Полная функция управления на Руси и в США: об этике и управленческом профессионализме - ВП СССР

В США тоже есть «посвящение в студенты (курсанты)», хотя там свои традиции его проведения. Но там оно «с последствиями», поскольку по своей сути является репетицией реального посвящения в организации масонства или в организации, находящиеся под контролем масонства.

Кроме того, изолированность от общества вузовского городка и «профессиональная» однородность его населения приводит к тому, что в этом микрообществе выстраивается иерархия по признаку старшинства курсов, в которой и протекает вся студенческая жизнь вне аудиторий: рядовой первокурсник в бытовых мелочах не имеет права на то, на что имеет право рядовой второкурсник и так далее по иерархии вплоть до аспирантов. Как минимум это выражается в специфическом наименовании студентов каждого из курсов. А как максимум может дополняться тем, что в студенческой среде возникает явление, известное нам под названием «дедовщина», в котором всякий «молодой» подвергается целенаправленному унижению корпорацией «стариков» и вынужден быть слугой кого-то из старших, кто считается его «опекуном» и «наставником» по жизни; но и сами «опекуны» и «наставники» в прошлом прошли через то же самое.

И хотя всё это делается как бы в шутовском порядке и в подавляющем большинстве случаев менее жёстко, чем в россионской казарме, в действительности это — значимая составляющая жизни, и она серьёзно поддерживается и администрацией вуза, и теми, кто пришёл в вуз из разного рода «закрытых пансионов», где уже была такого рода иерархия. Это должно существовать, каждый должен знать свой статус, но формально юридически принцип о равноправии всех не должен нарушаться, т.е. иерархия не совершает преступлений, предусмотренных уголовным кодексом (по крайней мере, не совершает их массово).

Но наряду с этой открытой для публичного обозрения иерархией, складывающейся в каждом вузе на основе его традиций, в вузах США существует и скрытая иерархия, принадлежность к которой обеспечивает более высокий фактический социальный статус, нежели статус в публичной иерархии.

В вузах США существуют «клубы по интересам». В одном вузе может быть несколько различных «клубов по интересам». Среди них есть открытые, членом которых может стать каждый пожелавший. Но есть и «закрытые», среди которых можно выделить две категории: к первой принадлежат те «клубы», стать кандидатом в члены которых можно по собственной инициативе (после «кандидатского стажа» происходит либо приём в члены «клуба», либо отказ в приёме); а ко второй категории принадлежат те «клубы», членом которых можно стать только по приглашению самих «клубов»[178].

И там нет никакой социальной стихийности: под «хи-хи — ха-ха» и шуточные игры в «клубные тайны» в период учёбы в вузах, особенно в «наиболее престижных», идёт выявление и отбор кандидатов на то, что они, делая карьеру после окончания вуза, в будущем лет через 20 войдут в правящую “элиту” США — станут действующими управленцами в их программно-адаптивном модуле — в государственности, в большом и в очень большом бизнесе.

Т.е. дело обучения студентов в «наиболее престижных вузах» подчинено делу формирования некой непубличной корпорации — кадрового резерва «партии РЕАЛЬНОЙ власти», ветви которой действуют во всех структурах программно-адаптивного модулясистемы управления США по полной функции.

Образно говоря, это такой либерально-буржуазный многослойный «комсомол», — при постепенном погружении в его глубины с возрастом и карьерой, оказывающийся «партией РЕАЛЬНОЙ власти», хотя до его глубин доходят не все из тех, кто некогда вступил в «пионеры».

В принципе в вузе США можно учиться, не проявляя инициативы к тому, чтобы вступить в закрытый «клуб по интересам», можно отказаться от приглашения вступить в такого рода клуб, и не особо придерживаться традиций публичной жизни университетского городка. Это не скажется на получении диплома, но спустя несколько десятилетий, такое «ребяческое» проявление индивидуализма и отказа от корпоративности будет иметь следствием ограничение возможностей карьерного роста: выйти на уровень «среднего класса», тем более хорошему специалисту, мешать не будут; но в высшие эшелоны «партии реальной власти» большинству таких индивидуалистов будет не войти — доступ туда только через закрытые «клубы по интересам», действующие в вузах США, и через вступление масонство; исключения могут быть, но они редки и всё равно основываются на том, что «братаны» «дают добро», оценив психологию и способности «самостийного» претендента, кто-то ручается за такого нужного системе «профана», устанавливается опёка над ним и т.п. Но это для системы редкие исключения, поскольку всегда есть свой кадровый резерв на все случаи жизни.

