а мужики в броне достали свои дубинки. — Всех сейчас заберем, особенно этого здорового. Огроменный, просто, улов нарушителей спокойствия.

Ребята в плащах, несмотря на всю свою хрупкость начали разбегаться кто куда. Из-под развевающихся на бегу плащей было видно, что их одежда настолько легкая, что в ней будет холодно, даже в доме у печи или обогревателя.

— Пророк пришел и принес весть! — верещал истошно тот, что был ближе всех к бронированным, упав при этом на колени и протянув руки к вершине шпиля. — Потомки древних возвращаются в мир, грядет ВЕСНА!

От такого цирка Айзеку стало не по себе. Сборище каких-то шумных, непонятных людей окружало его. Суета и крики, пристальные взгляды местных, перешептывающихся на ходу. Он еле успевал ловить глазами происходящее. Все вокруг суетились сильнее, чем мыши у корней деревьев, чьи норы начали ковырять хищники. Мужики в броне было рванули ловить тех, кто убегает, но вскоре смекнули, что ошарашенного Айзека надо брать быстрее, и забирать вместе с безумцем, что стоит на коленях, пока люди не начали собираться вокруг. Один ударил дубиной орущего безумца по хребту, отчего щуплый мужичок тут же потерял сознание. Другой ударил Айзека, но тот успел развернуться и поймать дубинку предплечьем, кряхтя от внезапной боли.

— Вот это ты охренел, пацан! — сказал, тот что бил и замахнулся вновь. Удар пришелся по ноге, и Айзек повалился на твердый, спрессованный снег. Все трое тут же навалились на него, уложив на живот и ударив пару раз носом об землю, чтобы тот оказывал как можно меньше сопротивления. Теплая кровь маленьким ручейком полилась по лицу. Скинув с его рук варежки, бойцы связали пластиковой стяжкой его указательные пальцы. Руки оказались за спиной в очень неудобной позе, но как бы сильно Айзек ни старался освободиться — выходило плохо и лишь резало кожу. Подняв парня за подмышки, мужики начали толкать его в сторону домов, что находились на другом конце площади, так что все проходящие мимо люди глазели на него как на преступника, беря во внимание его окровавленное лицо. Смотрели пристально не только на Айзека, но и на мужичка в легкой одежде, которого нес на плече один из бойцов.

— Блядь, куда вы меня ведете? Что я того сделал-то? — брызгал затекающей в рот кровью Айзек, оставляя красные крапинки на сером снегу.

— Да завались ты, долбанный фанатик. Щас посидишь в клетке, остынешь немного. — ругался бронированный, явно запыхавшись от всего этого действа. — Где они тебя такого здорового взяли-то? Че, вот, твои дружки попрятались-то? Ща бы всех одним тросиком связали и стройным рядом отволокли для профилактики в отдел.

Здание, с решетками на окнах находилось недалеко от площади. Туда-то и провели Айзека, вместе с его новым приятелем. Пройдя по узким коридорам, мимо других людей, увешанных дубинками и пластиковой броней, юношу вывели в зал, половина которого была отгорожена решеткой. Камера временного заключения была набита разного рода подозрительными личностями и Айзек тут же понял, что к чему. Он пытался было объяснить, что произошла ошибка, но никто его даже не стал слушать.

Спящего похлопали по одежде и решили не ковыряться в его личных вещах, а вот Айзека обыскали по полной, сложив в коробку и маску, и шапку, и два ножа, что он прихватил из дома, и синий патрон, что дал Дан. Найдя оружие, припрятанное на поясе, представители правопорядка переглянулись. Видеть такое у гражданских было, как минимум странно. И это их не воодушевило. Мужчины начали шептаться, время от времени поглядывая на молодого парня.

— Ты понимаешь, что это такое? — спросил полушепотом один из мужчин у Айзека.

— Да. Это мое оружие.

— Где ты его взял?

— Дома.

— Где твой дом? Есть там еще оружие?

— Мой дом у подножья горы, рядом с поселением под названием Повал.

— Как ты попал сюда? Зачем носишь оружие, и как стал поклонистом древних?

— Я приехал на утреннем караване. И я никакой не поклонист. Я вообще у вас тут впервые! — начал надрываться Айзек, находясь, явно, не в восторге от ситуации. — Я же говорил, мне нужно встретиться с представителем власти или правления в этом городе! Это очень важно!

Ответа не последовало и одного в камеру завели, другого аккуратно занесли. Айзек стоял и окидывал взглядом людей, что сидели на скамье, стоявшей вдоль стены. Шестеро людей осматривали Айзека в ответ. Молодой охотник казался людям намного подозрительней, чем он считал сам.

— Поди сюда, снимем тебе пластик. — сказал лысый паренек, по-видимому, едва ли не младше Айзека. Он перекусил зубами стяжку, что соединяла пальцы и охотник вновь смог двигать руками, одна из которых уже ощутимо опухла от пойманного ранее удара. — Сам то откуда бушь?

— Живу рядом с Повалом. На юге отсюда. — Айзек тут же начал нащупывать свой нос, попутно отколупывая засохшую кровь с лица и вытирая свежую.

— Эт че, район новый у города, там же промзона начиналась? — пристально разглядывая Айзека продолжал свой расспрос лысый. — Ты сам-то, кем будешь?

— Ты специально на него нарываешься? Явно же понял, что он не местный. — прервала наигранный диалог девушка, что сидела в углу, на самом краю скамейки. — Ты, если продолжишь, то и этот настучит тебе по лысой голове и уйдет отсюда через час, а ты так и будешь сидеть и выть. Задолбал уже!

— Сука, да заткнись ты! — подскочил дерзкий паренек, собравшись было кинуться в сторону девушки, но Айзек смекнул, что происходит и преградил ему путь. Для него человек был не опаснее снежной собаки, но с непривычки внутри молодого охотника все сжималось, а сердце вдруг начало колотиться сильнее. Старик учил драться с людьми, но практиковаться никогда не получалось. Да и на ком? На стариках из Повала?

Айзек вновь оказался крупнее местного, и тот немного отшатнулся в сторону, сжав кулаки. И собрался он было кинуться на Айзека, доказывая свое сомнительное доминантное положение, как щуплый мужичек в красном плаще очнулся и заорал что есть мочи.