Балтийцы вступают в бой - Владимир Трибуц

В ходе оборонительных сражений под Ленинградом вырабатывались наиболее целесообразные формы связи и взаимопонимания между флотом и фронтом. К командующим артиллерией армии были прикомандированы для связи морские артиллеристы. Ввели единую документацию связи для командующих артиллерией армии и наших корректировочных постов. Эта организация взаимодействия сохранилась с небольшими изменениями до конца блокады.

ГЛАВА 5. НА БЛИЖНИХ ПОДСТУПАХ

Битва за город Ленина началась. Ладожская флотилия эвакуирует 26 тысяч бойцов. Подводники усиливают удары на подступах к Ленинграду. Части Ижорского сектора вступают в бой. На кингисеппском направлении опасно. Тяжелые бои 8–й армии. События на Карельском перешейке.

30 июля 1941 года гитлеровское командование издало директиву № 34 для наступающих войск, в которой обстановка на фронтах оценивалась иначе, нежели в первые недели войны. Основное внимание в директиве уделялось группе армий «Север», которой предписывалось усилить наступление на Ленинград, окружить его, соединившись с финскими войсками, и захватить как можно быстрее северную часть Эстонии, обороняемую войсками 10–го стрелкового корпуса 8–й армии и частями флота.

Для нового наступления немцы создали три крупные группировки. Северная — в составе 41–го и 38–го армейских корпусов и 4–й танковой группы — вела наступление на Ленинград из района Ивановское — Большой Сабек через Копорское плато. 56–й моторизованный корпус наступал вдоль шоссе Луга — Ленинград. Южная группа в составе 28–го и 1–го армейских корпусов пытались отрезать Ленинград с востока, перекрыв все сухопутные и железнодорожные коммуникации, связывающие его со страной. Одновременно наступали Юго — Восточная и Карельская финские армии. Противник имел значительное превосходство на земле и в воздухе. Незадолго перед наступлением врага 23 июля 1941 года командующий Северным фронтом разделил Лужскую оперативную группу на три самостоятельных участка — Кингисеппский (командующий генерал В. В, Семашко), Лужский (генерал А. Н. Астанин) и Восточный (генерал Ф. Н. Стариков) и подчинил их себе. В состав Кингисеппского участка вошли и части Лужского укрепленного сектора Балтийского флота. Этот участок укреплялся особенно серьезно, так как прорыв противника через Кингисепп грозил захватом прибрежной территории Ленинградской области, на которой находились многие части и авиация флота.

Готовились к решающему сражению за Ленинград и военные моряки. В связи с тем, что Военный совет флота продолжал находиться в Таллине и вынужден был все свое внимание сосредото чивать на его обороне, Народный комиссар ВМФ приказал организовать на базе управления военно — морских учебных заведений штаб морской обороны Ленинграда и Озерного района во главе с контр — адмиралом К. И. Самойловым и военкомом дивизионным комиссаром В. А. Лебедевым. Вначале морской обороной руководил непосредственно Нарком ВМФ, а с 16 июля 1941 года она была подчинена Военному совету Северного фронта. Фактически все задачи и распоряжения Самойлов получал из морского отдела, возглавляемого заместителем Наркома адмиралом И. С. Исаковым. Штаб форсировал развертывание Ладожской и Чудской военных флотилий, принимал меры к ускоренному вводу в действие недостроенных и ремонтирующихся кораблей для использования их в обороне города, выполнял и другую, нужную для обороны Ленинграда, работу.

…Наступление врага на Ленинград началось 31 июля. Мне сообщил об этом командир Кронштадтской военно — морской базы контр — адмирал В. И. Иванов.

— Финские войска перешли в решительное наступление по всему Карельскому перешейку, — доложил он. — Части Выборгского сектора береговой обороны поддерживают наши отходящие войска. (От города финнов отделяло более ста километров. — В. Т.)

Через неделю, закончив перегруппировку, фашисты начали наступать с плацдармов у Ивановского и Большого Сабека на Лужском направлении. Глядя на карту, можно было понять замысел немецкого командования: одновременное наступление на Ленинград с разных направлений, выход на рубеж реки Нева и соединение с финнами.

Бои разгорались на ближних подступах к Ленинграду почти одновременно на направлениях: красногвардейском — с 8 августа, луж- ско — ленинградском — новгородском, петрозаводском и на Карельском перешейке — с 8—10 августа. 5–6 августа началось наступление на территории Эстонии, а 7 августа — на побережье Нарвского залива у города Кунда.

Через два дня снова доложил В. И. Иванов:

— Положение наших войск на Карельском перешейке ухудшается, 19–й и 50–й стрелковые корпуса продолжают отступать на обоих флангах.

