Развод. Вопреки тебе (СИ) - Саади Селин

— Дина? — голос вырывает из пучины размышлений.

— Габриэль? — поднимаю взгляд, попутно осматривая холл.

Не хотелось бы повторения прошлого опыта.

— Как ты? Уже удалось посмотреть Рим? — улыбается обезоруживающей улыбкой.

— Пока нет, я в процессе.

Чувствую некое напряжение, но оно скорее лично мое, на мужчину это совершенно не распространяется.

— Твой начальник не дает спуску? — смеется мужчина. — Нет, наоборот. — говорю правду с легкой улыбкой: — Как твоя работа?

Из вежливости интересуюсь, хотя, честно говоря, непреодолимое желание закончить беседу.

Не потому что мне неприятен мужчина, а потому что не хотела бы доставлять Зуеву…лишних поводов для ненужных мыслей.

— В порядке, вот сейчас буду договариваться с одной крупной компанией на контракт. — гримасничает мужчина, демонстрируя нервозность.

— Уверена, у тебя все получится.

Габриэль кивает, но все еще продолжает стоять рядом. Перевожу взгляд на вход, не зная, что еще сказать, и вижу входящего Руслана.

Вот блин!

— Мое руководство идет… — указываю подбородком в сторону, ловя сканирующие глаза Зуева: — Мне пора. — поджимаю губы, вставая из-за стола.

— Понял, понял. Увидимся, Дина. — отвечает Габриэль, тоже двигаясь в сторону выхода из отеля.

— Добрый день.

Итальянец приветствует Руслана как раз, когда мы втроем пересекаемся в одной точке напротив стойки ресепшен.

Зуев кивает, и кажется, выглядит не таким озлобленным, как в прошлый раз. Скорее даже равнодушным, каким я его знала ранее. Провожаю Габриэля взглядом, и перевожу глаза на «руководство».

— Привет. — улыбаюсь, нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Мне нужно минут пятнадцать и можем ехать.

Киваю в замешательстве.

Странный он.

То будто теплый и близкий, то далекий и холодный.

— Я подожду здесь. — пожимаю плечами, указывая на тот же столик.

— Окей. — отвечает, обходя меня, и двигаясь к лифтам.

Даже оборачиваюсь, обескураженно наблюдая за его движениями.

Спустя ровно пятнадцать минут мужчина показывается передо мной в легких брюках и темном поло. Вскакиваю с места, оставляя оценку его действий в закромах своей головы, и наконец, испытываю потерянное предвкушение.

Когда мы выходим к воротам он быстро переговаривается с охраной на непонятном мне языке. А через две минуты перед нами останавливается серебристый кабриолет.

Улыбка так и рвется наружу, Руслан же кивая на машину, открывает пассажирскую дверь.

Даже если и могла бы подобрать слова, вряд ли бы они описали мое состояние.

Пристегиваюсь, поднимая голову к небу, а мужчина тут же заводит двигатель и мы срываемся с места. Ветер развевает волосы, и обдает лицо порывистым теплым воздухом. Глаза слезятся, но это скорее от того шквала эмоций внутри и ветра, в том числе.

— Итак, какие предпочтения? — чуть громче, чем обычно слышится голос Зуева.

— Не знаю. — улыбаюсь широко и натурально.

Сейчас все равно куда. Он усмехается и кивает.

Едем в течении буквально тридцати минут, и то из-за светофоров. А когда останавливаемся, я узнаю мощную постройку именитого амфитеатра.

— Из меня плохой гид…историю я не расскажу. — начинает Руслан, как только мы выходим из автомобиля: — Но наушники нам в помощь.

Указывает на стойку с билетами для входа, а я семеню рядом с ним, практически подпрыгивая от восторга.

Не проходит и двух минут, как он отдает наушники, пропуская вперед через пункт досмотра и контроля.

Надеваю гаджет, включая аудио, он же оставляет одно ухо свободным, а со вторым проделывает то же самое. Как только мы оказываемся за стойками охраны, достаю телефон, стараясь запечатлеть все, что вижу.

Периодически останавливаюсь, чтобы поймать удачный кадр. То территорию, то Колизей, то небо, то все вместе, выбираю моменты, когда поменьше людей.

А Зуев в эти минуты терпеливо ждет.

