Крымские караимы - Владимир Евгеньевич Поляков

можно. Обнаруженный документ – это заявление, в соответствии с которым, Илья Эфроимович обращался в духовное управлении караимов с просьбой выдать свидетельство, подтверждающее, что его сын Садук, родившийся 16 ноября 1891 года, является караимского вероисповедания [9, л.1].

Дальнейший поиск увенчался тем, что была обнаружена следующая запись: «Справка: 7 сентября 1880 г. в Полтаве браком сочетались Перекопский мещанин Илья Эфраимович Туршу первым браком, 27 лет, с дочерью 2-й Гильдии купца Моше Бабакаевича Дурунча Алтын, 17 лет.

Примечание: в 1901 году Илья Эфраимович Туршу проживал в Сумах» [8, л. 197].

Таким образом, этот фрагмент родословной должен выглядеть следующим образом

Илья Эфроимович Туршу (1852–1909) + Алтын (1862–1899) дочь Моше Дурунчи.

Приступая к рассказу о пятом колене сумской ветви рода Туршу, мы хотим объединить обе ветви, чтобы стало наглядней, что все, что происходило в дальнейшем в Евпатории и в Сумах носило не случайный, не эксклюзивный характер.

Невольно обращаешь внимание на то, что представители четвертого поколения Туршу Вениамин Шолемович и Илья Эфроимович ушли из жизни почти в одно время, соответственно в 1906 и 1909 году.

Между этим поколением и поколением их детей лежала пропасть, которую я условно назову информационной, что, прежде всего, стало следствием полученного образования. В прежних главах я уже приводил свои восторженные впечатление от того объема знаний, которые получали гимназисты, но дело в том, что все дочери Вениамина Туршу получили и высшее образование, так как закончили знаменитые Бестужевские курсы.

После смерти отцов, все Туршу пятого поколения жадно вдохнули опьяняющий эфир свободы. Последствия были самые разные.

Беруха Вениаминовна Туршу (1882–?) В период учебы на Бестужевских курсах в Петербурге, включилась в революционное движение, была арестована и умерла в тюрьме.

Садук Эфроимович и его сестра Груня увлеклись театром, что привело к тому, что он оставил учебу в Харьковском университете и стал артистом.

Подобная перспектива нависла и над моей бабушкой в ту пору курсисткой Эстер Туршу. Она сблизилась с прославленной актрисой Комиссаржевской, которая увидела в девушке талант и предложила ей работать в труппе. Воодушевленная такой заманчивой, как ей тогда казалось, перспективой, Эстер сообщила об этом сестрам. Самая консервативная из них Бубюш, пришла в ужас, и срочно командировала в Петербург брата Соломона, который встретился с Комиссаржевской. Вера Федоровна выслушав его доводы о том, что в Крыму еще не готовы к тому, что девушка будет вести такой образ жизни, который, чтобы не обидеть актрису, считается все же аморальным, и это ляжет несмываемым пятном не только на репутацию самой Эстер, но и всей семьи. Ему удалось ее убедить, и с театральной карьерой Эстер было покончено.

Все Туршу самым интенсивным образом интегрируются в общественную жизнь. Садук и Груня стали активными членами сумского кружка «Просвита». В этот период их скорее можно отнести к украинской, нежели российской интеллигенции. Проживавшие в Петербурге, Раиль, Эстер, Беруха, Сарра с головой уходят в русскую культуру.

Соломон и Ананий приняли самое деятельное участие в создании Крымского союза охотников, который Сергей Вениаминович возглавил и с небольшими перерывами руководил почти полвека.

Все другие братья, за исключением Авраама умерли в детском возрасте. О нем мне известно лишь то, что он застрелился из-за несчастной любви.

С этого эпизода мы более подробно остановимся на самом важном моменте в жизни любого человек – выборе спутника жизни. Я долго колебался над написанием этой фразы, отвергая варианты «замужества», «брака», «любви»… и остановился на более или менее нейтральном – «выборе спутника жизни».

Именно с этой проблемы в пятом поколении нашего рода и начался «разброд и шатание». Вырвавшись из под родительской опеки, и уже не имея твердых религиозных устоев, никто из представителей пятого поколения Туршу как евпаторийских так и сумских, за исключением Бубюш, считали себя совершенно свободными людьми и руководствовались только своими чувствами.

Поскольку дело происходило еще в условиях Российской монархии, где вопросы семьи брака осуществлялись только на основе религиозных традиций, брак караима или караимки с представителем другой конфессии мог быть осуществлен только при переходе в соответствующую религию.

Вот тут и «пошло-поехало».

Эстер Туршу. (1885–1975). После окончания Бестужевских курсов вернулась на родину и стала работать учителем в Ак-Мечети (современный ПГТ Черноморское). Знакомится там с механиком телеграфа Матвеем Поляковым. Не познакомиться, они не могли, так она единственная в Ак-Мечети знала русский язык. Матвей совсем недавно окончил в Одессе курсы телеграфистов. Был из небедной крестьянской семьи, которая жила там же на Одещине в Ивановском уезда. Рассказы Эстер о Петербурге, ее общение с известнейшими русскими писателями настолько ошеломили его, что он сделал предложение. Без малейших колебаний Эстер приняла православие и венчалась в церкви, став с этого момента Анной Вениаминовной Поляковой.

Соломон Туршу (1887–1986). Не знаю, каким образом, познакомился с Катюшей Тарасевич. Она была из дворянской семьи, работала учительницей. Проживала у Каспийского моря в городе Темир-Хан-Шура, где ее отец преподавал в местной гимназии. Так в мой домашний архив попали уникальные открытки, на которых запечатлены улицы этого города, а также фотографии педагогов тамошней гимназии. Родной брат Катюши, именно так «дядя Сережа», всю жизнь называл «тетю Катю», впоследствии стал одним из видных создателей авиационной промышленности СССР. Не по своей воле работал в «шарашке», потом руководил авиационным заводом № 22. Мог ли предположить мой отец, сын Эстер Туршу, что директор авиационного завода в Казани, где в начале 1942 года они получали самолеты Пе-2 – родной дядя его двоюродной сестры Зои Туршу.

Ананий Туршу (1893 —?) Венчался на «Леночке». В силу того, что еще в юности его в пах копытом ударила лошадь, как результат, у него не могло быть детей. Вероятно, поэтому свою нерастраченную любовь он и его жена перенесли на племянника – моего отца. В годы войны, моя мама с маленьким сыном, моим старшим братом, вместе с «Леночкой» с зимы 1942 по май 1944 прожили в одной комнате в Узбекистане в городке Кирмине. Мама всегда с теплотой вспоминала «Леночку», которая навсегда именно с таким именем осталась в памяти членов нашей семьи, как один из самых близких родственников.

Сарра Туршу (1890 —?). После окончания Бестужевки стала врачом. В Москве вышла замуж за Николая Пашина. Родила и воспитала двух сыновей Сергея и Владимира.

Поскольку перед войной мой отец почти год учился на курсах начальников связи авиаполков в академии имени Жуковского, то часто гостил в семье тетки. Он с удивлением рассказывал мне о том, что часто ему доводилось быть невольным свидетелем семейных скандалов, так как тетя Сарра, в те годы очень красивая женщина, едва ли