Учитывая затруднительное положение наших войск на северном берегу Ладожского озера, были приняты срочные меры к усилению боевого состава Ладожской флотилии за счет кораблей и авиации флота. Командующим флотилией 8 июля был назначен контр — адмирал П. А. Трайнин, человек с большим теоретическим и практическим опытом, вполне подготовленный для этого ответственного назначения. Флотилию оперативно подчинили Северному фронту, определив ей главную задачу: поддержка войск 19–го стрелкового корпуса. К сожалению, П. А. Трайнин 24 июля был ранен, в командование вступил капитан 1 ранга В. П. Боголепов, а затем был назначен капитан 1 ранга Б. В. Хорошхин. Ла дога — глубокий тыл Балтийского театра военных действий — стала его активным боевым участком.

Что же случилось на этом направлении?

Фашисты, располагавшие численным превосходством в людях и технике, прорвали на северо — восточном участке Ладожского озера оборону наших 168–й стрелковой и 198–й моторизованной дивизий 23–й армии. На направлении Питкяранта — Лахденпохья враг вышел к озеру, наши стрелковые дивизии оказались отрезанными и прижатыми к его северному побережью. Сражавшаяся в этом же районе 142–я стрелковая дивизия с боями отходила в район Кильпола. Войска оказались в исключительно трудном положении: кончались боезапас и продовольствие, много было раненых, только в 168–й дивизии 7–й армии их насчитывалось около трех тысяч. Окруженные части держались стойко и мужественно, но силы были неравны.

Военный совет фронта поставил перед Ладожской военной флотилией задачу — обеспечить фланги окруженных дивизий; создать на озере твердый и благоприятный оперативный режим, не допуская в районы нахождения наших войск катеров противника; эвакуировать все части и подразделения корпуса. Командующий флотилией капитан 1 ранга Б. В. Хорошхин разделил корабли на три группы, они действовали на флангах наших войск, осуществляя артиллерийскую поддержку, снабжение боезапасом, продовольствием, медикаментами, эвакуировали раненых, не допускали блокады районов боевых действий.

12 августа флотилия, получив приказ, приступила к эвакуации 142–й стрелковой и 198–й моторизованной дивизий. Были использованы девять транспортов, двенадцать барж с буксирами в обеспечении тральщиков. Вывозка красноармейцев и боевой техники производилась под ожесточенным огнем противника, делавшего неоднократные попытки форсировать пролив Меркатсимен — Са- ари, зайти в тыл нашим частям. Отряд катеров флотилии под командованием капитан — лейтенанта М. П. Рупышева и батальонного комиссара А. И. Федотова не позволил противнику сделать это. За мужество и отвагу, проявленные при обеспечении эвакуации, капитан — лейтенант М. П. Рупышев, батальонный комиссар А. И. Федотов, краснофлотец В. П. Кардаш первыми на Ладоге были награждены орденом Красного Знамени.

Враг прилагал отчаянные усилия, чтобы изолировать от мест погрузки хотя бы часть наших войск. На одном из участков ему это удалось — был отрезан полк. На помощь подошли две канонерские лодки и сторожевой корабль «Конструктор». Подавив огневые точки, они заставили противника отойти, затем, прорвавшись под прикрытием огня к берегу, сняли личный состав и на баржах вывезли боевую технику.

К 16 августа резко ухудшилась обстановка на участке 168–й стрелковой дивизии в районе Раута — Лахти. На ее эвакуацию было приказано переключить большую часть транспортных средств. Девят надцать кораблей, транспортов и буксиров с баржами под сильнейшим вражеским артиллерийско — минометным огнем вошли в узкую гавань Раута — Лахти, которую краснофлотцы назвали «бухтой смерти». Трое суток, день и ночь отражая удары катеров противника, ладожцы выполняли боевой приказ.

Участник этой операции командир морского охотника 201, ныне контр — адмирал П. С. Колесник, вспоминает: «Наступил рассвет. В глубине бухты между скал стал ярко выделяться зеленый луг, метрах в трехстах — домик, выкрашенный красной краской. Взглянув на луг, я не поверил своим глазам. Справа и слева от домика двигались наступающие цепи противника. Одновременно их увидел и пулеметчик старшина 1–й статьи П. Поляков. Впервые мы видели перед собой врага. Боевые расчеты пушек открыли губительный огонь. Орудие под командованием краснофлотца А. Мо- лодцова с первых же выстрелов разворотило домик, откуда вели огонь пулеметчики противника. И вот, вслед за последним буксиром с баржой, прикрывая их дымзавесой, вышел из бухты и наш М0–201….