Любовь (не) зависимость (СИ) - Ланвин Кира

Неизвестно, сколько это длилось. Я терял сознание, приходил в себя от боли и снова погружался во тьму, не получая облегчения. Когда я решил, что это никогда не закончится, ощутил чьё-то присутствие. Сначала едва заметное, с каждым часом оно становилось всё сильнее. В какой-то момент в голове прозвучал голос: "Спокойнее. Осталось немного потерпеть"

И я уснул. После слышал голос того мужчины, что был знаком с Роуном. Он сказал, что я не справился и умер. Распорядился отнести мое тело в лес. Так я и лежал там, на мягком мхе, не понимая, жив ли ещё.

А потом я открыл глаза.

Глава 20.

После пробуждения не мог ничего вспомнить. Только чувство опасности и тревоги крепло, оно же заставило бежать. Дезориентированный, испуганный, покусанный насекомыми и жутко голодный, попытался встать. Только сперва упал несколько раз, тело совсем не слушалось. Но вскоре я уже смог твердо встать на ноги. Голос в голове призывал не торопиться, проявить осторожность, немного подождать. Это пугало ещё сильнее. Какой-то голос. И тело... Внутри будто кровь прокачивали с такой скоростью, что я ощущал все ее движения по конечностям. Всё горело. Несмотря на странные, болезненные ощущения, я не мог сидеть и ждать чего-то. Страх и голод здорово подгоняли. А ещё воспоминания, что лавиной обрушились. Однако я помнил всё до трагедии с родителями, а дальше пока была пелена.

К счастью, редкий лес я покинул спустя часа три. Вышел к небольшой деревушке. В карманах было пусто. Оставалось только где-то заночевать и утром узнать, где я. И попросить помощи.

В поселение не пошел, испугался собак, да и не знал, куда, к кому обратиться. Остался ночевать у кромки леса, под большим деревом. Но почти до рассвета не мог сомкнуть глаз. Было так страшно и горько. Воспоминания обрушивались друг за другом. Мама... Папа... Как я выжил? И где я теперь? Я же помнил, что не мог больше шевелиться. А теперь не просто двигался, даже пробежал такое большое расстояние. Вопросы множились. Голод становился всё сильнее, а укусы почти перестали беспокоить. Ещё я понял, что, скорее всего, похож на скелет. Настолько впалыми были щеки, и так сильно торчали рёбра.  И когда я только успел так исхудать?

Перед рассветом всё же сморил сон. Видел какие-то странные обрывки картинок. Драконы, арка, расписные потолки.

Утром пришел в деревню. Я надеялся, что найду рынок, базар, но ничего подобного не было. Глухая, скрытая от глаз деревня. Её тишина и атмосфера разительно отличались от того, что было в столице. Казалось, тут совсем нет жителей. И всё же позднее мне улыбнулась удача. Пожилая женщина возвращалась домой, медленно шагая за теленком.

Она смотрела настороженно, когда к ней обратился. Я уже расстроился, что она не понимает меня, но женщина, наконец, предложила идти за ней.

— Ты видел арку? — спросила она на мою просьбу о помощи.

— Нет, точнее, я не помню. Со мной и моей семьёй случилась беда, а после я очнулся в лесу. А что за арка?

Она поцокала языком, завела животное во двор, велев мне подождать на улице.

— Есть у нас неподалеку одно место, — сообщила она, вернувшись. — Обычно они не отказываются от лишних рук, помощи. Тебе бы туда попасть.

Почему-то от упоминания этого места по коже пробежал холодок. И это в знойный день. Женщина вынесла во двор поднос с едой. Овощи, морс, ломти свежего хлеба и бульон. Никогда раньше не ел с таким аппетитом! Также она рассказала, что мы находимся рядом с Анвером. Примерно сориентировала, где это. Если верить ее словам, от моего дома до этого поселения добираться около недели!

А ещё она-то мне и сообщила, что по большей части там живут особенные люди и упомянула драконов.

— Из тех, кто видел арку и побывал на другой стороне, не все захотели покидать Анвер. Часть людей осталась там. Они следят за поселением, принимают посетителей, ведут хозяйство. В благодарность за помощь им даже приносят дары. Так что, мальчик, тебе бы попасть к ним. Уж больно ты худенький.

