Необычный адвокат У Ёну. Сценарий. Часть 1 - Мун Чивон

(внутри / день)

Кёнхи, Чонхун и Ёну выходят из здания.

КЁНХИ. Чонхун, попрощайся. Извинись за то, что доставил госпоже адвокату столько беспокойства, давай.

ЧОНХУН (поднимает правую руку). Пен Бай!

Кёнхи смеется. Ёну тоже поднимает правую руку.

ЁНУ. Пен Бай!

Чонхун и Кёнхи уходят.

Ёну наблюдает за тем, как их фигуры отдаляются.

ЁНУ. (N) Восемьдесят лет назад аутистов считали недостойными жизни. Родись мы с Ким Чонхуном на восемьдесят лет раньше, нам не дали бы права на жизнь. Даже сейчас сотни людей лайкают комментарий: «Студент-медик умирает, а аутист живет. Это же прямой ущерб государству».

Чонхун оглядывается и снова кричит Ёну: «Пен Бай!»

Ёну тоже поднимает руку и говорит: «Пен Бай!»

ЁНУ. (N) Это бремя, которое мы вынуждены нести.

СЦЕНА 28. Зал судебных заседаний (внутри / день)

Первое заседание суда. В зале находятся трое судей, включая ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩУЮ (40 с лишним лет / женщина), а также свидетель – ПСИХИАТР (40 с лишним лет / мужчина).

Ёну ведет допрос.

ПСИХИАТР. Я считаю, что причиной поступка господина Ким Чонхуна стал мелтдаун.

ЁНУ. Можете ли вы объяснить, что такое мелтдаун?

ПСИХИАТР. Мелтдауны могут случаться у людей с аутизмом. Это происходит, когда человек больше не может справляться со стрессом, который долго подавлял. Они не делают этого специально. Это случается неосознанно, когда их переполняет чувство крайней беспомощности. Есть много типов таких срывов. В некоторых случаях происходит отключение всех коммуникативных функций и уход в себя, в других – мелтдаун выражается в агрессивном поведении, таком, как, например, крики, плач, членовредительство.

ЁНУ. Значит ли это, что нападение подсудимого на брата было симптомом нервного срыва, вызванного расстройством аутистического спектра, которое он не мог контролировать?

ПСИХИАТР. Да. Я так считаю.

ЁНУ. Спасибо, на этом всё.

Ёну возвращается на свое место. В это же время ПРОКУРОР (30 с лишним лет / мужчина) медленно встает и подходит к свидетелю.

ПРОКУРОР. Вы психиатр, верно? Вы работаете с аутизмом?

ПСИХИАТР. Ну, да.

ПРОКУРОР. Сколько больных с аутизмом сейчас находится в этом зале суда?

ПСИХИАТР. Что?

ПРОКУРОР. Мне кажется, что, кроме обвиняемого, среди нас есть еще один аутист. Что вы думаете по поводу адвоката защиты, которая только что вас опрашивала?

Ёну шокирована. Мёнсок вскакивает на ноги.

МЁНСОК. Возражаю! Прокурор оскорбляет нашего адвоката дискриминационными высказываниями, которые к тому же не имеют отношения к делу!

Несмотря на то что Мёнсок считает себя очевидно правым, судья колеблется.

СУДЬЯ. Хм… Отклонено.

МЁНСОК. Что? Отклонено?

СУДЬЯ. Вопросы прокурора могут быть оскорбительными для адвоката, однако я не считаю, что они не имеют отношения к делу или кого-то дискриминируют.

МЁНСОК. Что?

СУДЬЯ. Адвокат, сядьте. Прокурор, продолжайте опрос.

Мёнсоку ничего не остается, кроме как сесть.

Прокурор торжествующе улыбается.

ПРОКУРОР. Адвокат защиты, которая вас опрашивала, тоже больна аутизмом?

ПСИХИАТР. Не всем людям с расстройством аутистического спектра необходимо лечение, поэтому термин «больной аутизмом» кажется мне неуместным.

ПРОКУРОР. Даже несмотря на ее действия?..

Прокурор указывает на Ёну, и все присутствующие обращают на нее взгляды. Ёну раскачивается взад и вперед и изо всех сил сжимает одну ладонь другой, пытаясь избавиться от беспокойства. Это выглядит… очень «аутистично».

МЁНСОК (вскакивает, очень сердитый). Прокурор! Вы что делаете?!

ПРОКУРОР. Что делаю? Я всего лишь спрашиваю у свидетеля, является ли адвокат У Ёну, защищающая обвиняемого, больной аутизмом!

ПСИХИАТР. Мне сообщили, что у адвоката У Ёну расстройство аутистического спектра. Однако диагноз ставил не я, так что я не могу давать заключение. Я не судья, чтобы выносить такие вердикты.

