Последний бой (СИ) - "Мехри"

Зайтун опускает оконную ручку и Мариям произносит.

— Ну хорошо будь по твоему.

Отпускает руку и прыгает на пол. Зайнаб в лихорадке подбегает к дочери. Нервы матери не выдерживают и она плачет.

— Доченька ну зачем?

Зайтун без сопротивления отдает себя в объятия матери и еле слышно шепчет.

— Я люблю его мама.

Мариям успокаивая сына осуждающе смотрит на легкомысленную сестру. А еще старшая? — думает она.

— Да пусть делает что хочет.

И только маленький Исо, недоумевая, спрашивает.

— Тетя хотела полететь за окно, как Аладдин?

И тут сладкий детски голос заставляет всех обернутся на себя. Зайнаб уловив момент поднимает ее и говорит.

— Я приготовила тушеную грудку. Пойдемте пообедаем.

— Ура! — Визжит Исо и первым бежит на кухню. Мариям снова поправляет прическу словно находится не дома, а под прицелом камер папарацци и входит за сыном.

— Сегодня я скормила ему аскорбинку вот и разыгрался аппетит.

Зайтун садится в углу и берет племянника на колени.

— Мой хороший. Хочешь тетя повезет тебя в парк?

— Да! Да!

— Нет! — Прерывает сына Мать.

— С него и так достаточно сегодняшней сцены, не хватало ещё отпускать одного с тобой.

— Я знаю о чем ты думаешь. Ты думаешь, что я спятила, но это не так. Вот увидишь я докажу тебе.

— Сыта я твоими доказательствами. Лучше бы нашла себе другого. Вон их полным-полно. Куда не взглянешь везде есть всякие голодные.

— Мне не нужен всякий. Я хочу вернуть Саида.

— О Боже и на кой…. он сдался тебе?

— Я уже говорила.

— Да ты просто дура! Вот я, разве любила мужа, когда выходила за него. А теперь живу не в чем не нуждаясь в свое удовольствие. Открою тебе тайну. Он изменяет мне с одной дурой. Да не смотри на меня так. А я делаю вид, что мне всё равно. И знаешь что? За это он любит меня ещё больше.

— Я не такая, как ты.

— А какая ты?

Зайтун опускает взгляд и гладит пузика Исы.

— Я не стерва.

— Пускай я стерва, но зато не бросаюсь в окна из-за всяких проходимцев.

— Хватит! — Произносит Зайнаб удерживая Мариям за плечо. — Давайте обедать.

— Не хочу. Пропал аппетит. Мы лучше пойдём, а то не дай бог обидим нашу чувствительную особу.

Зайтун встаёт за ней.

— Мне тоже пора.

— Но как же обед?

— Я вернусь чуть позже и поем.

— Ну хоть скажи куда?

— Не бойся, не убивать себя.

Она проходит за сестрой в коридор натягивает плащ, сапоги, берет зонт и не оборачиваясь на маму выходит с квартиры.

— Поспеши за ней, — просит Зайнаб дочь. Та надевает на сына кроссовочки и спешит за сестрой.

— Постой! Мы с тобой.

— Куда?

— Туда же куда и ты.

— Не нужно, я же сказала, что не собираюсь кончать с собой на улице.

— Отрадно слышать.

— Так что можешь спокойно возвращаться домой.

Зайтун выходит во двор. Раскрывает зонт. Мариям и Исо за ней.

— Может подбросить?

— Нет.

Мариям подходит к Toyota и открывая дверь задней кабины произносит.

— Поклянись что не натворишь глупостей.

— Клянусь.

Рука захлопывает дверь. Исо внутри. И Зайтун на прощание посылает племяннику воздушный поцелуй.

27

На Зайтун синий бархатный костюм, скорее похожий на пародию чем на реальный. Но это одежда мамы. Иначе она не решилась бы на такой маскарад. Сверху бежевый плащ. В руке фиолетовый зонт. Полный хаос красок немного разбавляет пасмурный день. Фарид стоит в шаге от скамейки так же укутанный в кожаную куртку с поднятым воротом. Руки в карманах. Плечи прижаты. Он снова ждал полчаса. Ливень перешел в мелкий острый дождик. Ветер не быстрый и прохладный. Фарид обрадован ее появлением, но разочарован некомпетентностью. Она подходит к нему.

— Извините, — произносят розовый губы и его разочарование тут же исчезает.

— Обращайся ко мне на ты, хорошо? — просит Фарид.

