Как в кино - Юлия Александровна Лавряшина

существо. Антону стало неожиданно легко и весело от мысли, что все нашлись, все хорошо и о корове тоже не нужно будет беспокоиться.

Запрокинув голову и прищурившись, он всмотрелся в первые звезды, которых не увидишь в Москве. Дочь он не мог заманить сюда посулом показать созвездия, которые они рассматривали, когда Вика была совсем маленькой. Теперь небесные объекты интересовали ее только с точки зрения астрологии…

Антон уже хотел было пойти назад, как вдруг услышал голоса, и почему-то попятился, отступил за пару сросшихся старых берез, скрывших его от посторонних глаз. Сам удивился: «Зачем я прячусь?» И тут узнал Лизин голос… Сердце незнакомо провалилось в холод, Антон уже и забыл, как это случается. Схватившись за прочную ветку, он замер, чувствуя себя преступником, но не решаясь показаться.

– Ты на чьей стороне вообще? – Голос Романа прозвучал раздраженно и обиженно.

– А у вас дуэль, что ли? – откликнулась Лиза насмешливо.

Они подошли совсем близко, и Антон отчетливо слышал каждое их слово. Если б еще в груди бухало чуть тише…

– Не дуэль, что за глупость? Думаешь, я стал бы стреляться с девчонкой? Но проучить ее стоит.

– За что? Ася мне все рассказала. И я не увидела никакого криминала. Зачем мы сюда пришли?

– Успокоиться… То есть ты считаешь нормальным то, что они вломились на Варину могилу и устроили там съемочную площадку?!

– Что значит – вломились? Парень сел на скамеечку…

– Где обычно сижу я!

– Не только ты. И я тоже. И Варина мама. Может, и еще кто-нибудь приходит, она же не в вакууме жила до тебя.

– Не хочу этого слышать, – огрызнулся Роман, и что-то хрустнуло, похоже, от ярости он сломал ветку.

– Воду совсем не видно, как ты собирался успокоиться, глядя на нее? Слушай, в любом случае Ася не причинила Вариной могиле никакого вреда. И знаешь, что она мне сказала?

– Ну-ну?

– Что бабушка научила ее общаться с душами умерших.

– О да! – Он расхохотался. – Прямо Вупи Голдберг!

Лиза упрямо продолжила:

– И перед началом съемки Ася попросила у Вари разрешения.

– Ты вообще в своем уме?!

– И Варя согласилась. Ася и сегодня разговаривала с ней, когда я появилась. Просила прощения за то, что разозлила тебя.

– И, конечно же, получила отпущение грехов…

– Ты не веришь, – огорченно заметила Лиза. – А Варя, между прочим, кое-что передала тебе через Асю… Она совершенно не хочет, чтобы ты тоже похоронил себя вместе с ней.

Голос Романа сорвался на крик:

– Да что происходит?! Она тебя околдовала, что ли, эта Ася? Ты уже вообще ничего не соображаешь? Ты же умная женщина! Какого черта ты поверила в такую нелепицу?!

Выждав, пока брат прокричится, Лиза произнесла ровным тоном:

– Ася передала мне то, что могла знать только Варя. Даже я не знаю этого…

– Да? И что же?

– Она попросила тебя достать из нижнего ящика стола обручальные кольца, которые ты, оказывается, уже купил, отнести их в наш храм и опустить в ящик для пожертвований.

Повисла тяжелая тишина. Цепляясь за ветку, Антон молился лишь о том, чтобы у него не зазвенел телефон и не вырвался кашель, который мучал его всю осень.

Наконец Роман произнес чужим голосом:

– Как ты смеешь шарить в моем столе?

– Да не шарила я! – закричала Лиза от беспомощности. – Ты не слышишь меня?! Я понятия не имела, что ты заготовил кольца! А уж Ася тем более не могла этого знать… Ты понимаешь? У нее действительно есть этот дар. И через нее ты можешь что-нибудь передать Варе.

Раздались быстрые шаги, скрипнули камешки у дороги. Кажется, Роман бросился прочь, опять оставив сестру в одиночестве. Но теперь Антон был начеку… Когда, тяжело вздохнув, она тоже направилась к дому, он выбрался из своего убежища и, стараясь шагать бесшумно, пошел следом.

* * *

Сегодня на ней были клетчатые брючки и короткая курточка, сумка переброшена через плечо. Роман заметил, что Ася носила обувь без каблуков, хотя с ее ростиком можно себе позволить…

«Может, ей часто приходится убегать? Добираться одной в нашу глушь. – Он прервал себя. – Ага! Еще пожалей эту дрянь!»

На этот раз Воскресенский не прятался за кустами, ждал прямо возле машины. Завидев его, Ася замедлила шаг, и он уже решил, что сейчас она рванет по уходящей в сторону тропинке напрямик к станции. Но, видно, она решила, что длинноногий Роман догонит ее в два счета, можно и не пытаться, и направилась прямо к нему. Маленькое личико ее приняло отчаянное выражение, губы сжались твердой полоской, в серых глазах засветилась решимость. Ему опять пришло в голову сравнение с мелкой бесстрашной собачкой вроде джек-рассел-терьера, готового броситься даже на тигра, потому что у него сердце льва.

Остановившись перед ним, Ася выдержала его взгляд и процедила:

– Что еще?

– А ты – дерзкая, – усмехнулся он.

– А вы – хам!

Это прозвучало так неожиданно, Роман едва не выронил ключ от машины. Сунул его в карман куртки, где уже лежали ключи от дома, и не стал вынимать руку, чтобы сжать связку, если выйдет из себя.

– Что вам еще от меня нужно? Я извинилась. Вы меня выкинули ночью из машины. В расчете?

– Нет! – гаркнул Воскресенский, чтобы она умолкла. – Ты снова явилась на кладбище.

– Ну, я так и думала, что сестра вам расскажет…

– Еще бы. О таких вещах принято предупреждать близких.

– О каких вещах? Лиза объяснила вам, что я там делала?

Вытащив телефон, Ася взглянула на часы и ахнула:

– Я опаздываю на электричку.

Роман стиснул ключи:

– Ладно, садись. Мне все равно надо в Москву. Подвезу.

– Опять выбросите на полпути?

– Садись, я сказал!

Не поблагодарив, Ася устроилась рядом и нарочито громко щелкнула ремнем. Отвернулась к окну, всем видом показывая, что больше не проронит ни слова, если Воскресенский не заговорит первым.

«Варя никогда не вела себя так, – подумал он с тоской. – Она была мягкой, доброй. Всегда сглаживала углы. Мы ведь даже не поссорились ни разу! Потому ей и сложно было в продюсировании с таким характером… Зато я с ней был счастлив. Таких, как она, больше нет. А другая – зачем?»

Иногда Роман пытался представить себя рядом с новой женщиной, но в смутной картинке, которую он пытался набросать, опять и опять проступали Варины черты.

– Ты идеализируешь ее, – как-то осторожно заметила сестра. – Варя была замечательной, но она же не единственная красивая и хорошая девушка. На свете есть и другие.

Он согласился:

– Возможно. Только я их не встречал.

– У тебя снимались очень красивые актрисы…

– Знаю. Но