Я послушно кивал, но в Анвер идти не хотел. Чуть отдохнув после плотного завтрака, помог женщине в саду и уточнил, как мне попасть в порт. Оказалось, задача это непростая, но выполнимая.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот так и начались мои скитания. Несколько дней она позволила провести у нее. Домой не пускала, я спал на сеновале, но был и этому рад. Кормила, а я помогал по хозяйству. Отоспался, немного поправился. Голос в голове больше не беспокоил, и я обрадовался, что в прошлый раз он мне просто показался.

Неделей позже я попытался вернуться в столицу. Туда, где мой дом.

***

— Коул, то, что ты рассказал... Это невообразимо. Я верю тебе, но мне требуется время, чтобы всё осознать. Сложно представить, что такое вообще бывает, — громко прошептала я, сильнее прижимаясь к мужу и вытирая непрошеные слёзы.

С трудом верилось, что столько испытаний могло обрушиться на одного мальчика. И ведь он смог выжить и при этом не сломаться, остаться, прежде всего, человеком.

— Тише, милая, — ответил Коул, большим пальцем вытирая слёзы на моем лице. — Давай теперь поспим. День выдался насыщенным, надо немного отдохнуть перед дорогой.

Второй рукой он гладил мою спину, голову. Словно это я, а не он, пережила все ужасы и лишения.

— Согласна. Коул, а куда мы поедем? — спросила я, чуть приподнявшись на локте.

— В Анвер.

Я посмотрела на мужа. Похоже, как и тогда, после ритуала, он также не хотел там оказаться вновь.

— Думаешь, там смогут помочь?

— Кому, как не им, может быть известна вся информация о драконах и обо всём, что с ними связано? В том числе и об охотниках.

Я кивнула и положила голову на грудь мужу. Его сердце билось размеренно, спокойно.

— Ты прав. Спасибо тебе.

— За что? — спросил супруг, и в голосе звучало удивление.

— За помощь. За то, что не бросил и не оставил.

— Эми...

Коул не договорил. Лишь крепче обнял меня и поцеловал в макушку. Я тоже не стала продолжать разговор. Смотрела на стены, освещаемые дрожащим огоньком свечи. Пыталась всё осмыслить, принять, сопоставить.

Через какое-то время поняла, что Коул уснул. Он расслабился, дыхание изменилось. Я прикрыла глаза. В мысли навязчиво прокрадывался сегодняшний танец, прогулка, а также то, что было до того, как нам помешал Кейн.

От этих мыслей внутри что-то сладко сжималось. Я поняла, что хотела бы как можно сильнее отсрочить наше расставание. Мой муж нравился мне всё больше. С каждым днём он становился роднее, дороже, ближе.

Я задремала, а чуть позже проснулась от того, что затекла рука. Осторожно перевернулась на другой бок. Реакция Коула последовала незамедлительно. Он тут же повернулся ко мне, прижал спиной к своей груди. Я улыбнулась. Сплела наши пальцы на моем животе и погрузилась в спокойный сон.

***

Мне ничего не снилось. Лишь перед самым пробуждением показалось, что кто-то гладит моё лицо, перебирает волосы. Однако, когда открыла глаза, никого рядом не было. Я сладко потянулась и выбралась из-под одеяла.

Комната была залита утренним светом, который становился то ярким, то тускнел. Это ветер гнал по небу большие белые облака, похожие на вату, периодически загораживающие солнце. Погода обещала быть хорошей.

Пока меня никто не пригласил на завтрак, подготовила чемодан. Быстро проделала все утренние процедуры, выбрала удобное лёгкое платье для поездки.

Спустившись вниз, обнаружила в гостиной Коула. Как и в первый вечер в этом доме он сидел в кресле и перебирал бумаги.

— Доброе утро, — холодно приветствовал он, даже не взглянув в мою сторону.

Я чуть не споткнулась на последней ступеньке от такой сильной перемены. Ещё вчера нежный и заботливый, сейчас муж явно не был настроен на общение. Но это не значит, что стоило портить настроение окружающим. Я подошла ближе. Спонтанное желание обнять его, возникшее чуть ранее, окончательно испарилось, как только он посмотрел на меня. Ледяной, даже раздраженный взгляд равнодушно скользнул по мне. Возникло чувство, словно окатили из ведра.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})