S-T-I-K-S. Человек из Пекла. Книга 2. Часть 3 (СИ) - Тимофеев Денис

— Один оставлю. И никакой заражённый сюда не сунется, если сами не покажетесь или шуметь не начнёте. И ещё, нож лучше не трогайте, — после секундной паузы добавил:

— Он сверхострый, палец оттяпает и не заметите.

Анжелика и Шмель недоверчиво взглянули на парня, перевели взгляд на клинок, затем снова на Медоеда.

— Не понял… — произнёс Шмель.

— Потом. Сейчас просто доверьтесь, хорошо? Через час вернусь.

— Тогда и поговорим, а не когда отсюда выберемся, — сказала девушка, понимая, что спорить с Медоедом бесполезно. Что ему в голову взбрело, непонятно. Разведка разведкой, да, точно знать, где эти мосты надо, счёт завтра на минуты, похоже, пойдёт. Но и подставляться сейчас таким образом… глупо. Понятно, что не "в разведке" дело. В чём тогда?

Дима вздохнул. Дурацкая ситуация и выглядит совершенным идиотом. Сиди на заднице ровно… нет, потянуло и не отыграть уже назад. С другой стороны, надо. Необходимо быть в полном порядке и с чистым сознанием. Крови завтра будет много. И если сейчас не "успокоить" себя, могут возникнуть очень неприятные ситуации. Диме совсем не хотелось показывать Анжелике и Шмелю себя с этой стороны, когда его "клинит" от агрессии. Нет, убивать всех направо и налево не станет, естественно. Но вот в ситуациях, где можно обойтись минимумом применения силы, его вполне может и сорвать. Либо полезет в "близкий контакт" с заражёнными, не думая о последствиях. Скорее всего не дойдёт до такого, но лучше полностью исключить любую, даже минимальную вероятность.

— Поговорим, — коротко ответил он, вставая.

***

Минут через пять Медоед ушёл. И что удивительно, автомата с собой не взял. Вопросы у его спутников копились, как километры на спидометре "Ослика". Вот и сейчас, что это? Как понимать? Нет, оставлять это так уже нельзя, обстановка совершенно не та.

— Ну и что ты думаешь? — спросил кваз.

— Много чего, Шмель…

— А конкретно? У меня уже мозги вскипают…

Анжелика думала, напряжённо размышляла, стоит ли говорить Шмелю то, что она узнала, её домыслы. Она понимала, что Медоеду эта вылазка понадобилась именно сейчас, именно перед завтрашним, несомненно трудным днём. Непонятна причина, ну не дурак он, так подставлять всех, пусть всё именно так и выглядит. Значит, есть веская причина. Для него может это и нормально, идти на ночь глядя в кластер, кишащий заражёнными, но это не нормально для неё со Шмелём. Нужны объяснения, нужен разговор. И если Анжелика интуитивно чувствовала, что Медоед их не подведёт и не бросит, то Шмель этого не понимает. И как это довести до него..?

Ещё один момент, Институт. Медоед для Организации окажется крайне интересен, одни его знания чего стоят. У неё самой лояльности постольку поскольку, долгов нет и не обязана Институту, по большому счёту, ничем. Взаимовыгодное, так сказать, сотрудничество. Единственный крючок, это её происхождение. Но это не причина, чтобы сдавать Медоеда. А вот Шмель Институту обязан. И очень многим, как он считает. Под её влиянием, конечно, абсолютная преданность уже не такая крепкая и нерушимая, но всё-таки этого недостаточно, чтобы напарник и друг думал прежде всего о своих интересах. Снова ведь заведёт свою шарманку про "должны Институту, я им обязан, приказы, параграфы" и всё такое…

И снова, это вопрос доверия. Опять же, они Медоеду рассказали очень многое о себе. За исключением происхождения Шмеля и некоторых деталей о ней самой. Важных деталей, усмехнулась Анжелика про себя и поймала на мысли, что это не менее важный момент. Эмпатия…

Пусть его эмпатия окажется именно Даром…

— Пока только мысли, Шмель… вернётся, поговорим, расскажет. Одно могу сказать точно. Он тоже эмпат.

Кваз поперхнулся, вылупил свои маленькие, в сравнении с лицом глаза.

— И ты молчала?!

— Я сама узнала только с утра сегодня!

