Четыре кольца для невесты - Сьюзен Стивенс

В зале полукругом стояли сановники из многих стран, костюмы которых были украшены лентами, медалями и драгоценными камнями – и все они ожидали ее прибытия! Все это казалось ей невероятным.

Внезапно уверенность в себе покинула Люси, ноги будто приросли к полу. К счастью, сразу же около нее оказался Калил, и ее заледеневшая рука была согрета его теплом. Она разрешила ему вести себя вперед, медленно и осторожно, как будто была хрустальной вазой, которая может разбиться, если обращаться с ней неаккуратно.

Во время церемонии Люси вела себя безупречно, отвечала, когда требовалось, улыбалась Калилу, когда это было положено, и позже, когда они танцевали, старалась казаться раскованной. Она простила бы его безразличие к ней и забыла бы все подозрения за одно только нежное слово, за один ласковый взгляд или за одну милую улыбку.

Но он ухаживал за ней, как очень учтивый и внимательный… незнакомец.

Наконец Калил провел ее к высокому столу, подвинул ей стул, Люси села.

– Мать моего сына, – произнес Калил, представляя Люси послу Абадана.

Пожилой мужчина наклонился к ее руке для поцелуя.

– Большая честь наконец встретить вас, принцесса, – сказал он.

Потрясенная Люси часто заморгала и встретилась со спокойным взглядом Калила.

– Это я имею удовольствие познакомиться с вами, – ответила она, быстро приходя в себя. Тот факт, что Калил побеспокоился о том, чтобы представить их, а также то, что ее назвали «принцессой», застало ее врасплох.

– Я надеюсь, что ты извинишь меня, – сказал Калил.

С удовольствием, подумала Люси, когда посол увел его.

Ей нужно время, чтобы собраться с мыслями, осознать, что, как ни короток будет их брак, ее жизнь изменилась навсегда. Она наблюдала, как люди, низко кланяясь, уступали дорогу Калилу и понимала, что никогда не сможет привыкнуть к тому, что шейх Калил из Абадана – ее муж.

Предоставленная самой себе, Люси начала расслабляться и наслаждаться празднованиями.

Разговоры с друзьями, родственниками и даже с незнакомыми людьми развлекали ее. Но беседа с женой мэра Вестбери нарушила эту идиллию.

– Только подумать, что Вестбери-Холл снова будет частным домом!

– Простите? – переспросила Люси, собираясь с мыслями.

– Вы должны гордиться вашим мужем, – Оказала жена мэра, указывая на Калила, который непринужденно болтал с гостями, проходя среди гостей.

– Я горжусь, – автоматически проговорила Люси.

– Фрак великолепно сидит на его роскошной фигуре, и я воображаю, как замечательно выглядит он в аравийской одежде. И его английская кровь внесла…

– Мне бы не хотелось вас прерывать, – сказала Люси, отчаявшись остановить неудержимый поток слов пожилой женщины, – но я полагала, что Вестбери-Холл готовят под гостиницу?

– Так думали все мы, дорогая моя, до сегодняшнего утра. Но теперь мы узнали другое. А я – непосредственно из уст вашего мужа. У него так много слуг, – вздохнула она, не обращая никакого внимания на потрясенную Люси. – Даже трудно представить, – она сложила руки, как будто для молитвы, и закатила глаза, – что среди нас будет жить особа королевской крови.

Люси постаралась сохранить улыбку, вежливо кивая жене мэра. Калил купил Вестбери-Холл лично для себя! Она вспыхнула от стыда, вспомнив свою радость, когда сумела продать Вестбери-Холл много дороже его рыночной цены – консорциуму бизнесменов, так сказал агент. Теперь она поняла, что таким образом Калил расплатился с ней. Он сделал это, чтобы успокоить свою совесть, оставив ее утром, после их единственной ночи любви? Она представила его шок, когда он обнаружил, что она родила Эдварда!

– Вам, наверное, надо быть с вашим великолепным мужем, – сказала жена мэра и помахала шифоновым носовым платком подруге в другом конце зала. – Я желаю вам счастья, моя дорогая. И она наклонилась к Люси, чтобы запечатлеть влажный поцелуй на ее щеке.

– Спасибо, – пробормотала Люси и устремила холодный взгляд на Калила.

Он сразу же подошел к ней.

– Люси, что случилось?

– Я должна поговорить с тобой – Она подобрала атласную юбку, собираясь встать.

– Конечно, – ни о чем не подозревая, сказал Калил, отодвигая ее стул.

– Где-нибудь наедине.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Люси остановилась перед одной из множества дверей, расположенных по сторонам длинного коридора. Она не знала, в которую войти. Вестбери-Холл принадлежит теперь чужому человеку, и этот чужой человек – ее муж.

– Сюда, – сказал Калил, беря ее под локоть и направляя к ближайшей двери.

Когда-то леди Грейс называла это светлое помещение своей утренней комнатой.

– Комната, в которой решаются все проблемы, вспомнила Люси слова тети Грейс. – Ты сохранил здесь все как было, – с удивлением сказала она, дотрагиваясь до синей шелковой подушки.

– Это новая драпировка, – признался Калил, стоя у двери и наблюдая за ней, – но она точная копия оригинала. Я думал, что тебе будет приятно. – Он остался у двери, наблюдая за ней. – Еще до того как ты упомянула леди Грейс Фробишер, я узнал, что ты очень любила ее.

Но Люси не слушала.

– Здесь ничего не изменилось, – радостно воскликнула она. – Даже фарфоровые собаки у камина.

Нагнувшись, она погладила одну из гладких головок.

– Я хотел отдать их на реставрацию, но потом передумал.

– Почему ты не рассказал мне обо всем этом? – спросила она, выпрямляясь, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. – Это ты стоял за банком, отозвавшим мою ссуду?

Калил посмотрел на нее ничего не выражающим взглядом.

– Это был вопрос бизнеса.

– Ты обманул меня, Калил, – горько сказала Люси. – Ты заплатил за Вестбери-Холл и милостиво разрешил мне думать, будто я совершила выгодную сделку, А на самом деле мне было заплачено за мои услуги в качестве…

– Не говори так! – Голос Калила хлестнул Люси как удар кнута. В один момент он оказался рядом и схватил ее запястье своей мощной рукой. Ты мать моего ребенка. Моя жена. Ты только что стала принцессой Абадана, не забывай об этом.

– Позволь мне уйти, Калил, – слабо промолвила она. – Нам больше нечего сказать друг другу.

– Очень хорошо, – согласился он. – Иди в свою комнату. Я извинюсь за тебя перед нашими гостями.

Люси вырвала свою руку.

– Я не знаю, какая комната моя.

– Любая, – спокойно сказал Калил. – Я купил Вестбери-Холл по своим собственным соображениям, но когда узнал тебя получше, захотел, чтобы он был твоим. Я сделал это для тебя, Люси. Думал, ты будешь счастлива. Не волнуйся, я велю кому-нибудь из слуг показать тебе подходящую спальню. Ты не должна опасаться. Я не побеспокою тебя сегодня ночью.