Муж на сдачу (СИ) - Зика Натаэль

— Как же я столько времени жила без таких ценных советов! — всплеснула руками женщина.

— Вижу, как ты жила, — граф выразительно повез взглядом. — С воды на отвар перебивалась, лишней юбки купить не можешь. Ничего, я научу тебя, как вести торговлю!

— Ты-то, сиятельство, откуда знаешь? Неужели, подрабатывал помощником купца? — подбоченилась Мариэта.

— Нет, не подрабатывал. Но я учился, в том числе, и умению продать или договориться.

— Мне здесь жить, поэтому портить отношения с людьми я не стану!

— Наоборот, если ты покажешь, что ценишь себя и свой труд, то и люди будут относиться более уважительно, — возразил мужчина.

— У меня хорошие отношения со всеми, я не собираюсь ничего менять! — отрезала Мариэта. — Ты уедешь, а я останусь одна. Если соседи захотят осложнить мне жизнь, мне никто не поможет!

— Я хочу помочь!

— Хочешь помочь? Расчисти участок! — резко повернувшись, Мариэта бросилась к дому.

Надо прибрать с топчана, отнести еду на ледник и в дом — потом, всё потом!

Сейчас она хочет побыть одна, успокоится, подумать.

Но сидеть просто так, когда у нее дел невпроворот?

Женщина схватила мешочки с травами и принялась их разбирать, подготавливая составы.

Пока голова думает, руки сами по себе работают — и голова при деле, и рукам ничто не мешает!

«Надо сделать успокоительный сбор», — решила Мариэта.

Иначе с таким помощником, да под перекрестным присмотром половины Адижона, она сама до поездки в столицу не дотянет. Но сначала приготовить зелье, за которое уже внесли залог — не слишком трудоёмкое, но уж очень дорогие ингредиенты на него идут. Мари такие никогда заранее не делала — вдруг, никто не купит, а средства уже потрачены? Конечно, с помощью магии её снадобья могли не терять полезных свойств очень долго, но рисковать она не собиралась.

Закажите редкий или дорогой состав — оплатите половину, тогда она сделает.

Котелок на печь, немного воды, веток, чтоб скорее закипело.

Лепестки укропника болотного, пять штук. Три листочка ишеницы. Щепотка пыльцы кувшинок.

Зельеварка бросила взгляд в котелок — вода достаточно нагрелась, можно опускать первую партию, и пока она размокает, отдавая свою силу жидкости, Мари успеет растолочь зёрна кмена. Семь штучек.

Привычная работа успокаивала, лишние мысли уходили, женщина ощущала умиротворение и радость, которые всегда посещали её, стоило ей заняться приготовлением зелий.

Теперь мешаем варево по Дневному Оку — десять раз, и столько же — против.

Котелок булькал, время от времени, сыто выпуская из-под крышки голубой пар.

Чудесно!

Последний ингредиент — три капли сока габра. И добавить капельку своей силы — женщина прикоснулась к котелку, ощущая, как магия струится по пальцам.

Жидкость вскипела ключом, побелела, потом вспенилась, и, стоило только Мариэте убрать котелок с огня, как пена опала, демонстрируя голубую прозрачность зелья отменного качества.

— И что это будет?

Подпрыгнув на месте, Мари едва не опрокинула котелок.

— Михэ! Зачем так подкрадываться, я испугалась, чуть не разлила всё!

— Стал настолько невидим? — насупился Михаэль. — Видел же, что ты смотрела прямо на меня, когда я вошёл.

— Я зелье варила, — объяснила женщина. — То есть, была в трансе. Не глубоком, но достаточном, чтобы никого и ничего вокруг не замечать.

— Извини, не хотел отвлекать. Так, что ты приготовила?

— Зелье для усиления желания. Вернее, для его укрепления, — пояснила Мариэта и осеклась, увидев, каким колючими стал взгляд «брата».

— И давно ты его мне подливаешь?

— Что? — ахнула женщина. — Ты в своём уме? Зачем мне это нужно, у тебя же здесь нет любимой, потом, оно дорогое, к чему мне разбазаривать ценное лекарство на что попало?! Зелье заказали для почтенного ара Мавия, у него через три дня свадьба. Друзья решили подарить, чтобы у мужа всегда был полдень.

