Приходи на Паддингтонскую ярмарку (ЛП) - Смит Дерек

– В случае Котола, нет,– улыбнулся Вимисс. – Но думаю, мы обнаружим, что костюмерша мисс Кристофер имеет более объективное представление о своей патронессе.

                                       ***

Мэгги Бойд прямо заявила:

– Нет, мне не нравилась мисс Кристофер. Мало кому из женщин она нравилась.

– А мужчинам?– поинтересовался Касл.

Яркие глаза-бусинки Мэгги цинично вспыхнули:

– Они к ней тянулись, а она их использовала.

–И?

– Они ничего для нее не значили. Она не любила никого, кроме себя.

– А Майкла Трента?

Мэгги передернула мясистыми плечами:

– Возможно. Между ними была какая-то связь – я никогда не могла понять в точности. Но она всегда обращалась к нему, когда что-то ее беспокоило. Как и в тот день.

– Расскажите о том дне,– попросил Касл.

Мэгги скрестила руки на груди:

–Я не сплетница. Но сейчас мисс Кристофер не поможет, если я сохраню ее тайны... Что-то произошло во время первого акта. Мисс Лесли вернулась в уборную бледная, как привидение, и вся дрожала. Она не сказала, что ее расстроило. Но пробормотала что-то о мужчине в одной из лож.

Касл мрачно перелистал бумаги. Он уже знал, что появление Ричарда Мервена стало для Лесли шоком. Новость явно устарела.

Мэгги продолжала:

– Я пошла за кулисы вместе с мисс Лесли. Мистер Трент был там со своим костюмером, ожидая выхода на сцену.

– Во втором акте?

– Да. Мисс Валентайн и мистер Дензил уже были на сцене.

– Помню,– проворчал Касл. – Продолжайте.

– Как я говорю, мы четверо ждали за кулисами. Мисс Лесли обратилась к мистеру Тренту и сказала, что должна с ним поговорить. Это походило на крик о помощи.

– О?– Старший инспектор заинтересовался. – И как отреагировал Трент?

Мэгги неодобрительно скривила губы:

– Он попытался отговорить ее – сослался, что там находились мы с Беном. Сказал какую-то глупость на французском. Что-то, дескать, «не при детях». Но он не смог успокоить мисс Лесли. Она сказала: «Майкл, ты не понимаешь! Он там... смотрит... ждет...»

Из горла Мэгги словно послышался умоляющий голос Лесли.

Кто-то резко двинулся.

– А мистер Трент... он понял?– тихо спросил Касл.

Мэгги Бойд нахмурилась:

– Он не ответил. Но я думаю, он знал, что имела в виду мисс Лесли.

                                       ***

– Ну что, джентльмены, мое предположение оказалось диким?– удовлетворенно проворчал Касл.

Мэгги Бойд ушла. Следователи были одни.

– Я не уверен... – с сомнением начал Вимисс.

– Лесли Кристофер,– перебил Касл,– явно имела в виду Ричарда Мервена. Таким образом, Трент, должно быть, знал о нем все: и про грабеж также. Думаю, очень вероятно, что Трент был тем мужчиной, который помог девушке избавиться от Мервена, ударив его в ее квартире.

– Это все – догадки,– слабо возразил Вимисс. – Но если вы правы,– он вытянул руку вперед,– тогда у Трента был мотив для убийства.

Касл кивнул:

– Сходя с ума от страха и ревности, Лесли могла его выдать. В момент отчаяния или паники она могла прийти к нам. Трент должен был заткнуть ей рот.

Вимисс кашлянул:

– Это – всего лишь теория,– напомнил он своему начальнику. – Мы не можем это доказать. – Конечно,– добавил он,– мы все-таки должны расспросить мисс Валентайн. Она может нам помочь.

Стивен Касл скептически улыбнулся:

– Может. Но не думаю, что станет. Если она любит Майкла Трента, то не станет затягивать веревку у него на шее.

                                       ***

Как и боялся старший инспектор, разговор оказался бесполезным, хотя Пенни Валентайн совершенно откровенно ответила на все его вопросы о своих перемещениях. Она согласилась, что у нее была пара возможностей манипулировать патронами, но спокойно, без признаков возмущения, гнева или страха, отрицала, что так сделала.

