Война HAАRP - Василий Головачев

Ривкин и Ширяев, да и Олег тоже, поначалу отнеслись к «собакам» скептически, но после недолгих примерок осознали себя «киберсолдатами ХХI века» и ворчать, что они «воюют мозгами, а не руками», перестали.

И ещё одна нерешённая проблема мешала Афанасию чувствовать себя более или менее спокойно: защита группы и экипажа от СВЧ-излучения тоже не была установлена на борту «Ила». Имелась, правда, надежда, что американцы не на всех своих самолётах установили мощные СВЧ-генераторы, а только на крупных, таких как бомбардировщик «Б-2» или военные транспортники.

Зато грела душу мысль о наличии неймса.

Сначала Пахомов хотел передать в лабораторию оба образца нейтрализатора – «бритву» и маузер, потом решил, что и одного будет достаточно, и оставил себе маузер, уговорив Геннадия Терентьевича не сообщать об этом начальству.

Теперь у него был излучатель, пусть маломощный, но тем не менее способный делать дырки в стенах, который мог пригодиться в экстренной ситуации.

Олег, заметив, как Афанасий прячет маузер под отворот жилета, округлил глаза:

– Это что ещё за музейный экспонат?

Неймс в действии он не видел.

– Дырокол, – ответил Афанасий серьёзно. – Делает дырки даже в железе.

Ответ отбил у Олега охоту продолжать расспросы.

Незаметно для себя самого Афанасий уснул и проснулся от лёгкого толчка в плечо. Открыл глаза.

– Садимся в Благовещенске, – сказал Олег.

Военный аэродром «Полевой» располагался в семи километрах от города, недалеко от реки Зеи, в отличие от гражданского аэропорта Игнатьево, распростёршего взлётно-посадочные полосы вдоль Амура. Афанасий здесь не был ни разу, поэтому с любопытством смотрел в иллюминатор, пока самолёт умащивался на стоянке, где его уже ждали заправщики. Но кроме двух серых гофрированных металлических ангаров, вышек, ряда военных самолётов и сетчатых загородок ничего видно не было, и Афанасию наскучило любоваться пейзажем, в котором преобладали серые и жёлтые тона.

– Ты не был в Благовещенске? – спросил он сержанта.

– Никогда, – ответил Сеня Марин, тараща сонные глаза; он только что проснулся. – Эдак мы всю географию России изучим.

– Так это же хорошо, – сказал Бугаев. – Бесплатные экскурсии.

– А ты? – обратился Афанасий к Ширяеву.

– Тоже не был, – признался капитан. – Знаю только, что там на противоположном берегу Амура китайский город Хэйхэ. В Благовещенске есть спичечная фабрика «Искра», ей больше ста лет. А ещё где-то в черте города нашли кладбище динозавров.

– Прилично, я и этого не знаю, к стыду своему.

– Да ты у нас прямо ходячая Википедия, Шалва, – похвалил капитана Дохлый. – Куда ни подадимся – везде ты был или обо всём слышал.

– Бесплатный гид, опять же, – тихо сказал Бугаев.

– Болтуны, – косо посмотрел на сержантов Ширяев.

Из самолёта решили не выходить, чтобы не порождать лишние слухи среди военного персонала аэродрома. Постояли у открытого люка, подышали не сильно свежим воздухом, Бугаев и Ширяев выкурили по сигарете и вернулись в салон.

Заправка «Ила» длилась около часа. После чего Костя запросил у аэродромной службы взлёт, ему дали добро, и самолёт поднялся в воздух.

Пересечение границы прошло буднично, незаметно, китайские наземные службы и российские пограничники были предупреждены заранее.

Сквозь разрывы облаков ничего особенного разглядеть не удалось, но цвет суши под самолётом был безрадостный, преобладали желтоватые, серые и коричневые тона, зёленые пятна были редкими, поэтому любоваться пейзажем никто не стал.

– До цели час полёта, – доложил второй пилот; все звали его Витюшей.

Афанасий надел шлем, воткнул разъём питания и связи в розетку, вмонтированную в подлокотник кресла. Стали слышны голоса переговаривающихся пилотов, далёкие звоны и бормотание эфира. Не хватало экрана, на котором было бы видно положение самолёта, и Афанасий с сожалением подумал, что идея со шлемом непродуктивна: он ничего не видел и сориентироваться в пространстве – и в ситуации – не мог всё равно, несмотря на наличие связи с центром.

Поёрзав, Афанасий изогнулся и стал смотреть на экран Олега, перед которым тот сидел как Будда в состоянии нирваны. На движение соседа он, однако, отреагировал: чуть повернул экран, коснулся ногтем красной точечки на покрытой координатной сеткой карте Китая.

– Мы здесь, пролетаем над городом Байчэн.

– Где Кайфэн?

