Любить Нельзя Забыть (СИ) - Романенко Оксана

Позвонила Лена.

— Что делаете?

— Балдеем, — ответила я, — мультики смотрим.

— Балдеем! — крикнул в трубку Тёмка.

— Слышу, слышу, маленького бандита. Скажи ему, приеду — накажу целовашками!

— Это скорее поощрение, а не наказание! — Рассмеялась я.

— А у меня, это такое наказание для нашего сладкого пупса. Но я не об этом. Ты представляешь, мне сегодня полдня этот малолетка с караоке названивал! Друг Олега твоего, как его там — Лекс! Имя то дурацкое какое.

— Да? И что ему от тебя было нужно?

— Догадайся!

— А ты?

— А что я? Отмораживалась как могла! Малолетки — это по твоей части, прости, подруга. Ты же знаешь, меня они никогда не вставляли. Мой любимый мужской контингент — это тридцать пять плюс, и никак не меньше. Слушай, в упор не помню, что я ему такого там втирала весь вечер, и зачем, вообще, дала свой номер?! Но факт, блин, в том, что сегодня он настойчиво звал меня в ресторан! Представляешь?! Ахахаха! Вот, умора! Меньше надо пить!

— Скорее всего, его очень заинтересовали твои способности, подружка! Ну ты меня поняла… сын рядом — озвучить не могу.

— Видимо так и есть…Говорю же, пить надо меньше и болтать заодно! В общем, я от него вроде отделалась, тем более, что крупная рыбка наклёвывается, не до молодёжи сейчас, но парень, он, конечно, красивый, да и наглый, как раз в моём вкусе, был бы только на десяточек лет постарше, ух, я б с ним!

— Ладно, можешь не продолжать… Лен, а Лекс про меня ничего не спрашивал?

— Нет, ничего. А должен? Оставь эти мысли, Анька! И этих малолеток тоже! О Кирилле лучше думай! Он скоро в Москву возвращается из командировки, обязательно встретимся с ним, для начала втроём, так и быть.

«Лучше бы он там и оставался в своей командировке», — с досадой подумала я.

Ночью мне приснился сон: молодая красивая блондинка с роскошными волосами, сидит на коленях у Олега и страстно его целует. Он везде её трогает и говорит, что безумно любит… Вдруг, в какой-то момент они отрываются друг от друга, смотрят на меня и громко смеются.

— Опять эта администраторша?! Олежек, прогони её немедленно!

На этом моменте я проснулась. Сердце учащённо стучало. Я встала с кровати и прошла в детскую к сыну. Примостилась рядышком, уткнулась в мягкие светлые кудряшки и спокойно уснула до утра.

* * *

В понедельник я отвезла Тёмку на новой машине в частный Детский Центр дошкольного развития, а сама поехала на работу. Я катастрофически опаздывала, и хотя Палыч закрывал глаза на наши утрешние задержки (главное, чтобы вся работа была сделана в срок) времени было уже катастрофически много — около одиннадцати.

— Облонская! — закричал он, выглянув из своего кабинета. — Пришла? Зайди ко мне!

— Да, Андрей Павлович, извините за опоздание, вы же знаете, я за городом живу и сына пришлось отвозить в…

Палыч в нетерпении махнул рукой.

— Срочно езжай в ИвестИндастриал, они звонили, им там нужен внештатный переводчик — синхронист, для каких-то особо важных переговоров! Я им отправлял резюме Вероники, но они почему-то запросили тебя. Кстати, она мне рассказала, что ты слиняла с той выставки. Нехорошо.

Я промолчала. Всё же Вероника проговорилась. Теперь понятно почему.

— Ладно, неважно, работай. Вот адрес. Сейчас позвоню водителю.

— Андрей Павлович, я на своей машине, ладно?

Он снова махнул рукой и уткнулся в Macbook.

— Да, — сказал он мне вдогонку, — если пригласят на неофициальный банкет — соглашайся.

Проходя мимо Вероники, я поймала её уничтожающий взгляд. Мне стало не по себе. Захотелось оправдаться.

— Вероник, я честно не знала, что оказывается они выбрали меня…

— Видимо, ты хорошо потрудилась! — кивая головой в сторону кабинета начальника ядовито произнесла она.

— Прости. Я не виновата.

Фыркнув, Вероника демонстративно развернулась ко мне спиной.

