Тайны брачной ночи - Валери Боумен

— Что за человек покидал ваш дом утром, когда я пришел?

Проклятие! Кусок яблока проскользнул в горло, едва не задушив ее. Лили отпила большой глоток воды.

— Какой человек?

— Которого вы выпроводили в боковую дверь. Я видел в окно, как он уходил.

Лили захлопала ресницами.

— Колтон, я никогда не считала вас ревнивым.

Он пристально посмотрел на нее.

— Я не ревную. Просто задал вопрос.

Лили снова отхлебнула воду. Что Девон скажет, если она откроет ему правду?

— Вы, наверное, мне не поверите.

Он подцепил вилкой кусочек фаршированной цесарки.

— Испытайте меня. Возможно, я удивлю вас.

Она вытерла рот салфеткой. Решение принято.

— Хорошо. Что, если я скажу вам… — Лили подалась вперед и понизила голос до шепота: — Человек, которого вы видели, — кредитор. — Она не отрывала взгляда от его лица. Это игра ее воображения, или оно вытянулось? Нет, его лицо не отразило даже намека на его чувства.

Лили ждала. Вилка Девона в любой момент могла звякнуть по тарелке.

Он, прищурившись, смотрел на нее.

— Всему свету известно, что Меррилл оставил огромное состояние. Куда выше шансы, что это поклонник, а не кредитор.

Девон ее совсем не удивил. Ей радоваться или печалиться?

Меррилл действительно оставил огромное состояние, но ничего из него не досталось ей. Все унаследовал его племянник. И хотя по условиям брачного контракта Лили должна была получить значительную вдовью долю, племянник покойного мужа назначил ей содержание десять фунтов в год. И она ничего не могла с этим поделать. Наследник не раз говорил ей, что она молода и достаточно миловидна, чтобы снова выйти замуж, и именно это ей и следует сделать. Только благодаря милости новоиспеченного графа ей позволили остаться в лондонском доме. Слава Богу, граф предпочитал провинцию. Но с недавних пор он в письмах стал намекать, что они с женой скоро приедут в город. Так что она с домочадцами окажется на улице, это только вопрос времени.

Лили смотрела в тарелку. Она пыталась сказать Девону правду. Что еще она могла сделать?

— Еда восхитительна, — сказала она, пытаясь разрядить обстановку. — Так приятно сделать передышку и отвлечься от планирования дебюта Энни.

— Ах да, — заметил Девон, — как продвигается план?

— Я уже представила ее при дворе королеве и принцессам. Остался только бал. Он назначен на завтрашний вечер. Медфорд обо всем позаботился.

— Что до этого, я с трудом верю, что он пригласил меня.

— Медфорд пригласил вас? — вскинула голову Лили.

— Я столь же удивлен.

Лили снова уставилась в тарелку.

— Не хочу вас разочаровывать, но списками гостей занимается его секретарь. Думаю, сам он даже не знает, кто приглашен.

— А я-то надеялся, что это вы попросили его пригласить меня.

Лили покачала головой и улыбнулась ему.

— Весь свет приглашен, Девон. Я хочу, чтобы дебют сестры стал грандиозным успехом. Энни так долго этого ждала.

— Не сомневаюсь, что ждала, маленькая проказница.

— Вы будете там? — взглянула на него Лили. Она проклинала себя за этот вопрос.

Пожав плечами, Колтон озорно улыбнулся ей.

— Ну, если весь свет будет там, как я могу пропустить такое событие?

Лили вздохнула и приложила все силы, чтобы проигнорировать волну счастья, нахлынувшую на нее при этом известии.

— Энни слишком взволнованна из-за завтрашнего вечера. Боюсь, потом мне придется отгонять от нее молодых людей.

Девон налил себе еще вина из графина.

— Как я понимаю, она не разделяет ваши взгляды на брак?

— Ни в малейшей степени.

— Не хочу задавать банальный вопрос, но неужели вы не усадили ее за ваш… — Он прочистил горло. — За памфлет?

Лили лукаво взглянула на него.

— Нет, она пока не читала это творение.

— Самое время.

— Вы думаете, я не предлагала? — пробормотала Лили. — Хуже того, она уже почти влюбилась, во всяком случае, так она думает, в Артура Иглстона.

Девон наклонил голову.

— Возможно, вы осознаете, что не в силах остановить действие законов биологии, Лили.

— Я только хочу заставить Энни понять, что брак совсем не таков, как об этом говорят.

— Знаете, что я думаю? — Он всматривался в ее лицо.

— Нет. Что? — Лили настороженно посмотрела на него. Она сидела на краешке кресла, сложив руки вместе.

— Я думаю, что вы не пьете потому, что привыкли держать себя в руках. И вам очень не нравится, когда это невозможно. Памфлет, повадки Снежной королевы, а теперь и попытки удержать сестру от взросления — все это больше ваша проблема, чем ее.

Лили вздрогнула, словно Девон ударил ее. Она открыла было рот, чтобы высказать вертевшиеся на языке возражения, но быстро его закрыла. Этот человек проницателен. Слишком проницателен. И ей это нисколько не нравилось.

Она выждала немного, прежде чем заговорить.

— А есть что-то особенное в том, чтобы выпустить себя из-под контроля?

Девон медленно отпил глоток вина.

— В сущности — да. Чрезвычайно рекомендую. Вам нужно как-нибудь попробовать, и тогда вы узнаете.

Лили поставила локти на стол. Если уж они обмениваются мнениями, то она намерена высказаться.

— А знаете, что думаю я? — захлопала она ресницами, глядя на него.

— Пожалуйста, просветите меня.

— Вы находите извращенное удовольствие в своей репутации картежника и пьяницы. Вы ищете в жизни легких путей и, вместо того, чтобы стать ответственным, планируете жениться на богатой женщине и таким образом решить свои проблемы.

Девон застыл. Он осушил бокал, потом встретился с ней взглядом.

— Вы обо мне такого низкого мнения?

Лили наклонила голову.

— Вы забыли — я знаю вас пять лет.

Его голос был ровным:

— Нет. Вы знали меня пять лет назад.

— Вы отрицаете, что пьете? Отрицаете, что играете в азартные игры? Отрицаете, что были помолвлены с мисс Темплтон и она очень богата?

Девон широко улыбнулся, но улыбка вышла печальной.

— Я пью сейчас. Я играл два дня назад. И приданое мисс Темплтон неприлично велико.

Лили передернула плечами, пытаясь стряхнуть чувство вины за свою прямолинейность. Ей не следовало его судить. Этот человек никогда не притворялся другим. Во всяком случае, до недавних пор. И она хорошо сделает, если всегда будет помнить, насколько он ей не подходит. Он с легкостью проиграл тысячу фунтов, словно это пустяк. Не стоит ей обличать его. Это его деньги, его дело. Но он сам начал этот разговор отвратительным комментарием о том, что она постоянно контролирует себя.

— Давайте просто согласимся, что мы с вами полная противоположность друг другу. И не будем пытаться смотреть на вещи по-иному. Мир?