Палец майора опустился ниже.

– Вот, около семисот километров от нас.

– Вижу.

Кайфэна на карте видно не было, вместо него компьютер изобразил серую опухоль с белыми волокнистыми краями, напоминающую медузу, – это была ундуляция ПНД, порождённая действиями трёх американских ионосферных излучателей. Два из них были стационарными, представляя собой модификации систем HAARP, один – мобильный, установленный на борту судна, которое в данный момент располагалось в Жёлтом море.

– Странно, – задумчиво сказал Олег. – Такое впечатление, что у этого треугольника воздействия четыре угла.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Афанасий.

– По тем данным, что мне сбрасывает центр, нагрев ионосферы происходит с четырёх сторон, а не с трёх, как обычно.

– Можешь вычислить, откуда в ионосферу вонзается четвёртый луч?

– Попробую. – Пальцы Олега замелькали по клавиатуре.

Работал он недолго.

– Удивительно, там ни озёр, ни тем более морей…

– Где?

– Провинция Шэньси, горы Баян-Хото.

– Но это же китайская территория.

– В том-то всё и дело.

– Как американцы могли перебросить в Китай свой мобильный «Зевс»? К тому же у них нет самолётных излучателей, это наше российское ноу-хау.

– Не понимаю.

– Центр, я «сто седьмой», – вызвал Афанасий.

– Первый-пятый на линии, – отозвался оператор центра.

– Прошу проверить по линии разведки, не прячут ли китайцы свой собственный «Харп» в горах Баян-Хото.

– Запрос принят.

Афанасий сел прямее. Мелькнувшая мысль и впрямь требовала проверки.

– А ты быстро соображаешь, – с уважением сказал вдруг Олег.

– Ничего другого в голову не приходит.

– Я тоже подумал: как могли американцы на китайской территории упрятать свой «Зевс»? Но если это и в самом деле китайская станция…

– Значит, кто-то в китайской оборонке работает на америкосов.

– Жесть!

– Я уже ничему не удивляюсь. В наше время все предают всех, нет ничего святого, и китайцы ничем не отличаются от европейцев или тех же так называемых революционеров в наших бывших республиках, купленных америкосами.

– Революционеров, – хмыкнул Олег. – Бандиты они, уроды и нелюди, а не революционеры. Я слышал шутку на эту тему: странный народ эти революционеры: не признают ничьей власти и страшно удивляются и негодуют, когда их власть тоже не признают.

Афанасий промолчал. Перед его мысленным взором пронеслись кадры операции, в которой он принимал участие, по уничтожению сбежавшего в Польшу из Украины украинского ультранационалиста-бандеровца Сашко Куроша по кличке Ярый, прославившегося кровавой резнёй в Киеве ещё в военном перевороте две тысячи четырнадцатого года. После того как переворот удался и власть в стране перешла от олигархов Януковича к другой группе олигархов, бандеровцев «Правого сектора» начали потихоньку отстреливать, отлавливать и сажать, а то и вешать, и сориентировавшийся Сашко сбежал в «ридну батькивщину Речь Посполиту». Однако возмездие нашло его и там.

– Подлетаем, – проснулся в наушниках шлема голос командира экипажа.

Афанасий отбросил посторонние мысли, повернул голову к операторам «кнута».

– Готовьте машину к пуску.

– Пошли, пощупаем, – встал, потягиваясь, капитан Ширяев.

Афанасий пропустил их, прошагал в кабину лётчиков.

Пилот Витюша с готовностью уступил ему место. Он уже прочувствовал характер командира группы и подчинялся так же беспрекословно, как и командир экипажа Костя.

Афанасий сел, подключил шлем к коммуникационным каналам.

– Внимание, начинаем подготовку. Центр, я «сто седьмой», до цели десять минут.

– «Сто седьмой», я первый-второй, – заговорил в наушниках басовитый голос Черняка. – Ваш запрос проверен, в горах Баян-Хато, по данным разведки, строится китайский «Харп», но в эксплуатацию он ещё не сдан.

– И при этом работает?

– Да, это странно, будем разбираться. Ваша задача – не долетая до Кайфэна тридцать километров, включить «Коршун», сделать крен влево и пойти по кругу. Будьте внимательны, по нашим данным, с аэродрома в Хуайбэе подняты два китайских борта, перехватчик «F-7» и непонятный борт с лепёшкой антенны на горбу, идут к вам. Кроме того, в Жёлтом море замечен американский ДРЛО[4] «Е-3АМ», и тоже, думается, неспроста.

– Но ведь китайцы должны нам помогать.

– Они и помогают… в силу своего понимания ситуации. Вокруг Кайфэна сейчас крутятся ещё несколько бортов, будьте осторожны, держите связь с Кайфэнским и Пекинским центрами сопровождения.