Эпизоды любви - Сергей Яковлев

только ощущая совсем близко присутствие любимого человека, как вдруг дверь детской распахнулась и на пороге появился их любимый Юрка, доселе не донимавший родителей. Очевидно, что дети тоже чувствуют, когда лучше побыть подальше от разворачивающихся событий, чтобы не подвернуться под горячую руку, а когда можно и поприставать к родителям, качая свои права, и не особо рискуя получить за это по попе.

– Папа, мама, я спать хочу, – подбежавший сын, видя обнявшихся родителей, тоже попытался обхватить их обеими руками, и, вскарабкавшись к ним на коленки, чмокнул сначала Катю, а затем Андрея в губы. – Кто мне будет стихи читать?

Чтение на ночь стихов, а особенно стихотворения про мишку, стало в последнее время своеобразным ритуалом.

– Иди, ложись, сейчас приду, – Андрей легким шлепком отправил сына в постель, а сам пошел доставать из дипломата заветную тетрадку.

Открыв тетрадь на знакомой странице, он совершенно неожиданно увидел рядом с нарисованным сыном мишкой, другого медведя. Этот другой был мастерски нарисован простым карандашом и был в точности похож на плюшевого Юриного друга. Под рисунком стояла подпись «Маленькому мальчику с пожеланием больших свершений. Пусть в твоей жизни встречаются только хорошие люди, т. Саша». Андрей Владимирович улыбнулся и показал рисунок сыну. Широко раскрыв глаза, тот долго изучал рисунок, водя по нему пальцем.

– Это мой мишка? – наконец заворожено спросил малыш.

– А ты разве не видишь?

– Мой, – признал друга Юрка. – А откуда он взялся?

– Тетя одна нарисовала. И написала, что это тебе от нее подарок. А теперь ложись, я буду читать тебе стихотворение.

Юрка устроился поудобнее, приготовившись к вечернему ритуалу, и, не забыв при этом, чтобы и мишке было комфортно слушать про себя стихи.

Следующие дни Андрей Владимирович посвятил разработке подробного бизнес-плана. Он проштудировал многочисленные каталоги, сам ездил по типографиям, смотрел на работу оборудования, собирал отзывы о той или иной модели, связывался с поставщиками по ценам и срокам поставки, искал подходящие помещения. Все это, естественно, по возможности не в ущерб основной работе. Наконец, определившись с перечнем и ценой оборудования для мини-типографии, он начал оформление кредита на недостающую сумму. Как он и ожидал, это не вызвало особых сложностей, если не считать необходимости представить двух поручителей, одним из которых выступила Катя (банк настаивал, чтобы одним из поручителей был член семьи, пусть даже имеющий и не очень высокую зарплату), а вторым, любезно согласившаяся на эту роль, Александра. Она единственная из посторонних, кто знал о цели кредита, а других людей Андрей Владимирович до времени не хотел посвящать в свои дела.

Жалея читателя, мы не будем посвящать его во все тонкости нового дела Андрея Владимировича. Единственное, что стоит отметить, так это Катину правоту по поводу экономии, так, как в процессе налаживания производства выяснялись все новые и новые статьи расходов, которых Андрей Владимирович в силу своей неопытности не мог изначально предвидеть. И хотя он и взял кредит с избытком, но приходилось вкладывать в дело все новые и новые суммы, которые уже не покрывались заемными средствами банка. Так что в жертву новому делу приносилась значительная часть его зарплаты. И только спустя полгода Андрей Владимирович внезапно для себя заметил, что его детище не только не требует от него дополнительных вложений, но и начало приносить пусть еще небольшую, но уже ощутимую для его семейного бюджета добавку. Тому в немалой степени способствовали и успехи возглавляемого им рекламного агентства, которое заключив с администрацией города договор на изготовление и размещение на своих щитах социальной рекламы, выступило крупным заказчиком его нового предприятия, которому с легкой руки Александры было дано название «Профи-Т», где «Т», означало «Типография». Андрею это название понравилось. А если бы читатель имел возможность заглянуть в амбициозные планы нашего героя, то он несомненно бы догадался, что в скором времени после названия «Профи» могут появиться и другие буквы.

Глава VIII. А эта свадьба, свадьба…

Вот уже пару месяцев Андрей Владимирович наблюдал за странной чередой событий, разворачивающихся в конторе. Сначала куда-то запропастился Сашин ухажер. Впрочем, Углов лишь гораздо позже поставил это событие в ряд с остальными, тогда же он не обратил на это должного внимания и был даже доволен, так, как не испытывал особой симпатии к этому скользкому, по словам Марии Ивановны, типу. А в то время все началось с того, что однажды Юля обнаружила в верхнем ящике своего стола большую шоколадку. Она долго допытывалась, кто бы мог оставить столь ценную вещь в чужом ящике, но все ее попытки раскрыть эту страшную тайну, ни к чему ни привели. Она даже не хотела сначала есть этот шоколад, опасаясь, что кто-нибудь спохватится и ей придется возмещать хозяину понесенные убытки. Но и хранить долго нежданную находку в собственном столе ей было не под силу. Наконец, решив, что, по-видимому, шоколад упал с неба, а, следовательно, ничей, Юля разделила его, а вместе с ним и возможную ответственность, на четыре части и угостила Андрея Владимировича, Антона и Сашу. Но, что самое интересное, что как только шоколад был съеден, на следующий же день Юля обнаружила в своем столе новую плитку. На сей раз ей потребовалось гораздо меньше времени, чтобы принять правильное решение, и в ближайшее же чаепитие шоколадка была поделена между теми же людьми. С тех пор Юля начала с завидным постоянством находить в волшебном ящике, то шоколадку, то апельсин, то пачку вафель, то прочие вкусности, и все это неизменно делилось и съедалось в этой же комнате этой же компанией. Спустя какое-то время Андрей Владимирович начал замечать, что как только Юля находила в столе очередной сладкий сюрприз, она обменивалась многозначительным взглядом с Антоном, из чего директор сделал вывод, что именно Антон причастен к таинственному появлению сладостей. Дальше – больше. Придя однажды пораньше на работу, Андрей Владимирович обнаружил на Юлином столе изящную узкую стеклянную вазу, в которой стояла алая, свежая, благоухающая роза. При этом на работе не было еще ни Юли, ни Антона. Лишь Александра, пришедшая как обычно раньше всех, редактировала на компьютере эскиз очередного рекламного щита.

– Я что-то не пойму. Это что, выходит ты что ли ей цветок подарила? – Углов вопросительно посмотрел на начальника отдела наружной рекламы.

– Андрей Владимирович, – Саша укоризненно покачала головой, – Я что, ненормальная, по-вашему?

– Да я и сам думал, что это Антоновы сюрпризы, так ведь кроме тебя еще никого нет.

– Да это он еще с вечера приготовил, – улыбнулась Саша. – Причем, они же вместе с Юлей ушли, а потом он