Бег в золотом тумане - Руслан Белов

После краткого обсуждения маршрута экспедиции, мы пришли к решению, что возвращаться в Душанбе будем через Варзобское ущелье.

Дважды мозолить глаза жителям Сардаймионской долины и ментам на КПП нам не хотелось.

Суворова мы обязали дожидаться нас в зиддинской чайхане, конечном пункте пешей части нашего Золотого кольца. Перед тем, как "поселиться" в чайхане, он должен будет провести тщательную разведку обстановки от Душанбе до Зиддинского перевала и подготовить пути и варианты отхода.

Лешка с радостью согласился и тут же, войдя в роль Штирлица, выложил нам уже имеющиеся у него данные. Оказывается, сегодня утром он узнал от знакомого рыбака, что в Рамите нет армейского блок — поста, как и шлагбаума перед въездом в заповедник.

Проехав через него, водители притормаживали, запускали левую руку за сидение, нашаривали там припасенную бутылку портвейна и, раскрутив содержимое, водоворотом выливали в горло. Пассажиры, в основном это были буровики и проходчики, к этому времени давно уже были склонны к песнопениям и бурно выражали свой восторг по поводу присоединения шофера к их веселой компании.

— Все это хорошо, — выслушав Суворова, сказал я.

— Но давайте предположим, что есть там и блок-посты и шлагбаум. Кстати, они могут быть и по дороге в Рамит. Надо послать Юрку на разведку. На мотоцикле с удочкой, пусть половит рыбу. После его возвращения решим, как и когда ехать.

Через два дня все было готово. Закуплены продукты, заготовлено снаряжение. Правда, Сашку Кучкина мы не нашли, да и особо не искали и потому остались без карабина. В Шахринаусском садвинсовхозе Суворов задешево достал канистру коньячного спирта. Сергей принёс откуда-то два спальника. Большой мешок получили мы с Лейлой, второй, поменьше, туристический, был отдан Феде. Кстати, он оказался проворным малым. Притащил откуда-то два карбидных светильника и пару килограммов карбида. Житник нашел "Газ-66". Старенький, но хорошо сохранившийся.

Разведданные, собранные Юркой, мы обмозговали, и решили ехать в середине дня. Ночью в долине неспокойно, а утром на всех перекрестках пасётся местная милиция. Днем же, в самый пик жары, дорога пустует.

Мы упаковали продукты в два баула. Запаслись на две недели. Мои вещи решили поместить в большую черно-белую сумку. Остальным нашли рюкзаки. Обувь — сапоги резиновые и кирзовые. В запасе — кроссовки и ботинки. Сделали две удочки. Житник вооружился сачком для ловли бабочек.

Наша одежда и аксессуары должны были ввести в заблуждение всякого встречного в истинных мотивах путешествия. Моя идея — изобразить отдыхающих горожан, воплотилась в жизнь лишь благодаря Фредди. Он, видимо, мечтал о сачке с детства и рассчитывал в будущем отнять его у Житника. Лейле решено было закрыть лицо до глаз, потому что её красота могла привлечь нездоровый интерес кого бы то не было Но от этого она стала таинственной и ещё более красивой!

Перед дорогой мы присели и по старинному обычаю приняли на посошок.

Я налил каждому по двести граммов прекрасного марочного вина, также добытого Лешкой. Он бурно потребовал двойной дозы, и все с этим согласились.

Оставалось вспомнить какую-нибудь песню — например: " Смело, товарищи, ногу…" и бодро зашагать навстречу Неизвестности…

3. Поехали…

Машина, Газ-бб прибыла на час позже. За это время вино незаметно перекочевало из оплетенной трехлитровой бутыли в нашу кровь. Я видел, как Лёха страдал, но ничем не мог помочь!

Саид, водитель машины, был родом из Рамита. Он часто ездил в Душанбе и хорошо знал места, где "паслась" милиция. Парень поверил, что мы едем на недельку в верховья Сардай-Мионы, чтобы отдохнуть и вспомнить места, где я провёл своё детство и юность.

Лейлу ему представили, как мою супругу, отданную мне в жены её отцом за спасение от неминуемой гибели в Белуджистанской пустыне.

Это его вторая, любимая жена! — со значением сказал Федя. Первая осталась в Москве.

Лейла, согласно разработанному плану движения сквозь милицейские заслоны, сразу же устроилась в кабине. Наш улыбчивый красавец — шофер был этому рад несказанно. Он время от времени украдкой поглядывал на девушку, вызывая у меня чувства, очень похожие на ревность.

Не прошло и нескольких минут, как они оживленно принялись обсуждать климатические особенности Северного Ирана и положение современной женщины в постсоветском Таджикистане. Разговор велся на фарси, и меня это задевало…

— Хохотушка у него широкая, — с пониманием улыбнулся Серёга, перехватив мой косой взгляд. Смотри, не прозевай девчонку! Умыкнёт и фамилию твою не спросит!

Мельком увидев мою хмурую физиономию, Лейла поняла, какие чувства меня обуревают.

Она нежно взглянула в мои глаза, и я сразу успокоился.

Наконец мы тронулись! На скамейке у правого борта уселись Сергей и Юрка.

Напротив — мы с Федей. Между нами лежали рюкзаки, сумки, удочки и сачок.

Первый блок-пост был на Оржабадской развилке. Приблизившись, мы увидели двух милиционеров, пивших чай под тутовым деревом. На столе, рядом с облупленным фарфоровым чайником, лежали автоматы. Как и было задумано, Саид остановился сам. Сережка и я, не спеша, подошли, поздоровались и стали спрашивать, нет ли каких-нибудь запретов, и сможем ли мы проехать до Нагза.

— Зачем Нагз едешь? — подозрительно спросил один из милиционеров,

— Зачем в горы идут? Рыбка ловить, водка пить, — ответил я, коверкая слова. Там мой друг живет — Бабек. Давно в гости звал.

— Бабек? Маленький такой? — страж порядка показал ладонью рост, обидный даже для лилипута и засмеялся.

— Мой родственник.

Очень белый девочка любит, ха-ха-ха! Ладно, езжай. Там, на Ёсе стоят наши. Постовой жадный очень. Есть у тебя пятьдесят тысяч? Дай ему. Только мелкими бумажками. Крупные увидит, подумает, что богачи и все перевернет. Что хочет возьмет и назад отправит. Привет от меня передай. Скажи, что я — твой друг. Ахмедов моя фамилия. Откуда такой красивый девочка? — заинтересованно кивнул он в сторону кабины.

— Его жена, — одобрительно похлопал меня по плечу Сергей, — из Ирана привез, Хомейни — его тесть. Милиционер с недоверием посмотрел на меня, потом понимающе улыбнулся и махнул рукой на прощание,

Река Еся впадает в Кафирниган там, где широкая Гиссарская долина превращается в довольно узкое ущелье. Езды до нее было минут тридцать. Забравшись в кузов, мы рассовали предназначенную для взятки мелочь по ближним карманам, и с хмурым видом поехали знакомиться с местным Иваном Калитой.