— То есть он..? — Кваз оглянулся на выход на крышу.

— Надеюсь, что нет. Это будет уже слишком…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Дела… его тогда надо и в Институт везти.

— Погоди ты, Шмель, со своим Институтом. Да и не согласится он. А насильно не отвезёшь. С этим, надеюсь, спорить не станешь?

— Не стану, — нехотя ответил кваз и наклонившись, дотянулся до ножа Медоеда, взял в руку, поднёс поближе к лицу.

Сложившаяся ситуация ему совершенно не нравилась. Мало того, что сидят в котле под перезагрузкой и завтрашний день будет куда хуже сегодняшнего, ещё и Медоед не пойми что учинил! Какая сейчас, к херам, разведка?! Анжелика тоже, как дурная стала с ним! Нет, видно, что он необычный, силён, знает много, вытащил сегодня, без его щита их изрешетили бы в фарш! Но и всего этого не случилось бы, не попрись они за ним! А ещё, оказывается, он эмпат! Нет, однозначно его в Институт везти надо… только как? Правильно Энжи говорит, заставить не получится…

— Он же просил не трогать, — произнесла девушка, с непонятной опаской смотря на клинок в руке Шмеля.

— Это всего лишь нож, Энж… у-уй!! — Из рассаженного глубоким порезом пальца потекла кровь.

Анжелика раскрыла рот от удивления.

— Гляди… — прошептала она.

Небольшой подтёк, оставшийся на клинке, бесследно исчез. Кваз поражённо смотрел на кривое лезвие, которое только что впитало его кровь. Он и о порезе забыл, настолько удивился!

— Капни ещё, — попросила Анжелика, а сама потянулась за аптечкой.

Шмель нацедил крови на клинок и она начала стремительно впитываться, исчезая, словно вода в песок!

— Это что за хрень такая?! — пробухтел Шмель, так же удивлённо смотря на чистое лезвие.

— Дай-ка, посмотрю.

— Осторожнее.

— Поняла уже, давай перевяжу сначала, — кваз осторожно положил нож и протянул ладонь к Анжелике, уже разложившей аптечку.

Обработав и перевязав глубокий порез, осторожно взяла нож за аккуратно обмотанную кожаной лентой рукоять. Девушка ничего не ощутила. Лёгкий, будто игрушечный. Великоват для её руки. Повертела в ладони и поймала себя на мысли, ей становится страшно держать этот нож. А стоило ей прикоснуться пальцами к клинку…

"Сотни, тысячи убийств. Сама его сущность — Смерть. Нескончаемая рубка, кровь льётся потоками, тысячи трупов, очищение. Заражённые, от только обращённых, до настолько матёрой Элиты, что и в страшном сне не привидится, все бегут от него в ужасе!

…

Бесконечный город, тысячи кластеров, полных заражёнными разных мастей. Или другими, слабыми, ещё не обратившимися".

Пекло. Люди, поняла Анжелика.

"Их ужас при виде монстра можно пить физически. Кровь. Крики. Смерть… очищение".

Другая картинка.

"Три фигурки. Люди. Страха от них почти не исходит. Один из них, самый маленький, его необходимо уничтожить. Нарушает Баланс".

Медоед, узнала Анжелика!

"Убить всех. Битва. Боль. Удивление. Эти трое сильны, ОН молчал об этом. Но ОН всегда молчит, даже когда говорит…

…

Большой недееспособен, умрёт сам.

Средний говорит не трогать их.

Уточнение.

Нет ответа.

Убить всех.

Боль. Средоточие разрушено.

Смерть… удивление…"

— …лика!! — только и успевает услышать девушка, прежде чем отключиться. Настолько яркая, настолько болезненная картинка буквально вышибла из сознания.

Минуты через две Шмель привёл Анжелику в чувства. Нож Медоеда он отбросил в сторону, когда девушка начала терять сознание. Почему? Что случилось?!

Наконец, она открыла глаза, полные страха и непонимания.

— Что?! — выдохнул Шмель.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сразу ответить девушка не смогла, сначала приняла сидячее положение, с минуту молчала, затем хорошенько приложилась к фляге с живчиком, отдышалась. Оглянулась в поисках ножа. Вот он, в паре метров от них. Пусть там и лежит…

— Что случилось?! — повторил кваз, готовый убивать всех вокруг.