Горящее небо Аорна - Анатолий Федорович Дроздов

«Если он проснется», — подумал Макс, вслух сказал другое:

— Если он меня убьет, механика не будет, а другого не пришлют. Воду зэкам будешь сам носить!

— Дерзкий! — Дикуш почесал в затылке. — Сразу видно, что кашпиррец. Ладно, ты пока займись машиной. Будет тебе жрачка и постель. По результатам, — поспешил добавить он и смылся.

Максим пожал плечами — делать нечего, снял рюкзак с вещами, осмотрел гараж. Обнаружил комбинезон, пахнущий маслами, пропотевший. Сдерживая гадливость, переоделся. Не хотелось изгваздать свой чистый, летный, купленный во время отпуска. В нем, конечно, трудно соблюсти легенду о ссыльном из Кашпирра, но другой одежды не имеется. Не в костюме же ходить! Он открыл кабину, а затем — капот грузовика.

Опыт возни с подобной техникой у него был. В Суворовском училище машины имелись отнюдь не первой категории. Однокашники в каникулы разъезжались по домам, а Максимка приходил в гараж. Помогал лелеять ГАЗ-24 начальника училища, чинить УАЗ-469 его зама. А еще трудягу ГАЗ-52 хозчасти. У той машины стоял архаичный двигатель с нижним распредвалом, стартер не имел тягового реле и запускался нажатием педальки. Данилыч, начальствовавший над автопарком, с гордостью им говорил, что мотор ГАЗ-52 заимствован с крутого Форда 1930-х годов. Добавлял при этом: он надежный, как Калашников.

Тот колесный старикан запомнился суворовцам. Именно на нем им разрешали сесть за руль, утопить педаль стартера, сделать круг у гаражей, тщательно перегазовывая при переключении передач… Шервуш-100 смотрелся как папаша того древнего «газона». Судя по слою пыли на его сиденьях, ездили на Шервуше еще при динозаврах. Некогда сей «мощный» грузовик предназначался для воды, о чем гласила соответствующая надпись на боку цистерны, емкостью на пять кубов по документам.

В шкафчике инструкция по эксплуатации и ремонту водовозки не нашлась, хотя бумаг там было много. Почти все — об эксплуатации машины. Несколько поколений прапорщиков заполняли ведомости о пройденном состоянии и списании топлива. Если верить им, автоцистерна намотала, в пересчете на земные меры, около миллиона километров и спалила бездну топлива. Проверить невозможно — одометр в машине вырван с корнем. Зато резина отличалась почти полным отсутствием износа, но для эксплуатации нисколько не годилась. Потрескавшаяся от времени, давно выпустившая воздух, она была того же года рождения, что и Шервуш.

Полный впечатлений, Максим потрусил к концу ряда гаражей, где увидел издали Дихуша, что-то оживленно обсуждавшего с сержантами. Услыхав его шаги, пропойца обернулся.

— Вот и наше пополнение, — сообщил сержантам. — За…бательский механик, судя по его словам. Что ж на водовозе не приехал? — спросил Максима, икнув. — Говорил тебе: пока машину не починишь, жрать не дам!

Даже в икании его слышались злые нотки.

— У меня есть сообщение для вас, — сказал Максим, — а, возможно, и вышестоящему начальству. Выяснилась интереснейшая вещь. Думаю, заинтересует проверяющих.

— Что он гонит? Какие, нахрен, проверяющие? — удивился молодой сержант. Второй, чуток постарше, сделал ему знак умолкнуть.

— Продолжай! — велел Максиму.

— Уникальную машину мне велели починить. Если верить документам, она без капремонта два десятка раз обошла вокруг планеты, употребив… Внимание! Восемь железнодорожных цистерн топлива! И ни капли масла. До сих пор катается на родной резине сорокалетней давности. Карбюратора нет, место под ним ржавое. Но господин Дихуш составил ведомость, что буквально до последнего месяца грузовик под его управлением бодро ездил по путевкам. Воду развозил.

— Так и было! — икнул прапорщик.

Сержанты обменялись взглядами. Старший за спиною Дихуша сделал знак другому. Тот обнял за плечи пьяного и увел его куда-то за дома. Второй остался.

— Ты ж не просто так все это рассказал? — спросил Максима. — Чего ты хочешь?

— Дихуш дал мне нереальное задание: оживить грузовик, который не ездил сорок лет. Спросят ведь с меня, а я молчать не буду.

— Ситуация такая, парень… — сержант вздохнул. — Как тебя зовут?

— Макш.

— За что сослали?

— Перегнал к врагу такой же Шервуш-100. Они пришли в восторг. Теперь их армия непобедима.

Сержант заулыбался.

— А на деле?

