ЯССТ 8 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

Айрис печальным взглядом осмотрела мой боевой образ и покачала головой.

— Может, мины за спину перевесишь? — Предложила она.

— Не, пусть тут болтаются. На факт, что они сдетонируют от попадания пули или осколка, а вот задержать смогут. А если сдетонируют, то что ж, будет у тебя муж без вторичных половых признаков. — Мрачно пошутил я.

Айрис даже не улыбнулась.

— Пусть спереди висят. — Авторитетно заявил Егерь. — Враги решат, что у него стальные яйца и сразу испугаются.

Бойцы рассмеялись, сбросив часть копящегося напряжения. Часы уже показывали полчаса до начала игры. Небо темнело, а на нем всё ярче проявлялись космические объекты, окружающие планету. Она владела большим количеством естественных спутников скромных размеров, но различных оттенков. Альбедо каждого спутника тоже отличались. Над головами сейчас висела луна зеленоватого цвета, отражающая лучи намного сильнее естественного спутника Земли.

Я добавил зрительной модификации мощности и заметил на орбите светящиеся точки искусственного происхождения. Сказать сразу, станция это или космический корабль, возможностей зрения мне не хватило. Я сразу связал их нахождение с затевающимся шоу. Кивнул в ту сторону Айрис. Она всмотрелась в небо, затем посмотрела на меня, но комментировать не стала. Не хотелось, чтобы напарники начали подозревать нас в участии на стороне организаторов. Я же рассчитывал, что они после нескольких наших побед соизволят установить с нами контакт, которым мы и воспользуемся. Но пока об этом лучше было молчать.

— Так, а что у нас с тактикой в нападении? — Поинтересовался Француз. — Если враги будут сидеть в засаде и ждать нас?

— Тогда… — я задумался, — тогда мы с Егерем будем идти вперед, пока не нарвемся на сопротивление. Как только выявим их точки, тогда в дело вступят минометчики. Подавят их и так, шаг за шагом, будем продвигаться вперед. Согласен? — Поинтересовался я у Егеря, как у командира своей половины отряда.

— Вроде неплохо. — Согласился он. — По ходу боя будем подстраиваться. Зря минами не разбрасывайтесь. — Предупредил он бойцов.

— Тогда давайте сейчас потренируемся со связью и передачей изображения. — Посоветовал я.

Надо было четко согласовать работу передачи изображения, чтобы бойцы в реальном времени видели на поле боя как можно больше. В итоге, чтобы не путаться в горячке, что показывает нашлемный монитор, решили, что картинку с оружия напарников своей половины отряда буду выбирать я и Егерь, как командиры, для лучшей согласованности действий.

Часы начали последний отсчет. Я держал Айрис за руку и чувствовал, как потеют мои ладони. Нервишки пошаливали. Сердце стучало в ушах, как колесные пары на стыках рельс. Вдруг прямо в воздухе зажглись квадратные прожекторы по периметру арены. Сквозь решетку на нашу сторону упали многочисленные пятна света.

— Гордей, будь осторожнее. — Жена поцеловала меня в губы и прижалась к груди. — Как дорого нам обходится глупость.

— Надеюсь, организаторам гладиаторских боев их глупость обойдется намного дороже.

— Жаль, никто не надел экзоскелет. — Посетовал Егерь.

— Это самоубийство. — Решил Козлофф. — В нем в окоп не влезешь. Все пули твои.

— Экзоскелет подошел бы для заранее спланированной стремительной атаки. — Предложила Айрис. — Если бы всем отрядом двинулись бегом вперед, стреляя на ходу, не давая противнику опомниться. Но тактика рискованная.

— Пожалуй, слишком рискованная. Не многие из нас пробегут шестьсот метров без нагрузки, а с бронником и оружием, так и сотню за счастье будет. — Васяня попрыгал на месте, погромыхав плохо подогнанной экипировкой.

Цвет цифр на часовом табло сменился на красный. Осталась минута. Каждая смена чисел вошла в синхронизацию с биением моего сердца. «Бум-бум-бум» отсчитывало оно время до начала игры. Ладони напарников затряслись. Даже Егерь плохо справлялся с волнением. Чтобы придти в себя в таком состоянии требовалась смелость особой силы.

