Дорога в Канзас - Даниэль Пейдж

— Но ты всего лишь девчонка, — сказала я, и лицо ее исказилось, она была в замешательстве. — Ты простая девчонка из Канзаса. Такая же, как я.

— Нет! — закричала она, поднимая руку. — Я не такая, как ты! Я ни за что не стану снова той девочкой!

— Эми! — Кто-то продолжал кричать. — Эми, нет!

И внезапно я узнала этот голос.

— Нокс! — выкрикнула я, вскакивая с постели, сердце бешено колотилось.

Буквально через секунду в комнату влетела мама.

— Эми? Эми, ты в порядке? Боже, что случилось?

Я долго не могла прийти в себя и понять, где нахожусь, что это за темная комната.

— Мне приснился кошмар, — прошептала я.

Мама вздохнула и обняла меня, мурлыча мотив песенки, которую пела, когда я была совсем малышкой.

— Все в порядке, — нежно сказала она. — Я здесь, я никуда не денусь.

Если я собираюсь вернуться в Страну Оз, нельзя раскисать. На войне никто не будет петь мне колыбельные.

— Со мной все нормально, — проворчала я. — Иди спать.

— Хорошо, солнышко, — мягко согласилась мама и ушла, затворив за собой дверь.

Мне пришлось собрать всю силу воли, чтобы не позвать ее назад. Так хотелось, чтобы кто-нибудь обнял меня и сказал, что все будет хорошо. Но ведь это будет ложью. Пока Дороти жива, хорошо не будет.

Уже засыпая, я вновь вспомнила о Ноксе. Сон был таким реальным! Могу поклясться, я действительно слышала его голос. Неужели он пытался спасти меня? Но я не представляю, где он и захочет ли мне помочь. Момби исчезла, связи с ней нет. Я не знаю, как нам вернуться в Страну Оз, я потеряла все зацепки, которые могли подсказать, что делать дальше. Совершенно одна, сама по себе… Последнее, что я почувствовала, прежде чем провалиться в глубокий сон, — горячие слезы на щеке.

16

Утром Джейка уже не было, но мама проснулась раньше меня и приготовила на завтрак омлет с тостами. С очень-очень подгорелыми тостами. Я из вежливости взяла парочку треугольных кусочков и вздохнула.

— Я пытаюсь привыкнуть к домашним обязанностям, — виновато улыбнулась мама. — Можешь их не есть.

— Слегка подгоревший хлеб полезен, — успокоила я ее, но, когда она отвернулась, зашвырнула тост в мусорку.

Когда я собралась уходить, мама дала мне очередной пакет с обедом.

— Увидимся вечером! — крикнула она вслед. — Я после работы сразу домой. — На секунду, пока я открывала дверь, она замолчала. — Я люблю тебя, Эми, — нежно сказала мама.

Я заколебалась, и дверь закрылась прямо перед ее взволнованным лицом.

— Я тебя тоже, — пробормотала я, шагая прочь.

Дастин и Мэдисон поймали меня у входа в школу. В глубине души я почти с нетерпением ждала моментов этой новой почти нормальной жизни с заботливой мамой и настоящими друзьями, которые не были жевунами или летучими обезьянами. Я и не понимала, как сильно желала такой жизни, пока не получила ее. Но потом я вспомнила, что все эти перемены произошли только потому, что я пропадала целый месяц. Останься я в Канзасе, жизнь осталась бы такой же: долгие паршивые дни, тянущиеся один за другим.

Странно об этом думать. Лучше выбросить все это из головы.

— Готова ко второму дню школьного чистилища? — спросил Дастин, когда мы шли на первый урок. Дневник Дороти я оставила дома, рассудив, что под матрасом он будет целее. — Может, мы еще что-нибудь интересное в библиотеке отыщем?

Я уже хотела проворчать, что это вряд ли, как меня вдруг осенило. Точно! Если Баум брал интервью у Дороти, тайна может храниться где-то на страницах его книг. По крайней мере, можно поискать там Короля номов. Для своих историй Баум использовал воспоминания настоящей Дороти, пусть и думал, что она свихнулась. Если он вдруг описал Короля номов, там может быть что-нибудь полезное.

Мы как раз проходили мимо пыльной диорамы, посвященной Дороти, когда Дастин резко остановился.

— Неприятности прямо по курсу, — еле слышно выдохнул он. — Мэд, может, ты уйдешь?

Прямо к нам шел мистер Стракен, и был он очень зол.

— Я вас не брошу, — возмутилась Мэдисон. Дастин-младший расплакался.

— Мисс Гамм, мистер Чивер, — ледяным голосом произнес завуч, оказавшись рядом с нами. — У меня к вам пара вопросов по поводу вчерашней уборки. Мисс Пендлтон, вы можете идти в класс.

— Но… — попыталась воспротивиться она.

Прозвенел звонок.

— Вам нужны проблемы, мисс Пендлтон?

Мэдисон окинула его взглядом, и на секунду мне показалось, что она сейчас ударит мистера Стракена. Когда наводящая страх Мэдисон оказалась на моей стороне, пришлось признать, что она бесподобна. Даже мистер Стракен слегка стушевался под ее взглядом. Но после долгой напряженной паузы Мэд все же сдалась.

— Не сегодня, сэр, — нагло протянула она, укачивая все еще плачущего малыша. — Увидимся позже, ребята, — добавила Мэдисон, награждая Дастина страстным показным поцелуем. С гордо поднятой головой она двинулась в сторону кабинета, дерзко виляя бедрами, обтянутыми розовым велюром. Держать себя на публике Мэдисон умеет.

Коридор опустел, и рядом с диорамой остались только мы: я, Дастин и заместитель директора Стракен.

— Вам что-то нужно от нас, сэр?

— У меня к тебе есть несколько вопросов, Эми, — сузив глаза, прошипел он. — Пожалуй, лучше разберемся у меня в кабинете.

Глаза его странно блеснули. Дастин напрягся. Я тоже чувствовала: что-то не так. Завуч никогда не называл меня по имени. И голос его звучал странно, словно эхом отдавался в голове. Похоже на голос Короля номов в библиотеке…

Стоило мне об этом подумать, как мистер Стракен расплылся в улыбке.

— Именно, Эми Гамм, очень похоже, — прорычал он. Но я ничего не говорила вслух.

— Эми? — позвал меня Дастин, в голосе его звучал страх.

— Дастин, сваливай отсюда, — шепнула ему я. — Живо!

Но было слишком поздно. Лицо завуча менялось на глазах: оно вытягивалось, черты таяли, стекая на грудь и обнажая искаженное злобой лицо существа, напавшего на меня