Вожделенный мужчина - Алена Винтер

Он уехал на такси, которое через некоторое время остановилось возле современного многоэтажного дома на семьдесят первой улице. В тот вечер Габриэль больше никуда не выходил. Значит, здесь он и живет, подумала Клементина, осталось только узнать, в какой квартире. Каждый день она совершала подобные поездки, провожая его до дома. Если у Габриэля была назначена встреча с друзьями, она ехала за ним до ресторана. Однажды она стояла возле какого-то кафе и наблюдала за Габриэлем. Он кого-то ждал у входа. Через несколько минут из-за поворота появилась светловолосая девушка, бегущая ему навстречу. Смаргивая слезы, Клементина смотрела, как он целует ее.

На следующее утро она вылетела в Лондон. В Хитроу, глядя на встречавшего ее Уильяма, она поняла, какую допустила ошибку, не оставшись в ту печальную ночь с Габриэлем.

– Как прошел полет, солнышко? – ласково спросил муж, и Клементина, услышав любовь в его голосе, едва не расплакалась от жалости к себе и невозможности исправить ситуацию.

Клементина укладывала волосы, сидя перед зеркалом. Она смотрела на свое отражение, и ей нравилось то, что она видит. Косметологи всегда старались на славу для миссис Паркер. Она восхищалась своей свежей кожей и блестящими волосами. Сегодня должна была состояться встреча с Сержем, ее последним любовником, и она предвкушала удовольствие.

Уильям стоял рядом и смотрел, как она откровенно любуется собой.

– Я хочу ребенка, – сказал он.

Клементина замерла, услышав эту просьбу.

– У тебя больное сердце, – неуверенно начала она, но Уильям перебил ее:

– Но ведь рожать будешь ты, а не я! Мое сердце здесь ни при чем. Я хочу оставить свою компанию сыну или дочери.

Клементина молча глядела в пол. Она не хотела детей, но боялась сказать об этом Уильяму. Боялась его нового сердечного приступа, боялась, что он обидится, узнав о ее нежелании заводить ребенка. Уильям любил ее, и Клементина решила сделать все, чтобы это чувство никогда не угасло в нем. Он изменил ее, заставив поверить в нежные и искренние отношения. Да, у нее было много любовников, но лишь потому, что Уильям не мог угнаться за ее темпераментом. Если бы их сексуальная жизнь удовлетворяла ее, Клементина никогда не искала бы встреч с другими мужчинами.

– Я пью таблетки, – вздохнула она.

– Ну, так прекрати.

– Надо пройти обследование у гинеколога, посоветоваться с ним.

– Клементина, мы сделаем все, что нужно. Только, пожалуйста, не лишай меня этой радости, – быстро заговорил он, не давая ей вставить и слова.

Она с удивлением увидела, как его глаза заблестели от слез.

– Долго еще думаешь оставаться женой Паркера? – спросил Мартин.

– Всегда, – ответила Клементина.

Мартин приехал в Лондон специально для того, чтобы встретиться с Клементиной. Ему надоело ждать, когда банк перейдет в его руки, и он намерен был изменить сложившуюся ситуацию. Два года ожидания не входили в его планы.

– Не думал, что он так долго проживет. Вижу, ты хорошо заботишься о своем муже.

– Я собираюсь родить ему ребенка. Завтра еду к врачу, на консультацию.

У Мартина перехватило дыхание. Какой еще ребенок?! Клементина не может иметь детей. Она его ребенок, а дети не могут иметь детей!

– Не думал, что ты на это решишься, – он покачал головой.

– Мне двадцать восемь, и я хочу иметь детей, – улыбнулась она, видя, как потемнели глаза Мартина. Она поднялась и поцеловала его в щеку: – Ты завтра улетаешь?

Мартин кивнул.

– Приеду, чтобы попрощаться с тобой. – И она ушла.

Он смотрел ей в спину и чувствовал, что лоб его покрывается испариной, но взял себя в руки и постарался успокоиться. Надо заставить Клементину поверить, что он улетел в Нью-Йорк. Мартин вынул из кармана телефон и позвонил Стивену Хоупсу.

– Найди мне хорошего детектива в Лондоне, – попросил он, ничего не объясняя.

Мартин подождал, когда машина Клементины выедет за ворота, и прошел во двор. Поднявшись по небольшим ступенькам, он позвонил в дверь. Выглянул удивленный Уильям, но тут же улыбнулся.

– Мартин! – воскликнул он. – Ты же улетел неделю назад.

Мартин прошел в уютную гостиную и присел на светлый диван.

– Не работаешь сегодня? – вежливо спросил он.

– Как раз собирался уезжать, – Уильям поправил воротник пиджака.

Его насторожил визит Мартина. Их отношения никогда не были дружескими, скорее вежливо-официальными. Клементина редко рассказывала ему о своем дяде, детстве. Их жизнь казалась ему весьма таинственной, и Уильям даже предпринял попытки узнать побольше о семье Хаксли. Но у них была хорошая репутация, и ничто не вызывало подозрений. Единственное, что смущало Уильяма, так это конфликт, произошедший между женой и ее братом. Клементина не объясняла причины их ссоры, но было видно, что она очень страдает. Уильям даже просил ее смягчиться и встретиться с братом, но Клементина резко попросила его не вмешиваться. Узнав, что Габриэль Хаксли работает в «Кармайкл Индастрис», он набрался смелости и позвонил ему. Габриэль был вежлив до тех пор, пока Уильям не представился. Он категорически отказался от встречи и попросил больше его не беспокоить. Уильям не рассказывал Клементине об этом звонке, зная, что это не просто ее расстроит – она будет в бешенстве.

Сейчас он с опаской глядел на спокойного Мартина, чувствуя, что тот пришел к нему вовсе не из вежливости, не для того, чтобы просто поболтать. Не то чтобы Мартин ему не нравился, нет, он всегда был вежлив и обходителен. Но в его присутствии Уильям всегда ощущал себя жалкой марионеткой, с которой играют. Он чувствовал животную силу Мартина и знал, что, если она будет направлена против него, шансов устоять у него не окажется. Иногда, глядя на Клементину, он чувствовал, как холодный страх заполняет его душу, потому что в ней ощущалось то же самое властное начало. Инстинкты брали верх над ее воспитанностью и умело культивируемой женственностью. Тогда Уильям с ужасом наблюдал превращение потрясающе мягкой и нежной женщины в жестокого и коварного хищника. В эти моменты он старался исчезнуть из ее поля зрения, появляясь лишь тогда, когда она снова становилась той, которую он так горячо любил.

– Что предложить тебе выпить? – Уильям посмотрел на холеные руки Мартина.

Несмотря на свой возраст, он выглядел молодо. Загорелое, без единой морщинки, лицо, спортивная гибкая фигура, гордая осанка, в общем, они выглядели почти ровесниками, несмотря на то, что одному было почти шестьдесят, а другому – лишь сорок с небольшим.

– Все, что угодно, только не кофе, – улыбнулся Мартин, обнажив ровные зубы.

Уильям принес два стакана минеральной воды.