Щепотка удачи - Марисса Мейер

по лестнице в подвал. Маленькая фигурка в пижаме с черепашками-ниндзя. Я не вижу Элли, но мне знакома особая походка сестренки, крадущейся ко мне посреди ночи. Поначалу она шустро сбегает вниз, но замедляет шаг, приближаясь к подножию лестницы, потому что не видит, в какой момент закончатся ступеньки. Я мысленно представляю, как одной рукой Элли цепляется за перила, а другой прижимает к груди свою любимую плюшевую белку.

Затем она несется по ковру и забирается ко мне под одеяло.

– Привет, Элли, – шепчу я, придвигаясь к стене, чтобы освободить для нее место.

– Привет, Джуд, – шепчет она в ответ, сворачиваясь калачиком рядом со мной.

Так повелось с осени, когда мои родители решили, что Элли уже слишком взрослая, чтобы спать в детской кроватке в их спальне, и снова начали оберегать свое личное пространство. Кровать Элли перенесли в комнату Пруденс, и я ожидал, что Прю категорически воспротивится этому, но та даже особо не ворчала. Вот только Элли не так уж много времени проводит в своей постели, потому что у нее есть привычка забираться к Прю под бочок, а в те ночи, когда Прю не в настроении и выгоняет ее, пытать счастья с Люси, Пенни и иногда даже со мной, несмотря на то, что, по ее собственному признанию, от моей комнаты в подвале у нее мурашки по коже.

– Я не знала, дома ли ты, – говорит она.

– Я вернулся поздно. Ты уже спала.

Она зевает.

– Как прошло твое жаркое свидание?

Я ухмыляюсь.

– Кто сказал, что у меня было жаркое свидание?

– Все говорят. – Она подкладывает белку под голову, как подушку.

– Все прошло хорошо. Мне очень нравится эта девушка. И, похоже, я ей тоже нравлюсь.

– Конечно, ты ей нравишься, – заявляет Элли без тени сомнения.

– Да ну… я не знаю. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Эти слова кажутся мне самой определенной истиной за последние недели.

Майя всегда дружелюбна ко мне, но не влюблена в меня.

Так уж случилось, что я оказался тем парнем, который выиграл билеты на концерт Садашива, и, уверен, она пошла бы с любым, кто пригласил бы ее туда.

Ну… может, и не с любым. Но я сомневаюсь, что она предпочла бы меня, будь у нее выбор.

Имеет ли это значение? Я пытаюсь убедить себя, что не имеет. Потому что Майя все-таки пошла со мной, и мы отлично провели время, и теперь, возможно, она смотрит на меня по-другому. Может быть, впервые за все время она видит во мне парня, который может ей понравиться.

– Это мой шанс, – шепчу я. – И нельзя его упустить. Я должен найти способ показать, что достоин ее. Но… как это сделать?

Долгое, ровное дыхание Элли подсказывает, что от нее не стоит ждать никакой помощи, да, собственно, я на это и не рассчитывал. Какой парень станет прислушиваться к любовным советам своей пятилетней сестры? Даже я понимаю, что это дикая идея.

Но тут мне приходит в голову, что возможны и другие варианты, и они вовсе не такие уж безумные.

* * *

– Люси, мне нужна твоя помощь.

Люси в ванной комнате заплетает волосы в причудливую косу, но останавливается и смотрит на меня через отражение в зеркале.

– В чем?

– Я подумал, может, ты подскажешь мне, что надеть сегодня.

Да, это не звучало так жалко, когда я придумывал этот план. Но, видя, как округляются глаза Люси, мне хочется немедленно взять свои слова обратно.

Она поспешно завязывает косу и поворачивается ко мне.

–Все прошло хорошо! Да. Теперь ты встречаешься с Майей Ливингстон?

– Что? Нет. Мы не… Свидание прошло хорошо. И я просто… Но нет.

– Но ты же хочешь встречаться с ней.

–Я всегда этого хотел.

– Конечно. А теперь тебе нужно сыграть свою партию и произвести впечатление. Мне это нравится! – Она хватает меня за руку и тащит по коридору, затем на два лестничных пролета вниз, в мою комнату, где тотчас распахивает дверцы шкафа и начинает рыться в одежде, в беспорядке сваленной на полках. Она вытаскивает зеленые вельветовые брюки, которые мама купила мне недавно, так что на них еще сохранились бирки.

– Они тебе впору?

– Э-э…

– Примерь-ка. – Сестра бросает мне брюки и продолжает копаться в вещах.

Я переодеваюсь в ванной, а Люси перебирает три разных сочетания рубашек и худи, прежде чем останавливает выбор на простой белой толстовке с капюшоном, которая всегда казалась мне слишком узкой, но Люси настаивает, что толстовка должна сидеть именно таким образом.

– Только рукава подтяни вверх, вот так. – Она показывает, как правильно носить толстовку, чего я, по-видимому, никогда не умел. Наконец она достает пару черных кроссовок.

Мне ее выбор не нравится, и это отражается у меня на лице.

– У меня от них мозоли.

– Тогда надень носки потолще.

Я хмурюсь.

– Я думал…

– Что?

– В смысле, я думал, что их носят без носков. Но… ладно. – Я открываю ящик и достаю пару носков. Когда я поворачиваюсь, чтобы взять у нее кроссовки, Люси с ужасом прячет их за спину.

– Носки-невидимки, Джуд! Такую обувь нужно носить с… – Люси издает недовольный звук и возводит глаза к потолку. – Тебе так повезло, что у тебя есть я.

Я в этом сомневаюсь, но предпочитаю промолчать.

Она роется в моем ящике и находит пару коротких белых носков. Еще один подарок от мамы, который я никогда не надевал, потому что… они слишком короткие. В чем смысл таких коротких носков?

Оказывается, смысл в том, чтобы носить их с кроссовками.

Люси объявляет, что мой прикид готов. Я хватаю кубик, и мы поднимаемся наверх, чтобы я мог оценить свой образ в зеркале в полный рост.

И я… не в восторге.

Я имею в виду, что этот образ отличается от моей повседневной одежды и в целом неплох. Но я не уверен, что этого достаточно.

Отражение по-прежнему выглядит как… я. Тусклые светлые волосы. Слишком пухлые губы. Чересчур бледная кожа. Только теперь в более хипстерской упаковке.

– Я работала с таким себе материалом. – Люси отступает назад и разглядывает меня, скрестив руки на груди. – Но это уже прогресс. В эти выходные нам придется заняться шопингом.

– Шопингом?

– Ты же просил о преображении.

– Я не…

– Не спорь со мной. – Она еще раз оглядывает меня и одобрительно кивает. – Хорошо. Идем в школу.

Я все еще настроен скептически, пока мы не появляемся на кухне, где остальные члены семьи ждут нас за завтраком.

– Джуд, наконец-то! – восклицает Пенни. – Как прошло твое… – Она замолкает, уставившись на меня.