Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира - Федор Ибатович Раззаков

комсомольских рядов. К началу 1964 года в милиции оказалось 12 тысяч направленцев из этих структур. При В. Тикунове в 1965 году были вновь воссозданы упраздненные в 1956 году политорганы в милиции. Таким образом, в отличие, скажем, от пропагандистской кампании 1956 года, когда власть также пыталась поднять престиж органов МВД в глазах народа, мероприятия начала 60-х пошли гораздо дальше в своем идеологическом развитии. И надо честно признать, это не замедлило сказаться и на состоянии преступности в стране: рост ее был остановлен. На раскрытие особо опасных преступлений выделялись лучшие силы, и раскрываемость подобных преступлений тогда была достаточно высокой. На улицы городов пришли спокойствие и мир. И когда, к примеру, в Москве в начале 60-х на пороге своей школы в Сивцевом Вражке убили ударом ножа десятиклассника, это всколыхнуло не только всю Москву, но дошло и до высших руководителей государства. Убийство средь бела дня было столь вызывающим и дерзким, что привлекло к себе огромное внимание.

Самым громким преступлением, без сомнения, стало дело о 26-летнем убийце Владимире Ионесяне, совершившем серию зверских убийств и ограблений в Москве и области в начале 60-х годов. В народе это дело получило название «Мосгаз».

«Мосгаз» и первые террористические акты

Дело «Мосгаз». Убийства в Свердловске. Похищение «Святого Луки». Теракты 60‐х. Массовый расстрел в Курске

В 1963 году в Москве объявился жестокий убийца-маньяк, слава о котором живет до сих пор. У этого душегуба были имя и фамилия, но в народной памяти он запечатлелся под прозвищем «Мосгаз», поскольку входил в дома своих жертв именно под видом работника этой организации. Речь идет о Владимире Ионесяне.

Он родился 27 августа 1937 года в Тбилиси в обычной семье и с малых лет был окружен особым вниманием. Родители, угадывая в нем артистический талант, сделали все возможное, чтобы их ребенок получил необходимое образование. Для этого сына освободили даже от службы в армии, только бы он достиг желаемых высот на оперной сцене. Между тем отец одаренного мальчика за торговые махинации был осужден на 7 лет тюрьмы. Ребенок остался без отцовского внимания. Связавшись с блатными товарищами, вскоре совершил неудачную кражу и был судим. Суд, учитывая его возраст, приговорил Ионесяна к пяти годам условно. Далее заглянем в Википедию:

«В 1959 году Ионесяна призвали в армию, так как он, учась тогда в консерватории, вынужден был бросить обучение из-за, как он сказал на допросе, «чисто нервной болезни». Когда он пришёл в военкомат на освидетельствование, его отправили на обследование в первую больницу Тбилиси, где врачи дали заключение, что он не может служить. Он принёс соответствующие документы в военкомат, где некий человек, по его словам, уничтожил их, а самого Ионесяна привлекли за уклонение от воинской повинности. Его приговорили к двум с половиной годам тюрьмы (по ст. 68 УК РСФСР). На суде он пытался доказать свою невиновность, но человека, который порвал его справки, в суд почему-то не вызвали.

По другой версии биографии, Ионесян получил первый срок как раз за уклонение от воинской обязанности после школы (в чём активно помогали родители), так как считал, что служба в армии погубит его вокальный талант, и этот срок составил всё те же два года. Пока он их отбывал, арестовали его отца.

Есть также третья версия биографии Ионесяна, изложенная в «Комсомольской правде», которая привела отрывки из записей допроса Ионесяна: по ним первый срок он всё-таки получил за уклонение от воинской обязанности в 1959 году – о судимости 1954 года в этих выдержках ничего не говорится.

После суда Ионесяна отправили в лагерь облегчённого типа в Гори. Там он хорошо себя вёл и даже работал культоргом, из-за чего его иногда отпускали в город. Во время одного увольнения Ионесян не вернулся в лагерь, так как, не сдержавшись на нервной почве, приехал домой. После этого его заключение заменили на один год принудительных работ и вскоре освободили. После освобождения Ионесяна вновь призвали в армию и опять направили в центральный неврологический диспансер, где выдали заключение, что он нервнобольной и не может служить. После этого он, наконец, получил военный билет.

Через какое-то время он женился на выпускнице Тбилисской консерватории по имени Медея, и у него родился сын. Не сумев найти хорошо оплачиваемой работы, решился пойти на групповую кражу. На этот раз суд, учитывая его возраст и семейное положение, дал ему 5 лет условно. По просьбе жены, которая хотела оградить его от общения с друзьями-подельниками, Ионесян с семьёй переехал в Оренбург, где стал работать солистом-тенором (по другой версии – концертмейстером) в местном Театре музыкальной комедии. В ноябре 1963 года в театр из Казани приехал на работу некий художник с женой, которая, в свою очередь, позвала с собой из Казани балерину Алевтину Николаевну Дмитриеву (род. в 1942). Супруги и Дмитриева поселились рядом с семьёй Ионесян, и у Владимира с Алевтиной начался роман. Однако дирекция театра была недовольна работой Дмитриевой, ей объявили, что для театра она не подходит, и что ей ещё нужно учиться танцевать. Как пояснил на допросе Ионесян, для неё это было серьёзным ударом, и он решил помочь, как он выражался, «очень хорошему человеку во всех смыслах» и предложил вместе с ним поехать в Иваново, где у него жил приятель, до этого бывший режиссёром Оренбургского театра оперетты.

Ради Дмитриевой Ионесян решился бросить жену и ребёнка и без спроса покинуть рабочее место. Но поскольку Дмитриева была не очень им заинтересована, то он, чтобы уговорить её на переезд, соврал, что работает в КГБ и с помощью своих связей сделает её примой Большого театра. Но в Иваново у них ничего не вышло, и любовники решили отправиться в Москву. Для этого Владимир сказал Алевтине, что в Москве их ждёт наследство, которое ему оставил умерший в Германии дядя. В Москве они сняли квартиру на 2-й Мещанской улице возле Рижского вокзала у пенсионерки, с которой познакомились в первые часы приезда в столицу (пенсионерку звали Акулина Коренкова. – Ф. Р.). Однако средств на жизнь не хватало – Дмитриеву не взяли ни в один из столичных театров, – и Ионесян решил добыть деньги грабежом. Алевтине он опять соврал, что получил повышение по службе и вынужден будет часто уезжать «на задания». Тот факт, что «агент КГБ» носит не самую роскошную одежду, он объяснял Дмитриевой тем, что работает «под прикрытием» и не должен выделяться…».

Итак, в пятницу 20 декабря 1963 года в 12 часов дня Ионесян приехал на Балтийскую