— Был механиком в Кашпирре. Ремонтировал автомобили — в том числе панкийским офицерам. Есть-то надо. Но когда пришли войска Союза, это стало поводом считать меня шпионом. Раз чинил машины, то точно виноват. Месяц просидел в тюрьме. После разобрались, но на всякий случай выслали сюда.

— Бывает, — согласился собеседник. — В контрразведке ошибки признавать не любят. Ничего, вернешься. Вот закончится война…

«Ага!» — подумал Макс, но возражать не стал. Рыжий круглолицый собеседник был определенно симпатичен. Сержант продолжил:

— Макш, давай начистоту. Дихуш — мой отец. Он — хороший человек и службу знает. Его ценили. Но однажды на наш город налетели бомбардировщики уродов. Целью была нефтебаза, но часть бомб упала на дома. Погибла мама, обе мои младшие сестренки. После этого отец совсем умом поехал, и его убрали в тыл. Здесь он продает горючку, списанную под Шервуш, деньги пропивает. К ночи — в дым. Если трезвый, то не может спать. Плачет и зовет их — всех троих по именам. Понимаешь? Нам их даже хоронить не дали — не было чего. Разнесло всех в фарш, перемешав с бетоном. Понятно?

Макс кивнул, почувствовав жгучий стыд. Ведь в таком налете мог участвовать и он.

— Этот все не мой отец придумал, — сержант воздохнул. — Горючку воровали до него, но он продолжил. Только вдруг случилось неожиданное. Заключенных каждый день везут все дальше. Им нужна вода. И тут кто-то спохватился: есть на базе водовоз. По бумагам — на ходу машина. Предложили нам использовать ее на стройке.

— Вы сказали, что она сломалась?

— Ну, а как иначе? — развел руками рыжий. — Только тут беда со всех сторон. Водовоз по-прежнему им нужен. Топливо теперь не спишешь — машина неисправна. Можно что-то сделать?

— Тебя как зовут? — спросил Максим.

— Васиш, — сказал сержант.

— Значит так, Васиш, ремонта тут на месяц. Да и то, если найти детали. Сомневаюсь, что они есть на складе — машина древняя. Есть два выхода. Один — найти исправную машину, размародерить и поставить агрегаты на покойника. Долго, результат не гарантирован. Или снять цистерну, поставив на другой грузовик.

Сержант стянул кепи с коротким козырьком и почесал стриженые вихры.

— Второе не годится. Если Шервуш ездит на бумаге, то должен — и по дороге. Подменить другим не выйдет — нет таких на базе, как и запчастей к нему.

— Значит, от него останется одна кабина.

— Рама — тоже, она с номером. Макш! Если подберу тебе целый грузовик, сумеешь перебросить агрегаты?

— Сделаем. Но нужны помощники. Сварщик для примера — там наверняка что-нибудь не подойдет.

Васиш задумался, прикидывая варианты.

— Договорились. Жертву на разборку подберу. Папа его спишет, как негодный. Ну, а ты сегодня дуй в гараж — в тот, где внедорожник капитана чинят. У солдат не очень получается. Заодно посмотрим: что ты можешь как механик.

— Хорошо, — Максим кивнул. — Но я голоден. Твой отец кормить меня не собирался, как и предоставить мне жилье. В гараже мне, что ли, ночевать?

— С едой не трудно — покажу столовку, поставлю на довольствие. Что до гаража — не худший случай. Здесь неподалеку есть общага для расконвоированных осужденных. Только там такие нравы… Получить ножом в живот — как перднуть. В гараже ты сам себе хозяин. Хоть баб води!

— А попить, помыться, постираться?

— С питьевой водой проблема — высохли колодцы. Ее возят по железке. Потому нужна автоцистерна. В скважинах вода с сероводородом — желтая, вонючая и скользкая. Постирать, помыться ею можно, пить же… Плохо тут с водой, — Васиш вздохнул.

То, что это так, Максим узнал в столовой. Из крана в туалете полилась вонючая вода. Ржавый умывальник, унитазы… В зале рыжий показал на группу в серо-желтой пыльной одежде.

— Вот они, расконвоированные, видишь? Благонадежные. Хочешь к ним в общагу?

Глянув на бандитские рожи «благонадежных», Максим невольно струхнул.

— Лучше уж гараж.

— Обязательно возьми на складе сетку от насекомых — я распоряжусь, чтоб выдали. Давай, обедай — и назад.

Накормили, впрочем, ничего. Печеное мясо с гарниром из лапши. Без супа. Запить — полстакана компота.

Подкрепившись, Макс уже без сопровождения вернулся в гаражи. Послеобеденное время целиком ушло на командирский внедорожник. Солдаты, корпевшие над его мотором, больше создавали видимость работы. Разбирались они в нем, как свиньи в апельсинах, потому охотно поручили это дело осужденному. Если что, то он и виноват.

Макс перевел помощников