Осенние визиты - Сергей Лукьяненко

— Тише сделай! — крикнул он в комнату.

— Иди сюда! — так же громко ответил Слава.

Не разуваясь, Ярослав прошел на голос.

Шли новости. Показывали какой-то дом, с полуобвалившимся, словно снесенным чудовищным ударом, углом. Его окружал милицейский кордон, пожарные машины, спасатели в белых комбинезонах.

Потом мелькнуло профессионально-соболезнующее лицо, едва не вгрызающееся в микрофон.

— Говорить о террористическом акте пока преждевременно. Скорее всего причиной взрыва стала неисправность газового оборудования. Семеро погибших, включая одного ребенка, трое пострадавших, доставленных в больницу — вот неполный итог этого трагического…

— Шакал, — с ненавистью сказал Ярослав. — Трупоед.

— Любишь журналюг, — ухмыльнулся Слава.

— Обожаю.

— Миллионы газовых плит, которые советская власть считала едва ли не главным своим достижением, — скороговоркой продолжал репортер, — стали бомбами замедленного действия в домах москвичей…

— А иных городов кроме Москвы в природе не существует, — Слава тихо, зло засмеялся. — Стоило бы еще упрекнуть лампочки Ильича, которые иногда лопаются.

— Зачем ты смотришь это дерьмо? — Ярослав прошел к телевизору, щелкнул выключателем. Возбужденное лицо репортера сжалось в точку, исчезая.

— В этом доме жил один из Визитеров. Старичок-профессор, — Слава не сделал попытки подняться из кресла.

Ярослав помедлил, прежде чем спросить:

— Минус один?

— Нет. Я не чувствую, что он ушел. Видимо, старику повезло.

— А кто… и как?

— Как это сделано? Очень просто. Открытые газовые краны и костерок в углу. Объемный взрыв, малоприятная штука. А вот кто…

Слава развел руками.

— Не знаю, Ярик. Я не ожидал таких быстрых действий. Знаешь, включил бы ты телевизор…

Все же он сказал это слишком поздно, чтобы они успели увидеть женщину на окровавленной кухне. Зато они узнали прогноз по различным районам Москвы, кое-что о погоде в Санкт-Петербурге, и совсем чуть-чуть о температурах в провинции.

— Вот билеты, — Ярослав кинул розовые бумажки на стол. — Поезд через три часа. Давай поедим.

Слава кивнул.

— Что с тобой?

— Семеро.

Ярослав не сразу понял:

— Ты о погибших?

— Да. Обычно Визитеры не действуют так грязно.

— Обычно? — Ярослав шагнул к нему. — Что ты об этом знаешь? Где и когда они действовали?

Слава покачал головой.

— Это просто фраза. Успокойся. Я не знаю истины… ведь и ты никогда не стремился ее узнать.

…За три тысячи километров от них Аркадий Львович молча смотрел в экран старого черно-белого телевизора. Новости уже кончились, шел рекламный блок.

Его двойник разжигал печку. Маленький дачный домик был выстужен насквозь, и вряд ли эта жалкая пародия на «буржуйку» могла его согреть.

— Ребенок — это, наверное, Леночка, — сказал Аркадий Львович. — Дочка Зинаиды Романовны.

— Да, наверное, — двойник с кряхтением сел на корточки. Попытался переломить трухлявую доску, не смог, покачал головой и принялся всовывать ее в печку.

— Кто это сделал? — прошептал Аркадий Львович. — А?

— Тот, с кем я пытался разговаривать по телефону, — старик прижал к лицу грязные ладони. — Но кто он…

— Может быть, наемник?

Худые плечи дрогнули.

— Не знаю. Понимаешь… он словно был одним из нас. Но я не знаю о нем.

— Такое бывало прежде? — в Аркадии Львовиче проснулся какой-то сухой, академический интерес. Это позволяло забыть о доме, превратившемся в бетонное крошево, о тех, с кем он привык здороваться на лестнице.

— Н-не совсем. Был случай, когда одного Посланника долго не могли вычислить. Он как бы… самоорганизовался. Появился без должных оснований. Но он никогда не действовал такими методами.

— Ты что-то темнишь.

— Почему же? Просто ты не должен в него верить — ни как атеист, ни как еврей.

— О, господи…

— Поздновато вспомнил.

— И кто же победил… тогда?

— Неужели не понятно? Христианство возникло вопреки всем законам общества, бывшего две тысячи лет назад.

Аркадий Львович молча отошел в угол, лег на железную койку, застеленную старыми одеялами. Он не снимал пальто, здесь было очень сыро. По запотевшему стеклу чертили дорожки редкие капли, сбиваясь на подоконнике в прозрачную кляксу.

— Слушай, мне надо как-то тебя звать, — сказал он.

— Визард.

— Что?

— Визард. Колдун. Это созвучно именам двух других Посланников.

— Ты и вправду умеешь колдовать, Визард?

— Немного.

— Скажи, они найдут нас здесь?

— Не раньше следующего утра. Знание приходит ночью, так уж повелось.

13

В тот миг, когда Илья Карамазов убил его мать, Кирилл ничего не почувствовал. Он все же рванулся на ее крик, рванулся внутрь, в квартиру — но Визитер схватил его за плечо, оттаскивая в подъезд.

Это был лишь миг — тот, ожидаемый, Ильей поступок, который он должен был совершить, который стал бы его последней ошибкой. Дальше был лишь страх.

Они бежали вниз, отталкивая друг друга на поворотах — а сверху доносился чей-то топот. Кирилл чуть отстал и краем глаза успел заметить серый силуэт на два пролета выше. Потом что-то взвизгнуло над плечом, и время словно замедлилось — он увидел неглубокую борозду в стене, оставленную пулей.

Его хотели убить. Даже не Визитера — его…

Кирилл вылетел из подъезда, спотыкаясь, едва не падая. Страх придал ему силы — он догнал Визитера, который остановился, приплясывая за дверью.

— Направо! — крикнул Визитер, вновь срываясь с места.

Кирилл побежал, слишком поздно сообразив, что его двойник свернул влево. Они разделились мгновенно и с каждым мгновением удалялись все дальше друг от друга. На бегу Кирилл попытался представить, куда бежит Визитер — но почти сразу отказался от этой попытки. Слишком много было вариантов. Сейчас тот уже мог добежать до площади Борьбы, сесть в трамвай, или рвануть к метро… Кирилл не представлял, как бы он поступил сам — значит и Визитер поступит совершенно случайно.

Мальчишка свернул у транспортного института, побежал, лавируя между прохожими, медленно замедляя бег, понимая — убийца не станет преследовать его на улице. Не идиот же, его заметят, кто-нибудь вызовет милицию…

Он все же обернулся, пытаясь узнать в идущих следом ту серую тень, что протягивала к нему руку с пистолетом. Никого похожего. Он убежал.

БЕГИ, КИРИЛЛ!

Его обдало холодом, когда он вспомнил крик мамы. Кирилл стиснул кулаки, остановился, борясь с желанием вернуться. Да нет, убийце был нужен Визитер — ну, и он, может быть.