Каменное сердце. Терновое сердце - Елена Михалёва

процессия показалась у подножия холма. Десяток всадников миновали площадь. Первым, чуть опережая остальных, ехал принц Нордвуда в охотничьих одеждах. За ним следовал сам король, Бариан Мейхарт, рядом с капитаном стражи. За ними вереницей скакали остальные стражники и несколько местных вельмож, умевших обращаться с оружием.

– Гвин! Хвала пресветлым силам, вы живы! – радостно воскликнул Кевендил Мейхарт.

Он слез с коня и бросился к ней. Прежде чем женщина успела раскрыть рот, принц заключил ее в крепкие объятия.

– Ох, Гвин, простите! Простите меня! – Он отстранился. – Простите меня, моя леди, умоляю! Я клянусь, что ужасно сожалею! Я не должен был отпускать вас одну! Когда лошадь вернулась без вас, я чуть с ума не сошел. Места себе не находил. А потом посреди ночи она начала биться в стойле, точно взбесилась. И тогда мы увидели яркую вспышку белого света над лесом и…

– Со мной все в порядке. – Гвин осторожно высвободилась из объятий. – Я жива. Мертвецы разбежались, но главную нежить удалось упокоить. Новых умертвий в Нордвуде не будет. Со старыми я постепенно разберусь.

Прибывшая процессия выразила ликование. Все, кроме короля. Бариан Мейхарт лишь сдержанно улыбнулся Гвин. Он коротко кивнул и вперил взгляд в неподвижно стоящего мужчину. Смутно знакомый человек в одежде простолюдина. Темноволосый и высокий. Монарх старался припомнить, у кого он уже видел такие странные золотисто-карие глаза.

– И все равно, – Кевендил тем временем снял с себя теплый плащ и спешно накинул на плечи Гвин, – я не должен был отпускать свою супругу одну против ужасной…

– Супругу? – Изумленный голос Ивроса заставил женщину напрячься. – Гвинейн… Мейхарт, значит?

Теперь он смотрел только на нее. Смотрел так, будто она была зашедшей в его владения лошадью, на которой он обнаружил клеймо злейшего врага. Да. Тавро. Лошадиное клеймо, что передавалось по наследству. Вот чем была для него фамилия Мейхарт.

– Кто это? – холодно осведомился король.

– Иврос Норлан. – Адептка проговорила тоном судьи во время вынесения приговора: – Сын Ашады Норлан. Он помог мне упокоить нежить. Без него я бы не справилась.

Она не сводила глаз с короля. Но Бариан Мейхарт оставался невозмутим. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Монарх выглядел даже чересчур спокойным.

– Полагаю, этот человек заслужил награду, – наконец, сухо произнес Бариан Мейхарт.

– Мы могли бы даровать ему титул при дворе. – На лице Кевендила расцвела вежливая улыбка. – Тот, кто помог моей любимой супруге в таком нелегком деле, заслуживает почестей. Правда, отец?

Взгляды адептки и колдуна схлестнулись на мгновение. Он посмотрел на нее, не скрывая гнева. Она старалась держаться невозмутимо. Чтобы ничем не выдать внутреннего смятения.

– Не трудитесь, – первым ответил Иврос. – В том нет нужды. Я ухожу. Счастливо оставаться.

Он прошел мимо Гвин и Кевендила, миновал короля и двинулся вниз по дороге с холма уверенными быстрыми шагами.

– Ив! – вдруг крикнула адептка, когда он уже почти достиг города.

Она сделала шаг за ним, но замерла на месте.

Иврос даже не обернулся.

– В чем дело, моя леди? – спросил Кевендил. Как всегда, мягкий и скучный, как пенка на кипяченом молоке.

– Хотела еще раз сказать спасибо за помощь, – соврала Гвин. И, прежде чем кто-то спросил еще о чем-то, добавила: – Нам тоже пора домой. Я ужасно устала и хочу привести себя в порядок.

– Конечно. – Кевендил помог ей сесть в седло. – Едем домой. Вам нужно отдохнуть, моя милая. А потом расскажете нам обо всем, что произошло.

– О да, – задумчиво произнесла Гвин, разворачивая Пуговку, – нам всем будет что рассказать.

Она бросила мимолетный взгляд на бесстрастного короля. Он вроде бы слегка побледнел и губы сжимал крепче обычного. Или Гвин это только показалось?

Вывод она сделать не успела. Внимание привлекла большая фигура, что прыжками бежала через поле. Кажется, черного медведя никто не заметил с холма, потому как взоры были прикованы к ней одной. Впрочем, Гвин сочла, что это к лучшему.

Она еще раз мельком взглянула в сторону поля. Медведь бежал к лесу. Гвин не успела рассмотреть, как он добрался до деревьев, потому как лес был слишком далеко, а королевская процессия уже двинулась в обратную дорогу.

Над руинами с карканьем пролетела ворона. Будто норовила оскорбить своим скрипучим криком. Гвин подумала, что заслужила это оскорбление в полной мере. Она поступила в точности как его мать. И оставила его одного. В ненавистном обличье зверя.

Гвинейн Гарана всегда считала себя человеком рациональным и бесстрастным. Порою даже безразличным. Она твердила, что сама выбирает узы, не привязывается ни к кому и избегает лишних взаимных обязательств. Мысленно адептка объясняла себе, что ни в чем не виновата. Все это лишь недоразумение. Результат недомолвок. И единственная ее вина лишь в том, что она не стала открываться совершенно чужому человеку. Однако ее каменное сердце почему-то ныло от боли.

Эпилог

Так сложилось, что связанные с огнем обряды были любимыми обрядами Гвин. Впрочем, как и сама энергия этой стихии. Жаркая, неистовая и самая отзывчивая. Огонь откликался на зов куда охотнее, чем земная твердь. Был послушнее, чем воздух. Сильнее, чем вода. И уж точно встречался куда чаще, чем все прочие силы. Не говоря уже о том, что света и пламени боялись все темные создания. Огнем можно как исцелить, так и лишить жизни практически любое существо. И без него людское жилище теряло смысл слова «дом», где тебя ждет тепло, уютная постель и горячая еда. А еще огонь служил самым зрелищным инструментом любого заклинателя. Неудивительно. Очищающие обряды такого толка никого не оставят равнодушным.

За какие-то две недели Гвин объехала все деревни и усадьбы Нордвуда в сопровождении мужа и пятерки верных стражников. Она творила охранные чары, оставляла руны, настои и амулеты для жителей. Терпеливо выслушивала селян. Помогала. Однажды даже приняла роды у женщины, которая ждала двойню. По пути адептка выискивала гнезда мертвецов и уничтожала их вместе с обитателями. Естественно, огнем. Слух о новой прекрасной принцессе, что изгоняет из Нордвуда зло, быстро разлетелся по королевству и окрестным землям. Гвинейн Мейхарт снискала всеобщую любовь, прежде чем вернулась в Высокий Очаг из маленькой поездки. Однако отдыхать адептка не планировала.

По ее просьбе король выделил ей отдельную башню. Там Гвин разместила собственный аванпост – чародейские комнаты. Обитатели замка с любопытством наблюдали за тем, как туда поднимают огромный перегонный аппарат, что она купила у местного трактирщика. Туда же отправились котлы, реторты, бутыли, собранные по пути осенние травы и коренья, а также уйма мебели. Из королевской библиотеки адептка выудила несколько интересных, на ее взгляд,