Причина ограничений в делании карьеры «индивидуалами» в том, что назначение этой системы — формировать корпоративность, всё более обособляющуюся от остального общества по мере продвижения вверх по её иерархии вплоть до уровня полного пренебрежения к «быдлу» и его жизням: без этого были бы невозможны ни подрыв броненосца “Мэн” в Гаване в 1898 г., ни Перл-Харбор в декабре 1941 г., ни 9 сентября 2001 г. в Нью-Йорке, в организацию каких преступлений высшая “элита” США внесла свой вклад. Однако имея за собой в прошлом множество такого рода «скелетов в шкафу»[179], представители высшей “элиты” США вышколены системой настолько, что никогда не позволят себе ничего подобного тому, что позволяют себе наши “элитарии” того нравственно-психологического типа, к которому принадлежит С.Бодру­нов и Д.Евсюков: такие типы будут отбракованы системной на ранних этапах, поскольку представляет угрозу для её стабильности, либо же они будут задолго до прихода в высшие эшелоны власти приучены к соблюдению корпоративной дисциплины и норм корпоративной этики.

Здесь надо указать и на принципиальное отличие того, что понимается под принадлежностью к “элите” самими “элитариями” в США и в России-СССР-Россионии:

Для “элитария” США выход на определённый уровень в скрытной социальной иерархии масонства — это возможность занять определённые должности в публичной иерархии аппарата государственной власти и в бизнесе с принципиальной оговоркой:в случае если «партия РЕАЛЬНОЙ власти» (эту роль в США исполняет скрытная иерархия масонства) призовёт к действию или предложит действовать. Пока этого не произошло, всякий “элитарий” по отношению к потенциально открытым для него при его непубличном статусе публичным должностям — «запасной игрок», который может заниматься, чем ему угодно, при поддержке избранной им деятельности всё той же «партией власти», т.е. при соответствующем уровне социальной защищённости и экономической обеспеченности, гарантированными системой при условии, что он соблюдает корпоративную дисциплину и этику непубличной иерархии, к которой приобщился ещё в вузе.

Для отечественного “элитария” существует только публичный иерархический статус: если он вышел на определённый уровень в публичной иерархии, то «раздайся грязь — г-но плывёт…» — обеспечьте ему максимальный уровень вседозволенности: подайте ему все, реальные и мнимые блага, которые соответствуют этому уровню, и обеспечьте ему возможность «вытирать ноги» обо всех, кто в публичной иерархии ниже. Образчики именно этого (хотя каждый по своему) и явили С.Бод­рунов в Петербургском телецентре, а Д.Евсюков в московском торговом центре “Остров” и ранее неоднократно по службе.

То обстоятельство, что в публичной иерархии многими уровнями ниже него могут действовать индивиды, обладающие куда более высоким статусом в скрытных иерархиях, — эта мысль, которая в буйну голову отечественного “элитария” никак не укладывается. Олицетворением этого нравственно-психологического типа стала старуха из “Сказки о золотой рыбке” А.С.Пушкина: она сделала в течение нескольких дней карьеру в публичной иерархии от простолюдинки до царицы и потом возжелала, чтобы золотая рыбка, которая ей всё это и обеспечила, — начала бы ей служить по-холопски и была бы у неё на посылках…

Вести себя так, будто «ухватили Бога за бороду», — для отечественных “элитариев” — норма, которая пресекается только «полным обломом»: индивидуальным либо коллективным — вопрос обстоятельств[180].

Это различие “элитариев” — «у них» и «у нас» — носит характер мировоззренчески-пси­хо­ло­ги­чес­кий, и большей частью не осознаётся самими участниками внутриобщественных отношений. В жизни оно выражается в том, что:

Если выходец из “элитарной” семьи в США туповат для того, чтобы освоить необходимый профессионализм, или не обладает какими-то иными личностными качествами, необходимыми для деятельности на определённых должностях, то ему либо найдут место на «скамейке запасных»; либо, допустив до реальной должности, приставят к нему «опекуна», который в непубличной иерархии обладает более высоким статусом, чем он, вследствие чего он будет подчиняться своему «опекуну», который будет занимать удобную для себя должность в его аппарате, а их взаимоотношения будут обставлены внешне вполне политкорректно: и для того, и для другого, и для окружающего общества — все подаются обществу как просто «члены одной команды, делающие общее дело в интересах народа США».