Тогда в голове простреливает, что нужно и его сфотографировать. Поэтому дальше еще минут двадцать с рассказом исторических событий в ушах, я делаю кучу снимков Руслана.

Из-за того, что он не смотрит в кадр, они получаются необычайно красивыми. Хотя, я бы хотела поймать его глаза, глядящие в камеру на фоне голубого неба.

Подходим ближе к главному объекту и я вижу как шевелятся губы мужчины. Нажимаю на паузу и снимаю наушники.

— Что? — улыбка так и не сходит с лица, а он усмехаясь, отбирает телефон.

— Вставай. — указывает на саму достопримечательность.

— Спасибо!

Поправляю волосы и буквально бегу к трехуровневой постройке, выбирая место, где поменьше туристов. Правда, поначалу стою как манекен.

— Дин, — он убирает телефон: — Это неестественно.

Выдает с вздернутой бровью.

Готовлюсь, стараясь расслабиться, но с ним это, мягко говоря, сложно. А дальше плюю и отпускаю все свои предрассудки, по факту кривляясь как обезьянка.

Улавливаю тихий смех, точнее ту полуулыбку, которая и отражает смех этого мужчины.

Не знаю, сколько там кадров, но когда подбегаю обратно, вставая близко к нему и заглядывая в телефон, чувствую нарастающее напряжение.

— Получилось?

— Определенно… — смотрит на меня вполоборота, а я поднимаю взгляд на него.

Вокруг исчезает все.

Будто ток проходит по невидимым проводам.

Не могу оторваться, а Руслан смотрит так пронзительно, что поджимаются пальцы ног.

— Вот эта… — хрипит спустя паузу, показывая мне экран телефона.

На фотографии нет ни амфитеатра, ни неба.

На снимке крупным планом я.

Счастливая улыбка и блестящие глаза. Волосы развевает ветер, а ниже заметен лишь участок моего хлопкового платья.

— Красивая… — шепчу, рассматривая себя будто впервые.

— Невероятная. — отвечает он.

В животе что-то живет своей жизнью. Видимо эти самые бабочки, которых описывают в фильмах и книгах.

Смущаюсь, краснея и испытывая нелепое желание коснуться его. Просто дотронуться до бронзовой кожи, почувствовать.

Руслан полу улыбается, но не показывает, что понял или поймал меня.

— Идем дальше? — задает вопрос, сгоняя морок и с меня, и возможно, с себя.

— Погуляем здесь немного…а дальше куда? — спрашиваю, не представляя программу.

Мужчина поворачивается ко мне и невесомым движением убирает волосы от лица.

— Куда захочешь.

Ощутимо подкашиваются ноги, так многообещающе звучат слова. Крайне сложно сдерживать невозмутимость, и грудную клетку, что рвано вздымается.

Это какой-то новый уровень чувств и эмоций.

Он говорит всегда мало, но каждое его слово отзывается в душе. Будто знает меня, все мои точки, и планомерно надавливает на каждую из них.

Кажется, еще немного, и я взорвусь от того, что разворачивается внутри.

Теперь…абсолютно точно, я позволила себе то, чего делать совсем нельзя.

Глава 26

Вернулись в отель мы уже глубоко вечером. После Колизея доехали до Пантеона, заполнив фотографиями телефон до отказа. А потом просто гуляли по узким улочкам Рима, наблюдая за эмоциональными жителями города, восхищаясь постройками и столь запутанными путями.

Если бы была одна, забрела бы и не вышла, честное слово. Руслану частенько приходилось хватать меня за руку и вести в правильную сторону.

Даже сейчас вспоминая, потираю запястье, которого он касался. Так уверенно и вместе с тем нежно…

Это разве возможно?!

Здесь как будто в сказке.

Как будто он пишет для меня сказку…

Глупо наверное так думать…но этот человек за такой короткий срок подарил гораздо больше эмоций, чем я испытывала за последние пять лет… Тех эмоций, от которых кружится голова.

Мы мало говорили, но с Зуевым ведь это и так понятно…хихикаю своим мыслям.

Правда, несмотря на это, он рассказал много.

Что бывает здесь часто, и что может быть, когда-нибудь мне доведется узнать причину. Еще рассказал, что с Никитой, мужем Оли, знаком очень давно и одно время они боксировали друг против друга. А затем это вылилось в настоящую дружбу. Они могут годами не видеться, но всегда знают, что этому человеку доверять можно на все сто процентов.