Касл попытался расспросить ее о Майкле Тренте, но тут уперся в стену. Когда он начал делать неуклюжие намеки на ее отношения с актером, глаза девушки вспыхнули, но она не дала прямого ответа.

Касл начал нервничать:

– Послушайте, леди, вы вообще не помогаете мне,– горько заявил он.

Ответ Пенни прозвучал совершенно спокойно:

– Я не обязана отвечать на ваши вопросы. Вы это знаете не хуже меня.

– Если вы не отвечаете,– кипятился Касл,– то не можете обвинить нас в том, что мы станем вас подозревать.

– Делайте, что хотите. Я люблю Майкла Трента. Не буду этого отрицать. Что касается остального,– внезапно на щеках у нее появились ямочки,– вам придется включить собственное воображение.

– Очень хорошо,– решительно сказал Касл. – Можете вернуться в гардеробную. Позже я попрошу вас подписать заявление. И возможно, скоро захочу поговорить с вами снова.

Пенни ушла, бросив быструю улыбку Лоуренсу.

Молодой человек спокойно произнес:

– Оставьте Пенни мне, Стив. Думаю, я завоевал ее доверие.

Касл уставился в пол:

– Конечно, а я – всего лишь неуклюжий полицейский. Вы это хотите сказать?

– Нет,– усмехнулся Лоуренс. – Но я могу свободно ходить среди этих людей, не скованный ни правилами, ни нормами. Могу подружиться с ними, завоевать их доверие. А вы не можете.

Касл почесал переносицу:

– Эта девица Валентайн может заговорить с вами,– признал он. – Если она это сделает,– он пошевелил ладонью,– спросите ее, что произошло в уборной Трента во время антракта после второго акта.

Лоуренс кивнул.

Вимисс откашлялся:

– Трент может быть нашим подозреваемым номер один. Но мы не должны упускать из виду остальных.

– Вы правы,– прорычал Касл. – У каждого человека за кулисами был шанс заменить патроны на боевые. Мы должны будем составить график перемещений всех на время, начиная с сигнала получасовой готовности... – Он не закончил фразу и тяжело вздохнул: – Ладно, давайте приступим!

                                       ***

Впоследствии Стивен Касл вспоминал эти допросы как кошмарный ряд лиц, по большей части невнятных и неразличимых. Некоторые чуть выделялись: Джун Мерритт, простенькая и полненькая, с выражением удивления на потрясенном лице, коридорный Билли, юный и напуганный, но все-таки в радостном возбуждении, и другие. Но, главным образом, они были просто лицами: некими структурами из плоти, имеющими рты, откуда извергались бессмысленные слова.

Усталый старший инспектор зевнул, глядя на скопившуюся груду заявлений. Все они были старательно восстановлены по стенограммам, прочитаны авторами, а затем подписаны и засвидетельствованы.

Наконец, Лоуренс потянулся и зевнул:

– Воспользуюсь-ка я своим статусом любителя. Пойду домой спать.

Касл взглянул на часы:

– Да, уже поздно. Хочу последовать вашему примеру. Что думаете, Вимисс? Можем ли мы сделать что-то еще сегодня вечером?

Детектив-инспектор покачал головой:

– Не думаю, сэр.

– Тогда...

Кто-то постучал в дверь актерского фойе.

–Войдите... – крикнул Касл. – О, это вы, мистер Фрайерн. Вы выглядите обеспокоенным. Надеюсь, ничего не случилось?

Директор говорил рваными фразами:

–Да... Нет... Простите, джентльмены, если я выгляжу глупо. У меня было тяжелое время. Ваше решение закрыть театр означало, что мы должны были отправить назад владельцев билетов. И еще репортеры...

– О Боже, да,– воскликнул Касл с необычным для него сочувствием. – Я и забыл про них. Надеюсь, они не создали вам проблем.

– Я... я зачитал им заявление, которое вы одобрили. Боюсь, их это не удовлетворило.

– Черти бы их побрал!– проворчал старший инспектор. Он улыбнулся: – Не стоит унывать, сэр. Скоро откроетесь. И эта шумиха пойдет вам только на пользу.

Виктор Фрайерн просто сказал:

– Рост доходов не сможет компенсировать потерю очень дорогого друга.

– Вы правы, конечно,– мрачно согласился Касл и добавил, извиняясь: – Наверное, работа делает меня черствым. Кх- гмм! У вас есть сторож?

– Да. Уже пришел.