Мёртвый город на Неве - Марти Бурнов

Весь пол в подземелье был залит водой, она прибывала. Лена обернулась на шум. Из открытой двери хлестал мощный поток. «Они решили утопить нас, раз глуты не справились! Ну уж нет, второй раз утопить Орталу — не выйдет!» — она поднялась и начала произносить какие-то заклинания. Совершенно не задумываясь, она произносила их так, словно знала всю жизнь.

Цепь накалилась и уже полыхала ярким желтым светом, но не поддавалась. Кандалы нестерпимо жгли. Отовсюду слышались стоны. Заключенные охлаждали оковы в воде, но даже это не помогало.

Через некоторое время, Лена, совершенно измотанная, рухнула на пол. При этом едва не захлебнулась, так как воды было уже по колено. Отдышавшись, она тяжело поднялась, цепляясь за стену, и взглянула на хрепла. Бедняга барахтался, с трудом удерживаясь на поверхности. Да еще и цепь, что раньше не давала ему дотянуться до пола, теперь тянула вниз и мешала плыть. Он верещал и изо всех сил пытался ухватиться за неровные кирпичи.

— Попробуй добраться до меня!

Лена потянулась к хрёплу, насколько давали оковы и подставила ему спину. Семен вскарабкался на нее, устроился на плече, прижался и весь дрожал. Правда, верещать перестал.

Воды было уже по грудь, а никакой надежды на спасение не предвиделось. Ярость клокотала у Лены в душе. Это Ортала. Она проклинала своих врагов и обещала вернуться.

Осмотревшись, насколько позволял тусклый свет последних, еще не погасших ламп, Лена никого не заметила. Видимо, остальные заключенные, кого не убили глуты, погибли, не выдержав холода. Вода была ледяной, но Лена не чувствовала этого. Ярость Орталы горела у нее внутри. Она уже не согревала, а обжигала, затмевая сознание.

Остались только они вдвоем: Лена и хрёпл, что перебрался к ней на голову, вцепился в волосы и вновь принялся пронзительно визжать.

Невысокая железная дверь, ведущая к выходу, уже скрылась под водой. Лена тянулась вверх изо всех сил, но оковы держали. Она судорожно вдыхала воздух, кашляла от брызг, и каждый вдох казался ей последним. Вода все прибывала.

В самый последний момент, когда она уже почти захлебнулась, оковы вдруг отпустили. Они просто раскрылись и спали, сами по себе. Лена всплыла. Хрёпл не удержался и теперь барахтался рядом, но тоже явно без цепи.

— Кто-то помогает нам! Кто-то разбил амулет и снял заклятие с цепи! Как обидно теперь утонуть! — воскликнула она в полной темноте.

Хрепл ответил лишь пронзительным визгом, потонувшим в бульканье.

В полной темноте, Лена уже руками могла нащупать приближающийся потолок. Она выловила под водой принявшегося тонуть хрепла и подняла его к поверхности, давая отдышаться.

— Зачем!? — заверещал Семен, — Мы умрем! Теперь умрем! Отсюда не выбраться!

— Подожди, — шепнула она ему, хотя, чего можно ждать в такой ситуации, и сама не представляла.

А вода все прибывала. Лена вцепилась пальцами в вентиляционную решетку в потолке, куда стремительно уходили остатки воздуха, пыталась ее выломать. Если бы это удалось, туда можно было бы засунуть хрепла, он привел бы помощь… «Бред какой! — она уже упиралась головой в потолок, выныривать из воды становилось все сложнее. — Какая помощь? Их всех утопили! А сейчас сидят наверху и смеются!»

И тут кто-то под водой крепко схватил ее за ноги. Кто-то потащил Лену вниз, под воду. Она запаниковала, но ее тут же отпустили, давая набрать побольше воздуха, а потом потащили вновь. Лена поняла, что этот кто-то пытается ее вытащить, а не утопить и лишь схватила покрепче хрепла, который уже и не сопротивлялся.

Под водой Лену тащили очень быстро, судя по направлению — в ту самую железную дверь. Потом — вверх. Пару раз она чувствовала прикосновения чешуйчатого тела и плавников.

И вот она на поверхности. На какой-то темной лестнице. Ее с силой выкинули на ступеньки. Первым делом, Лена тряхнула за ногу несчастного хрепла. Семен закашлялся. Жив!

— Ой, какой миленький хреплик! — послышалось из воды.

— Кто вы? Кто спас меня?

— Ты — Ортала? — спросила женщина, голос ее показался приятным, даже чарующим.

— Да, — твердо ответила Лена.

Женщина вскарабкалась на лестницу, правда весьма неуклюже, и в отблесках тусклого света, падающего сверху, из открытой двери, Лена разглядела, что вместо ног у нее рыбий хвост, как у русалки.

— Анна. Я пришла за тобой. Там выжил еще кто-нибудь?

— Нет.

Русалка тряхнула хвостом, который тут же разделился и обернулся ногами.

— Пойдем, надо бежать. Здесь опасно. Мне пришлось убить нескольких жандармов, — она схватила Лену за руку и потянула к выходу.

Они бежали по темному тоннелю, ведущему вверх под небольшим уклоном. Лене пришлось собрать все силы, чтоб двигаться, одеревеневшие ноги не гнулись и путались в холщевом саване. Тоннель закончился большими воротами, раскрытыми настежь. Они выходили на набережную какой-то речки или канала. У ворот стояла легкая повозка.

Анна помогла Лене подняться на подножку. Хрепл юркнул следом.

— Нестор Карлович, гони! Уходим! — крикнула Анна, вскакивая на козлы лядом с извозчиком — человеком во фраке и высоком черном цилиндре.

— Ортала! — завизжал под ногами хрепл.

Только тут Лена заметила, что они с Семеном в повозке не одни.

— Иван Андреевич! — она узнала своего спутника, этот хрепл был раза в полтора крупнее Семена, и голосом обладал поистине отвратительным.

Повозка долго петляла по ночному городу. Лошади устали, но извозчик все подгонял. Лену клонило в сон. Периодически оборачиваясь, она видела силуэты двух волков, что мчались за ними, а, может, это только казалось… Она вспоминала Акрона и его оборотня, но так и не могла вспомнить, как его звали. «Ворлак… кажется, Ворлак…» Мимо проносились дома, мосты, каналы… большая темная река… Лена засыпала.

9

На берегу Залива, на песчаной косе Васильевского острова, на фоне серо-багряного ночного неба темнел силуэт фрегата. Наверное, когда-то его выбросило на берег штормом, он стоял, сильно накренившись, и порядком врос в песок. Ветер шумел в кронах деревьев и трепал обрывки парусов, а при сильных порывах чуть поскрипывала мачта. «Летучий голландец» обрел здесь свое последнее пристанище.

В трюме, в гамаке, закрепленном на балках, спал Антон. Слабый свет от ночного неба пробивался сквозь дырки в прогнившей палубе. Рядом с гамаком, на перевернутом бочонке стояла масляная лампа и лежал листок бумаги. На нем, аккуратным красивым почерком было написано: «Жди нас здесь. Вернемся, как вызволим Орталу. Анна».

Но сон, сморивший Антона, был не простым. Черным, беспросветным и глубоким. Фантом, дух, что вселился в него, воспользовавшись слабостью Антона, постепенно брал над ним верх. Он возвращался. Воскресал. Возрождался в мире живущих, вспоминая, кто он и зачем он здесь…