* * *

Москва-Сити. Я обожала небоскрёбы — они напоминали мне Америку. Офис нужной мне компании находился в башне Империя и занимал весь пятьдесят восьмой этаж. Я поднялась на лифте и вошла в классический антураж успешной корпорации. Миловидной девушке на ресепшене озвучила цель своего визита. Она кивнула и сделала полагающийся звонок.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сейчас за вами придёт личный помощник и проводит в кабинет к начальству. Присядьте пока, пожалуйста.

Ждать долго не пришлось. Через пять минут ко мне подошла немолодая женщина около пятидесяти лет, строго одетая, вышколенная — как бы сказали раньше. Она слегка улыбнулась:

— Анна Аркадьевна, здравствуйте. Пройдёмте со мной. Вас уже ждут.

Мы долго шли по длинному широкому коридору, в конец которого упиралась массивная дверь. Открыв её, она рукой пригласила меня войти, но сама заходить не стала.

Увидев, кто был моим главным нанимателем, я остолбенела.

Возле огромного стола, стоял улыбающийся Олег.

Выглядел он потрясающе в деловом костюме, который сидел на нём как влитой. Итальянский и очень дорогой.

— Проходите, Анна Аркадьевна, не стесняйтесь. Он указал на кожаное кресло для посетителей.

— Вот мы с вами и поменялись местами, да, Анна Аркадьевна? Теперь вы заходите в мой кабинет.

— Твой ли? — не знаю зачем, дерзко ответила я.

Олег резко перестал улыбался.

— Да ты права. Это кабинет моего отца. Мой всё ещё на ремонте. Отец сейчас в деловой поездке в Арабских Эмиратах, а мне срочно понадобился личный переводчик.

Так вот в чём дело. Теперь всё встало на свои места: приглашение Вероники на банкет, визитка, разговор босса якобы с Ракитиным — старшим — всё это было только для того, чтобы я пришла. Компании Олега не нужен переводчик. Ему нужна была я. Но для чего? Унизить? Показать мне, что это он теперь находился в роли учителя, а я, — в роли нерадивой ученицы?

— Возьми Веронику. Это должна была быть её работа.

— Она мне не понравилась. Либо ты, либо никто. У нас и так полный штат сотрудников.

Слышала бы такое о себе Вероника, считавшая себя очень красивой и эффектной девушкой — комплекс неполноценности до гробовой доски ей был бы обеспечен.

— Тогда я отказываюсь. Мне не нужна ЭТА работа.

— Тебе не нужны деньги?

Я не ответила.

Олег переместился и присел на край стола, напротив моего кресла.

Как хорошо, что я надела брюки, а не юбку!

— Ну рассказывай, как ты жила все эти годы?

— Это такое собеседование?

— Ну ты же отказалась от работы, поэтому мы просто немного по-дружески поболтаем. — Сколько мужиков у тебя было после меня?

Я задохнулась от неожиданности. Вот так поворот! Отличная дружеская беседа!

— Сколько было — все мои! — опять надерзила я.

— Младше или старше? Или тебя до сих пор на школьников тянет?

Меня слово окатили ледяной водой. Я вскочила с места. Лицо пылало.

— Расскажи, с ними было как и со мной? Ты каждый раз кончала? И в рот брала, и в…

Звонкой пощёчиной я стёрла с его рта последнее гадкое слово. Олег даже не шелохнулся. Капелька крови выступила в уголке его нижней губы. Медленно, языком он слизнул её.

— Ненавижу тебя! — прошептала я.

— Ненавидишь? За что? — искренне удивился он.

«За то, что так легко отказался от меня, за то, что не боролся за нашу любовь, за то, что не пытался узнать правду, за то, что не искал меня все эти годы… за то, что про сына не знал…»

Мои глаза налились слезами. Я действительно ненавидела его в этот момент.

Олег сделал шаг ко мне.

— Может быть, ты ненавидишь меня за то, что сама же и бросила?! За то, что смешала с дерьмом любовь зелёного пацана?! Ведь я любил тебя! А теперь ты вся такая из себя неприступная, холодная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он вплотную подошёл ко мне и пальцами взял за подбородок. Его голос изменился, стал более вкрадчивым и тихим. Поглаживая большим пальцем мой подбородок, и глядя мне прямо в глаза, он продолжил:

— Ты всегда такой была — холодной. Я до сих пор для вас всего лишь пацан, мальчишка, да, Анна Аркадьевна?