Зайтун кивает. Он предстал перед ней во всей своей неидеальной внешности. Стоит твердо выпрямившись. На смуглом лице много пятен. Брови густые бесформенные. Голова заросшая, лохматая, челюсть массивная. Она смотрит из-под зонта опасаясь строгих черных глаз. Вдруг рука выныряет из кармана, и он берет зонт с ее рук.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Это и есть твой форс-мажор? — спрашивает показывая на ее нос.

— Да.

— И как всё произошло?

— Я не дралась с ней если ты это имеешь ввиду.

— Значит самовольность кретинки.

Оскорбления в адрес соперницы радуют поникший слух. Фарид начинает внушать симпатию и она медленно направляется к беседке.

— Можно откровенно?

— Валяй.

— Ты первый кто понял меня. А за этот день трое успели свалить всю вину на меня саму, оскорбить и обвинить во всем.

— Если бы она не была боксершей, я возможно, тоже бы обидел тебя.

Зайтун улыбается удивляясь, как же этот человек точно понял ее.

— И я о том-же. Если бы она была простой девушкой, то я бы собственноручно сбросила ее с лестницы.

— Ёв, не спеши с агрессией. Кортизол сейчас тебе ни к чему.

— Вот только не надо меня жалеть.

— Ты забываешься. Я не знаю что такое жалость.

— Это радует.

На самом деле это пугает Зайтун. Она входит под навес и садится в самом центре, хочет казаться смелой, но тело выдает истину. Спина сгорблена и руки прижаты к коленям.

— Я уже вызвала ее на бой и хочу начать тренировки прямо сейчас.

— С таким носом не советую.

Фарид оставляет зонт открытым и садится рядом. Смотрит сквозь брови.

— И через сколько?

— Четыре месяца.

— Ха, — вырывается смех, — да ты хоть знаешь сколько нужно времени, чтобы выучить хотя-бы слабенький джеб.

— Я понимаю. Ты судишь с профессиональной точки зрения, но моя жажда мести сильнее всяких доводов. И если ты не согласишься я выложу любые деньги, но найду себе другого тренера.

Фарид смотрит на нее не веря своим глазам. Ее упорство и спокойный тон нравятся ему больше чем вздохи и стоны Бахри. А стеснительные глаза заставляют чувствовать приятную истому.

— Допустим я соглашусь, но на что ты готова ради победы?

Она поднимает глаза.

— На всё! Я готова отдаться по полной.

Фарид улыбается и думает, — понимает ли эта девчонка что означает отдаться по полной, на самом деле.

— Ну хорошо. И что ты знаешь про бокс?

Она фыркает.

— А что тут можно знать, двое выходят на ринг и начинают калечить друг друга. Кажется всё.

— Что означает само слово бокс?

— Эээ.

— Кто такой судья?

— Ну тот кто судит.

— Для чего нужен рефери.

— А кто это вообще?

— Ринг?

— Площадка.

— Ты ни черта не знаешь о боксе.

Фарид откидывается на спинку скамейки, скрещивает руки.

— Нет, я знаю Мухаммеда Али и Майка Тайсона, правда второго скорее как шоумена.

— Паршивое клише. Ты хоть знаешь что бокс это спорт?

— Я что по твоему дура?!

— А какие у него правила?

— К сожалению этого я пока не знаю.

— Могла хотя-бы погуглить для приличия. Я даже не могу спросить тебя кто ты по типу аутфайтер или свормер. Хотя что я несу ты и понятие не имеешь кто ты по типу. Зайтун в нетерпении вскакивает с места.

— Мы так и будем продолжать беседу на твоем марсианском или примемся за дело.

— Прежде чем приняться за дело, как ты говоришь, надо выяснить несколько деталей. Первое: заниматься боксом это не драться во дворе, усекла?

— Да.

— Нужно иметь огромное терпение, чтобы каждый раз начинать с начала и доводить до удовлетворительного результата.

— Я уже вижу его.

— Нет детка, ты не видишь и не увидишь ничего если будешь думать только об итоге. Боксёр проживает весь процесс. С первой боли до последних кровопролитий. Нужно почувствовать весь всплеск адреналина в кровь и его угасание.

— Понятно.

— И ты готова к беспощадной боли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ради мщения — да.

— Притормози коней. Если я ещё раз услышу слово месть, тогда мы разбегаемся. Я уже говорил и повторю в последний раз. Бокс это спорт, а не арена на которой проявляют страсти, а не площадка (как ты назвала ринг) для удовлетворения желаний. Эта работа которую сотни людей выбирают заниматься по жизни и как любая работа, в боксе есть свои трудности и правила.