В шаге от любви - Вероника Васильевна Крымова

и обработаем! — выдала инструкции Белка и потащила меня в огромное здание с прозрачной крышей.

Мы быстро оформились, переоделись и еле отвязались от настойчивого менеджера, жаждущего всё лично показать, рассказать, передать нас выбранному тренеру.

— Мы осмотримся самостоятельно, а когда выберем, куда хотим сходить, обратимся к вам, — заявила Варенька, врубив на полную свой тяжёлый взгляд.

Белка могла быть как миленькой девочкой, так и вооружённым и очень опасным танком, так что менеджер сник и, рассыпаясь в вежливых фразах и комплиментах, испарился.

— Ну ты даёшь. Даже меня пробрало, — сказала ей шёпотом.

— Надо всё быстро сделать, меня ещё на работе ждут. Тут не до обмена любезностями с их продажником.

Майя казалась настолько утончённой и элегантной, что ей бы подошёл, скорее, балет, как её незабвенной тёзке Майе Плисецкой, так что мы не пошли в тренажёрный зал, обошли стороной зал кроссфита и начали с залов для групповых занятий, предположив, что Майя любит йогу или пилатес, на худой конец аэробику.

По закону жанра, в зале йоги была целая толпа худощавых женщин и все как одна — скрючены в непонятную загогулину. Я когда–то ходила на йогу, но такого точно не делала, хотя поза, на мой взгляд, была не особо сложной.

— Это чего они делают? — спросила Белка так тихо, словно могла нарушить царящие за стеклянной дверью покой и умиротворение.

— Эта поза называется «Карнапидасана», если по–простому: асана прижатых ушей, она очень полезна для горла, ушей, она избавляет от застойных газов в респираторных проходах, а так же помогает при запорах и геморрое, — неожиданно раздался голос менеджера по впариванию годовых абонементов за нашей спиной.

Мы вздрогнули.

— Вы нас напугали, — укорила я мужчину.

— Да. У меня даже появилось желание скрутить вас в эту «карахренасанну» и сказать, что так и было! — отрезала Варя в своём стиле.

— Но…

— Не мешайте нам, пожалуйста, — попросила я по–человечески, пока в бой не ринулась Белка. Она уже сердито раздувала ноздри и смотрела из–под бровей на человека, который не понимает отказов. Смертничка, выражаясь словами Варюшки.

— Ага, не мешайте нам наслаждаться видами! — добавила подруга.

— Простите. Я тут мимо проходил, — извинился парень и тут же убежал дальше по своим делам.

Я ещё раз посмотрела на шоу «За стеклом». Вид действительно был прекрасен — все женщины лежали на полу, подняв нижние девяносто и спрятав между ногами головы. Лиц мы рассмотреть не могли, а вот три десятка подкачанных орехов — очень даже. Жаль, у Майи было огромное количество спортивной одежды и легко вычислить её по тренировочным штанам мы не могли.

Белка тоже поняла, что сморозила что–то не то, и мы тихонько рассмеялись. Подруга живо достала телефон и сделала несколько снимков.

— Выложу в инстаграм. Не, ну а что? Все ведь делают фотки в тренажёрных залах, да? Вот и я…

— Варя!

— Что? — на меня уставились самые невинные в мире глаза. — Это действительно достойная фотка для инста, а не вот эти все… О, разворачиваются, смотри! Видимо, уже избавились от лишнего. Представь, как там…

— Фу! Варя!

— Ой, да ладно, — ни капли не раскаялась подруга. — Так, ищем нашу. Жаль, сейчас не мода на блондинок, быстрее бы вычислили. Дофига здесь чёрненьких.

Мы впились взглядами в девушек, однако ни одна из них не походила на Майю Забелину.

— Топаем в другой зал. Понастроят здесь залов, ходи, ножки стаптывай, — пожаловалась Белка. — Зачем заниматься вообще, когда можно обойти эти двадцать тыщ квадратных метров?

— Не преувеличивай.

Я усмехнулась и пошла дальше, к следующей прозрачной двери. Там вовсю крутились и отплясывали под зажигательную ирландскую музыку дамы всех возрастов и комплекций. На удивление, худеньких оказалось не так много, так что мы быстро убедились, что и здесь мимо. Майя где–то в другом месте.

— Не, ну не на кроссфите же её искать! — удивлённо пробормотала Белка.

— А почему нет? Такие худюсечки, как она, могут и железо тягать, и шины переворачивать. Может, с виду она Дюймовочка, а в душе Халк?

— Тоже верно.

Мы подошли к залу кроссфита, но Майи здесь не оказалось, хотя девушки были. Нам, далёким от спортивных достижений, происходящее в зале казалось чем–то невероятным. Мужчины и женщины работали на пределе своих возможностей, с них реками тёк пот, мышцы раздувались от нагрузки, можно было легко различить выступившие от напряжения вены и на руках и на лбах спортсменов.

— Вот сюда я бы не пошла даже ради нашего дела, — прошептала мне на ухо Белка, ещё и оглянулась, чтобы менеджер–продажник не оказался за спиной.

— Аналогично.

Обескураженные увиденным, мы направились в тренажёрный зал. Силачи за стеклом произвели на нас неизгладимое впечатление.

— Они там что, в Книгу Рекордов Гиннеса готовятся? Нет, я просто не пойму, зачем так пахать? — удивлялась Варя, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

— Ну, нравится им это. Не все же, как мы с тобой, только в кондитерскую за тортами бегать можем.

— Зато бегаем качественно! У нас фигуры получше, чем у некоторых! — заявила Белка горделиво. — О! Вон она, в самом конце зала!

Меня схватили за руку и, словно на буксире, потащили в указанном направлении.

— Варя, не беги так. Это слишком подозрительно, — прошипела я.

— Нормально! У меня всё продумано. — Здравствуйте, — начала она, как только мы подлетели к Майе Забелиной. Даже отдышаться не дала!

— Здравствуйте, — поздоровалась девушка, не скрывая настороженности в голосе.

— Я вас искала! — огорошила и меня и Майю мадемуазель Танк. — Меня зовут Белкина Варвара, я представляю известное в городе рекламное агентство. Мы сейчас работаем для социального проекта «Мать и дитя» и ищем новые лица для рекламы. Я вас видела здесь пару раз, но