Любовь и «Розы» - Кэтлин Рэндалл

— Может быть, все не так уж страшно?

— Дай-то Бог! — откликнулся Бретт.

— Я не думала, что дело примет столь неожиданный оборот и мы едва не угодим в крематорий! И все из-за меня! Ты же мог погибнуть!

— Лучше подумай о том, что мы могли бы жить своей семьей, любить друг друга, рожать детей. Так нет же! Тебе нравится быть Натом Пинкертоном!

Кэй Си посмотрела на него с нежной улыбкой и прошептала:

— Я люблю тебя! Я люблю тебя и хочу, чтобы мы были счастливы. Иначе не стоило выбираться из этого страшного чулана!

— Но ты не согласна бросить работу?

— Ты не прав. Я еще не закончила расследование и не нашла главного преступника. Ты же понимаешь, что Делюкк — всего лишь мелкая сошка. Кроме того, я уверена, что не он фотографировал бумаги у тебя на столе. Для этого надо было выследить, когда тебя не будет в кабинете, а потому — постоянно находиться где-то рядом. Делюкк же очень редко поднимался на четвертый этаж. Он только забирал из тайника то, что оставлял кто-то другой. Поэтому, прежде чем уйти с работы, я должна распутать весь этот узел.

— Только не надо благородного самопожертвования! — воскликнул Бретт. И тут же пожалел о невольно вырвавшихся словах. Брови у Кэй Си сначала удивленно взлетели вверх, а потом молниеносно сошлись к переносице.

— Так. Значит, ты этого больше не хочешь?

Она была поражена. Ведь уход с работы после завершения дела «Роз» стал для нее делом решенным. Карьера — в жертву семейному счастью. Кроме того, был еще некий план Лин. Будущее представлялось Кэй Си ясным. И вдруг — пожалуйста! Он еще раздумывает.

Бретт почувствовал свой промах.

— Ты не поняла меня. Я хотел сказать, что ни минуты не могу больше жить в страхе. Ведь тебя могут зарезать у двери собственного дома. Разве невозможно повторение того, что случилось сегодня? Ведь ты сама говоришь, что банда еще до конца не раскрыта. Они тоже не сидят сложа руки! Тем более дело оказалось связанным с наркотиками. Ты, профессиональный криминалист, понимаешь, чем все это пахнет!

Кэй Си вылезла из машины. В чем-то он прав! Пока дело не завершено, нет смысла говорить об уходе с работы. Но если она поддастся на его уговоры, то навлечет беду на всех, кто ей дорог!

— Бретт, сейчас для нас главное — загнать в угол Гардинера и всех, кто за ним стоит, — твердо заявила Кэй Си, наклонившись к окошку машины. — Закончим дело, а потом будем разговаривать о своих личных делах.

— Если мы доживем до твоего «потом», — мрачно проговорил Бретт.

— Надеюсь, доживем. Ведь Гардинер уже лишился одного из своих самых надежных агентов!

12

Кэй Си открыла дверь небольшой костюмерной и выглянула в зал. Собравшиеся толпились, в основном, около бара. Мужчины были в смокингах.

Вечерние туалеты женщин украшены драгоценностями. Казалось, здесь собрался весь бомонд Сан-Франциско. Это как раз для Бретта! Он обожает вращаться в высшем обществе…

Себя причислить к элите Кэй Си никак не могла. А сегодня ей вообще предстояло выступить в роли простой манекенщицы. Она глубоко вздохнула и еще раз осмотрела зал. А вот и Бретт! Непринужденно разговаривает с дамами, раскланивается с финансовыми тузами, шутит с какими-то шикарно одетыми молодыми людьми. Сам выглядит вполне респектабельно. Только лицо очень бледное и глаза усталые. Результат недавней встречи со смертью… Конечно, он еще и расстроен. Несколько новых моделей, висевших в костюмерной, сгорели или были испорчены водой, пропахли дымом. Некоторые из сохранившихся Бретт хотел показать сегодня…

Кэй Си же почти оправилась от недавних потрясений. Правда, у нее немного обгорели волосы. Пришлось срочно звонить лучшей подруге, и та сделала ей новую прическу. Вроде бы вполне приличную. Бретт этого даже не заметил! Бросил на нее рассеянный взгляд и побежал в зал… Более внимательными оказались репортеры. Они наперебой отпускали комплименты ее красоте, щелкали камерами и добивались интервью. Кэй Си надоело рассказывать все подробности пожара и отвечать на более чем нескромные вопросы…

В костюмерной стоял невообразимый гвалт. Манекенщицы сновали по комнате, толпились у большого овального зеркала, громко спорили, награждая друг друга не вполне лестными эпитетами. Среди всей этой суеты невозмутимыми оставались только миссис Чин и Лиза. Они помогли Кэй Си разложить в порядке очередности платья, которые та должна была демонстрировать, объяснили, как вести себя на сцене, что для нее было очень важно.

Она никогда не заботилась о своей походке, считая ее нормальной. И вдруг оказалось, что ходить по сцене не так-то легко! Ноги почему-то двигались вразнобой, коленки задевали одна другую. Она не могла сделать двух шагов, чтобы не споткнуться. Кэй Си пришла в отчаяние. Ее уверяли, что на сцене все придет в норму. Она не верила…

Между тем гул в зале нарастал. Видимо, народу становилось все больше.

В костюмерную вбежала растерянная Лин.

— Я потеряла текст вступительного слова! Боже, что теперь будет! Провалюсь непременно! Кэй Си, вы не знаете, где красное кожаное кресло? Я должна на нем сидеть. А его куда-то утащили! А, вот оно!

За ней ходил Росс и старался успокоить:

— Да не волнуйся! Все будет хорошо! Вот твой текст. Ты забыла, что отдала его мне… — Обернувшись к Кэй Си, Росс сказал, как будто извиняясь: — Лин очень разнервничалась. Не знаю, что делать!

Наконец появился и Бретт. Он подходил к каждой манекенщице, шутил, смеялся, уговаривал не волноваться. Чуть дольше задержался около Кэй Си. Чувствовалось, что Бретт нервничает ничуть не меньше всех участников показа мод.

— Бретт, я так боюсь! — прошептала она. — У меня коленки отбивают дробь, как кастаньеты! Ей-Богу, расследовать уголовные дела куда легче! Скажи, может быть, еще не поздно меня заменить?

— Во-первых, поздно. А во-вторых, за кого я уж вовсе не волнуюсь, так это за тебя!

Бретт хотел еще что-то сказать, но тут его позвала Лиза. Он воровато оглянулся и поцеловал Кэй Си в губы. Та покраснела и крепко сжала его руку.

— Кэй Си, — шепнул Бретт, — когда все это закончится, тогда…

Не договорив, он бросился к Лизе. Кэй Си поднесла ладонь к губам, на которых еще горел его поцелуй. Итак, когда все завершится… Господи, неужели такое время когда-нибудь настанет?

Кто-то оставил приоткрытой дверь на сцену, и из костюмерной был виден весь зал. Кэй Си спряталась за портьеру и стала рассматривать собравшихся. Ей хотелось привыкнуть к этой изысканной публике. Да и к самому залу, который был богато и со вкусом украшен.

В конце зала располагались бар и буфет. Оттуда неслись соблазнительные ароматы. При входе стояли застекленные столы-прилавки. Здесь хорошенькие девушки в голубой форме продавали ювелирные изделия фирмы «Нейман-Маркус» — спонсора сегодняшнего представления.