ПРОКУРОР. Ответьте четко! У адвоката У Ёну есть аутизм или нет?

ПСИХИАТР. Есть…

ПРОКУРОР. Считаете ли вы недееспособным обвиняемого?

ПСИХИАТР. Да.

ПРОКУРОР. Потому что у него аутизм?

ПСИХИАТР. Да…

ПРОКУРОР. Если это так, считаете ли вы недееспособной и адвоката защиты?

МЁНСОК. Возражаю! Почему вы продолжаете говорить об адвокате? Ее история болезни не имеет никакого отношения ни к подсудимому, ни к этому делу!

ПРОКУРОР. Еще как имеет! Защита настаивает на смягчении приговора на основании наличия у обвиняемого аутизма. Но если обвиняемый недееспособен, тогда получается, что и адвокат тоже?

МЁНСОК. Не делайте вид, что не знаете, что такое недееспособность! Тот факт, что у кого-то есть психическое или физическое расстройство, не означает, что человек недееспособен. Недееспособным можно назвать лишь того, кто не может различать вещи и принимать решения!

ПРОКУРОР. Вы предлагаете признать слова адвоката с аутизмом о том, что подсудимому с аутизмом необходимо смягчить приговор, наравне со словами нормальных адвокатов? Разве это не странно? Противоречие в аргументации защиты!

Мёнсок теряет дар речи. Чинпён и Кёнхи, сидящие в зале, следят за реакцией судей. Кажется, что судьи прислушались к прокурору. Пара нервничает.

Ёну опускает голову. Сидящий в зале Чунхо обеспокоенно смотрит на Ёну.

СЦЕНА 29. Коридор на одиннадцатом этаже компании «Ханбада» (внутри / день)

Чунхо идет по коридору. Он подходит к кабинету Ёну, но не решается войти. Вздохнув, он наконец открывает дверь.

СЦЕНА 30. Кабинет Ёну (внутри / день)

Чунхо видит Ёну, висящую на привязанной к светильнику веревке.

Опешивший Чунхо бежит к ней.

ЧУНХО. Госпожа адвокат!

Одной рукой Чунхо хватает Ёну за бедра и приподнимает, другой вытягивает шею Ёну из петли.

Так как Чунхо придерживал Ёну за ягодицы, верхняя часть ее торса откинулась назад, и она стала падать.

Чунхо быстро вытягивает руку и подхватывает спину Ёну.

Они валятся на пол. Ёну лежит на спине, Чунхо находится сверху, продолжая ее обнимать. Их лица очень близко друг к другу.

ЁНУ. Господин Ли Чунхо, ваша рука все еще на моем бедре.

ЧУНХО. Ой!..

Чунхо быстро убирает руку и садится.

Его лицо краснеет.

ЁНУ. Вот почему я упала сначала на спину!

Глаза Ёну мерцают, словно она что-то поняла.

INSERT

Большой кит выпрыгивает из моря.

CUT TO

Кабинет Ёну, настоящее время.

Ёну вскакивает и выходит за дверь. Чунхо следует за ней.

СЦЕНА 31. Кабинет Мёнсока (внутри / день)

Даже в спешке Ёну не забыла постучаться привычным способом. Мёнсок и Чинпён не ожидали увидеть ее.

ЁНУ. Я только что повесилась, но Ли Чунхо меня спас.

МЁНСОК. Что?

ЁНУ. Ли Чунхо сначала схватил меня за бедра правой рукой и приподнял вверх. Затем левой рукой он попытался развязать веревку на шее. Знаете, что тогда произошло? Я потеряла равновесие и упала на пол.

Ёну активно машет руками, демонстрируя захват бедра и развязывание веревки. Чунхо смущен.

ЧИНПЁН. О чем вы говорите?

ЁНУ. Согласно отчету о вскрытии, ребра Ким Санхуна… (Глядя на Чинпёна.) То есть ребра жертвы были сломаны в двадцати двух местах. Пять переломов на правых передних ребрах с третьего по седьмое, шесть – на левых передних ребрах со второго по седьмое и… (Обращаясь к Чунхо.) Могу ли я использовать ваши ребра для демонстрации?

ЧУНХО. Что?.. А, да, да…

До этого Ёну показывала на своих ребрах. Однако, поскольку до задних ребер она не дотягивается, ей пришлось обратиться к Чунхо. После того как Чунхо дает разрешение, она разворачивает его спиной.

ЁНУ (показывая на ребра Чунхо). Сзади сломаны ребра со второго по двенадцатое, в общей сложности одиннадцать, и только правые. Других переломов нет. Разве это не странно?

Мёнсок начинает понимать, к чему она клонит.

Чинпён же, наоборот, озадачен.

ЁНУ. Переломы передних ребер, вероятно, произошли во время сердечно-легочной реанимации. Проблема в переломах