— Хочешь сказать, что не поишь меня своими снадобьями? — граф продолжал смотреть с подозрением. — И, мне кажется, я, всё-таки, не «что попало», а маг и родовитый аристократ.

— Пою, конечно, иначе, почему ты поправляешься? — возмутилась Мари, игнорируя последний вопрос, а то зацепится за слово, за оборот не развяжешься, а у неё еще столько дел! — Но лекарствами и укрепляющими отварами, а не зельем, усиливающим мужскую силу. Как такое только в голову-то пришло?

Сама же сказала, для чего это снадобье. Я всего лишь удивился и поинтересовался — для чего оно тебе, если не мне подливать? Правда, смысла в этом я не вижу — допустим, ты добилась, мы переспали. Но я менять жену на вдову из Тропиндара, пусть и одаренную, не собираюсь.

— А ты единственный мужчина на тысячу арпаков вокруг? — обиделась Мариэта. — По-твоему, мне для привлечения внимания нужно зелье, сама по себя я никому понравиться не могу?

— Не единственный, верно, — нахмурился Михаэль. — Но в такие совпадения плохо верится. Нет, ты ничего, но не в моём вкусе.

— У меня здесь, — женщина повела рукой в сторону комнатки, где хранила готовые отвары и зелья, — много чего приготовлено на разные случаи. Например, есть капли, помогающие при остром поносе и мазь от геморроя. Надеюсь, ты не думаешь, что они тоже для тебя?

Михаэль открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал, выдохнул и, развернувшись, вышел из дома.

Мариэта без сил опустилась на стул — грах, почему с графом настолько сложно, почему он так о ней думает? Разве она давала повод? Или — девушка покраснела, вспомнив свои мысли, когда рассматривала работающего мужчину — он видел, что она за ним подсматривает? Нет, с этого момента никаких взглядов, и стараться поменьше общаться, чтобы граф не думал, что она на него вешается.

«Не в моём вкусе»…

И Мариэта подтянула поближе траву для следующего зелья, отрезала несколько кусочков от стеблей, бросила их в ступку и принялась ожесточённо перетирать.

— Не думаешь, что они тоже для тебя? — под нос пробормотал Михаэль, вылетев из дома. — А что я должен был думать? Поноса у меня нет, что само по себе удивительно, если вспомнить в каких условиях и что именно мне приходилось есть и пить, геморрой тоже, по крайней мере, пока, не проявлялся, а вот то, для чего это зелье — налицо. Причем, совершенно без всякого с моей стороны желания и интереса! Хорошо ещё, что местная мужская одежда, а именно — просторная и длинная рубаха — позволяла скрывать внешнее проявление проблемы. Если вдова не подливает ему снадобье, то с чего бы он так реагировал на эту женщину?

Симпатичная, тут не отнять, но не до такой степени, чтобы он потерял голову. Да к нему в постель такие красавицы сами лезли — не сравнить с этой зельеваркой — и он с ума от них не сходил!

Память услужливо подбросила несколько эпизодов из недавнего прошлого.

Интересно, Амина его ещё ждет или нашла другого покровителя?

Мысль перепрыгнула на недавний разговор с кагымом.

Интересно, Мариэта сама просила его подобрать ей мужа или это инициатива самого кагыма?

Вот ещё — будет он просто так беспокоиться о каждом жителе города! Ясно же — что-то между ним и его хозяйкой есть, иначе, с чего бы кагым сам приехал, почему заговорил про мужа для женщины? Неужели, они — любовники? Да, тогда всё совпадает.

Михаэль криво усмехнулся — наверняка подсунет Маритке какого-нибудь лопуха из местных прихлебателей, который на все закроет глаза, ведь внешне приличия будут соблюдены. И втихомолку порочная связь продолжится. Кагым же женат, верно? Вот, поэтому и нужна ширма в виде подставного мужа.

Ах, зельеварка… Такая же, как большинство женщин, ей бы поскорее прислониться к мужскому плечу, чтобы оберегали и помогали, сняли все финансовые трудности…

Мысль острой иглой вонзилась в голову — если она спит с кагымом, то почему так бедствует? Он же не слепой — Мариэта живет очень чистенько и очень бедно.