Разящий клинок - Дэйв Дункан

«Тебе снятся сны, Кейди? Какие же сны могут тебе сниться? Насколько я понимаю, вся твоя жизнь – один долгий сон, заполненный причудливыми фигурами: Аллена Справедливая, Белая Повелительница Башни Мрака, Скитальцы Морских Ветров… Твоя жизнь – бесконечная сказка. Тебе всегда не хватало времени побыть собой, Кейди. Может быть, именно это и снится тебе? В снах ты встречаешь грубую, жестокую, скучную реальность, а все мы грезим о волшебных сказках?»

Он рассмеялся, тоже мысленно. «Ну, спи тогда, прекрасная принцесса. И если только тебе удастся сохранить реальную жизнь, полную страданий и невыносимой скуки, в своих снах, а сказка наяву так никогда и не завершится, тогда Боги воистину благословили тебя.

Гэт, с торчащими во все стороны непослушными прядями волос… Теперь у тебя есть брат, сынок. Ты намного старше и всегда будешь ему примером. Завтра я постараюсь объяснить… После твоего дня рождения многое изменится, парень. У вас с сестрой будут отдельные комнаты, и больше никаких споров. Я знаю, вы привыкли друг к дружке: ты копаешь за двоих, она думает за обоих. Я только не знаю, как положить этому конец, Гэт. Меня это слегка беспокоит… Ты никогда не делаешь первый ход, насколько я могу судить, и понять это не в моих силах, поскольку я в твоем возрасте уже сам стоял за себя. Конечно, у меня было много друзей, но в тринадцать я уже работал, и не первый год. Когда ты не ходишь по пятам за Кейди, ты ходишь за мной или за матерью… Какие мысли гуляют тогда в твоей тихой голове? Какой етун никогда не теряет хладнокровия? Ты, разумеется, никакой не имп, ибо не суешься в чужие дела. Может быть, в тебе прячется фавн?..»

Рэп мало знал о фавнах. Впрочем, об их упрямстве ходили поговорки, но Гэт в жизни не проявлял особого упорства, был самым вежливым и податливым существом на свете. Это не влезало ни в какие рамки.

Король бесцельно бродил по темным коридорам своего замка, пока вдруг не обнаружил, что забрел в большой зал, расчерченный на квадраты падавшим сквозь окна лунным светом. Здесь было тихо и как-то неуютно. Чувствуя, что слегка продрог. Рэп направился к очагам на кухонном конце комнаты, похожим отсюда на оскаленные пасти пещер: даже если уголья и успели догореть, то камни еще наверняка хранят тепло. Рядом с очагами стояла скамья, и Рэп решил, что до него здесь грелась какая-то другая ночная птица. Последние огоньки еще трепетали кое-где в углях, словно глаза мелких зверюшек. Король уселся на скамью и замер, впитывая расходящееся от очага тепло и вдыхая хорошо знакомые запахи торфа, угля и древней копоти, слушая, как тихо дребезжат на ветру оконные стекла.

Эти запахи напоминали о детстве. Рэп почти не помнил, как жилось ему до того, как мать переехала жить в замок после смерти отца. С десяти лет он работал в конюшнях, но сейчас ему казалось, что все детство он провел здесь, тесно прижавшись к огромным плитам, обрамлявшим эти самые очаги.

Позади, в дальнем конце зала, было устроено возвышение, где теперь сидел он сам рядом с королевой, – так он изображал из себя короля, потому что ей это нравилось. Но почувствовать себя настоящим королем Рэпу пока так и не довелось.

Ему казалось, что Инос ближе всех подошла к тому, чтобы управлять страной силою любви своих подданных, ближе всех, кто правил сейчас в Пандемии, и даже всех, кто когда-либо правил государствами. Никто в королевстве – ни мужчина, ни женщина – не мог упрекнуть ее в чем-то, ни единым словом. И хоть она и настаивала на том, что Рэп – король, в глубине души он попросту считал себя первым из ее подданных.

Никто из краснегарцев не любил ее больше, чем он. В конце концов, они делили ложе, но что Рэп сделал, чтобы заслужить эту честь? Ради своей королевы он готов на все.

Горожане охотно признавали его своим государем. Они делали вид, что напрочь позабыли о колдовстве, но, как подозревал Рэп, только во имя Иносолан. Мир был невероятно добр к нему. Он попросту не мог поверить в собственное счастье: что он такого сделал, чтобы заслужить все это? От мальчика при конюшне – до короля. От лопаты – к скипетру…

Жизнь казалась незаслуженно прекрасной, в счастье почему-то не верилось.

За добром следует зло, а за злом. – добро. Король поежился. Так частенько поговаривала его мать – и это значило, что за огромным счастьем непременно последует страшная беда, к тому же…

В комнате что-то двинулось, и Рэп подскочил от неожиданности. Из глубокой тени шагнул гном: видно, как и он, пришел погреться. Гном был плотно закутан в меха, с виду не внушавшие особого доверия.

Отплывая из Краснегара, «Морская красотка» оставила гномов в королевстве. Рэп лично показал четверке запущенные подвалы старинного замка, и те с удовольствием согласились потерпеть местный климат и встать на королевскую службу в качестве крысоловов. Предпочитая ночной образ жизни, они редко показывались на глаза.

– Ты напугал меня! – сказал Рэп. – Ээ… Таш, кажется?

– Пиш, – ответил гном. – Что мешает спать дневному существу?

– У меня были роды.

В угольно-черных зрачках сверкнул огонек.

– Ты шутишь, Король?

– Шучу. Рожала, конечно, королева, но у меня теперь есть новый сын. Во-от такой большой.

– Мне было по меньшей мере пять, когда я вырос с него ростом, – сухо промолвил Пиш. – Прошу тебя, передай Королеве наши наилучшие пожелания. – Маленький народец из рук вон плохо разбирался в чинах и титулах, да и вообще скверно представлял себе, чем же они отличаются от обычных имен.

– Непременно передам, благодарю… Я давно хотел поговорить с тобой. Ваша четверка отлично справляется, мы уже заметили сдвиги к лучшему.

– Мы сократили число крыс настолько, что еще немного – и оно упадет ниже безопасной отметки, – согласился гном, потирая руки, чтобы согреть их. Пиш был не моложе самого Рэпа, хотя ростом не выше Ив. Нос гнома казался, как это ни невероятно, еще более приплюснутым, чем у короля. Таш и две женщины были помоложе. С этого года гномье население Краснегара явно начнет увеличиваться, и могут возникнуть новые проблемы…

– Что за «безопасная отметка»?

– Если мы убьем достаточно много, крысы уже не смогут восстановить свою численность. Конечно, их еще полно в домах пониже – в тех, которые тебе не принадлежат, ты говорил.

– Возможно, я смогу как-то договориться, чтобы вы… м-м, работали и там тоже, – предложил Рэп, прикидывая, как краснегарцы могут отнестись к гномам и как бы ему убедить маленьких крысоловов не забывать и про мышей.

– Мы уже работаем и в других, подвалах, – с некоторой гордостью объявил Пиш. – Большой народ всегда готов впустить нас в дом и позволить расправиться с грызунами.

– Отлично! Наверное, дворцовые слуги уже разнесли вести о ваших подвигах. Но вам, наверное, сложно ходить по городу при такой-то погоде?