— Слушайте мой голос и ничего не бойтесь. — Посоветовал я им. — Враг сейчас в точно таком же состоянии. — Я горячо поцеловал Айрис. — Отходи на всякий случай подальше, вдруг прилетит.

Айрис и остальные несчастные, отошли на полсотни шагов от нас. На табло застыли ноли. Решетчатый забор с шумом ушел под землю. Перед нами раскинулась арена, освещенная мягким светом, не дающим тени. С той стороны замелькали точки фигур противников.

— Егерь налево, я направо. — Скомандовал я.

Как только закончилось томительное ожидание, мне стало намного легче. Едва мы пересекли линию забора, он снова поднялся, но на высоту в два раза выше прежней. Видимо, для безопасности тех, кто остался по ту сторону. В него тут же ударили пули, поглощенные силовым полем.

— Ай! — Вскрикнул Хардбас. — Меня, кажется, ранило.

— Все в окоп, живо. — Я затолкал заторможенных бойцов в загривок в укрытие.

Они явно находились в состоянии легкого шока, и как боевые единицы не представляли никакой пользы.

— Парни, приходите в себя. Рассредоточьтесь, выберите себе позиции. Я побежал ставить мины. Егерь, ты готов расставлять мины?

— Ага, готов. — Ответил он с задержкой. — У Хардбаса ранение в ляжку. Вроде ничего серьезного. Штаны сами затянули рану.

— Отлично. Не обращай внимания на мелочи. Погнали?

— Погнали.

Я выскочил из траншеи и дал перед собой очередь в сторону противника. Отлично сбалансированное оружие, не обладающее почти никакой отдачей, кучно отправило двадцать пуль в одно место. Мне показалось, что там я видел движение фигурок. Облачко пыли показало район, в который они прилетели. Я сделал на бегу еще несколько выстрелов вдоль предполагаемой границы, на которой находились противники. Сотня метров была преодолена за несколько секунд.

Первую мину я поставил в самом начале траншеи со стороны противника. В случае наступления, они были бы вынуждены прыгать в нее не глядя, чтобы не попасть под наш огонь. Активировал ее и воткнул в землю. Вторую пристроил у каменной бойницы, поставив на замедление. Присыпал землей и старыми гильзами.

Вражеский огонь усиливался. Пули барабанили по земле и стенам невысоких укрытий, разлетались, визжа рикошетами в разные стороны. Враг не жалея боеприпасов, решил придавить нас к земле. Его тактика походила на наступательную. Видимо, я правильно оценил его неусидчивый склад характера.

С нашей стороны тоже постреливали, но не так ураганно. Берегли патроны до более плотного соприкосновения. Я приподнял оружие над укрытием и при помощи зума на прицеле оценил обстановку. Вычислитель дал расстояние до вспышек выстрелов, и оно оказалось неожиданно далеким. Противник вел огонь от самого края арены. «Неусидчивые трусы», дал я новую оценку врагу. Идти в атаку совсем не хотелось.

Я благополучно вернулся на позицию, ныряя в траншеи и прикрываясь заборчиками. Глазастые враги все же сумели заметить мои перемещения, и последние метры я прополз под свист пуль над головой. Бойцы из моей половины отряда уже не выглядели такими потерянными, как в первые секунды боя.

— Поставил? — Спросил Мирон, дергаясь каждый раз, когда пуля поблизости с треском входила в силовое поле.

— Поставил, а толку? Они не наступают. — Произнес я расстроено.

— Шмаляют, будь здоров, как будто читы на бесконечные патроны поставили. — Он выглянул из-за забора.

Его любопытство чуть не стоило ему жизни. Несколько пуль ударили чуть ниже края каменной кладки. Мирон резко пригнулся и ухватился за лицо.

— Ранен? — Подскочил Рубильник.

Мирон убрал руку от лица, посеченного мелкой каменной крошкой. Глаз, защищенный экраном, не зацепило.

— Тебе для чего изображение с прицела на монитор выводится? — Спросил я его. — Чтобы ты голову под пули совал?

— Забыл я. — Нервно произнес боец. — Тут разве вспомнишь про всё.

— Народ. — Произнес я в микрофон. — Бошки свои не высовываем врагу на радость. Подняли оружие и осмотрелись. Как поняли?

Бойцы доложили, что всё поняли.