Первый день весны (Судьба короля - 2) - Оксана Панкеева

- Музыку слушал... - вспомнил Кантор.

- Молодец, - одобрила Стелла. - А еще? Вспоминай. Кто ее трахал и каким образом она наелась фанги в таком количестве, что ее до сих пор откачивают?

- Не помню... Может, и я... А может, и нет...

- Ты? У тебя что, галлюцинации? Ты хоть помнишь, кто ты такой?

Скрипнула дверь, и девичий голосок спросил:

- Мэтресса Стелла, что у вас?

- Ничего, - отозвалась Стелла. - Сотрясение и амнезия. А что там Ольга?

- Еще работают. А что ребятам сказать?

- Пусть идут домой и не шляются по клинике. И пусть пока не говорят королю, не хватало, чтобы сюда еще король заявился и требовал объяснений. Сами-то они что говорят?

- Они до сих пор спорят. Элмар говорит, что он ее накачал наркотиками сверх меры, и сбежал, бросив на произвол судьбы. Жак говорит, что она пыталась покончить с собой, потому что он ее изнасиловал. А Азиль говорит, что это проклятие в действии и что ей не надо было связываться ни с кем, кроме своего "мертвого супруга". Вот, дескать, связалась, отдалась, и как результат - оба в больнице.

- Выгоняй этих философов и попробуй расспросить Ольгу, когда придет в себя. Ерунду какую-то городят...

Хлопнула дверь и простучали по коридору каблучки.

- Вспомнил еще что-нибудь? - спросила Стелла. - Гипотезы наших гениев тебе ничего не напомнили?

- Я ее не насиловал, - только и смог сказать Кантор.

- Вот в это охотно верю. Попробуй еще что-нибудь вспомнить.

Кантор закрыл глаза и перевернулся на спину.

- Меня что, били? - спросил он. - Или я сам упал?

- Не то, чтобы били... Но разок приложили.

- Чем?

- Кулаком, дружок. Голым кулаком. А затылок ты рассадил о ступеньки в подъезде, когда падал.

- Кто? За что?

- Ты же слышал, за что. Ребята считают, что ты виноват. А его высочество не любитель долгих разборок. Как тебя угораздило туда вернуться? Он тебя увидел и тут же, не говоря ни слова, приголубил по-геройски. А кулак у его высочества сам знаешь, какой. Радуйся, что череп не треснул. Попробуй вспомнить по порядку. Вот слушали вы музыку. Дальше что?

- Куда-то ходили... Не помню... Целовались на улице...

- Кто целовался на улице?

- Мы с Ольгой.

- Нет, у тебя точно психика пострадала. Что ты еще помнишь?

- "Пинк Флойд", - вспомнил Кантор. - И фангу. Один шарик на двоих.

- А сколько у тебя оставалось?

- Не помню... С десяток.

- А где набрались? От вас обоих перегар такой, что без закуски не вдохнешь.

- Не помню.

- А что помнишь?

- Кроссовки, - вспомнил он. - Белая обувь для занятий спортом... Трусики помню. Маленькие, совсем крошечные... кружевной лоскуток.

- Какие трусики? Опомнись! Не путай воспоминания с эротическими фантазиями, фетишист!

- Это не фантазии, - возразил Кантор. - Я вспомнил. У Ольги были такие трусики. Мне еще жалко было их снимать, и я их просто отодвинул... И застежку на штанах помню, я не знал как ее расстегнуть... Я еще тогда подумал, чего я только с женщин не снимал, даже доспехи, а такого ни разу не видел... Стелла, я действительно с ней трахался, но я ее не насиловал. Это точно. Она сама сказала, как расстегнуть. И она смеялась...

- А еще что помнишь?

Кантор подумал и честно принялся излагать беспорядочно всплывающие в памяти слова:

- Трамвай... большой многоместный экипаж... Ангел... мифическое существо, доброе... Капрон... ткань из искусственного волокна... Марайя... методика создания иллюзорных фантомов... и маскировки... путем...

- Доктор Кинг, - сказал мягкий голос, - Вам не кажется, что пациент не совсем адекватен, мягко говоря? Пусть полежит и спокойно разберется в своих воспоминаниях. А еще лучше пусть поспит. Знаете, алкоголь, наркотики, а потом еще и сотрясение мозга... Вряд ли он скажет что-либо вразумительное.

Кантор снова закрыл глаза, ощупал повязку на голове и подумал: "Ну ни хрена себе я погулял...".

- Вы еще здесь? - рявкнула доктор Кинг, входя в свой кабинет. - Я сказала всем убираться домой!

- Нет уж, простите, - вежливо возразил Элмар, - мы не уйдем, пока не будем точно знать, что с Ольгой.

- С какой радости вы должны ждать результатов в моем кабинете? Может, это будет известно только завтра. Тереза придет и расскажет.

- А с Кантором что? - тихо спросила Азиль.

- А что с ним может быть, по-твоему? - проворчала мэтресса, пробираясь к своему креслу. - А то ты первый день знаешь своего милого Элмара? Сотрясение мозга и провалы в памяти. Вот тут помню а тут не помню. Он и до того-то был не совсем здоров на голову...

- Врет, - сказал Жак. - Все он помнит. Говорить не хочет.

- Вот именно, - поддакнул Элмар. - Жака я тоже когда-то бил, и ничего с ним не случилось. Никаких провалов.

- Он хоть что-нибудь сказал? - спросила Азиль.

- Всякий бред. Единственные осмысленные слова, которые я от него услышала, это то, что он ее не насиловал и что фанги они съели по пол-порции, не больше.

- А что вы хотели от него услышать? - возмутился Жак. - Что он прямо сразу и признается?

- Господа, - устало сказала доктор. - Шли бы вы отсюда, а? И не морочили мне голову бредовыми предположениями. Чтобы Кантор кого-то изнасиловал? Да над вами все Зеленые горы будут смеяться, если вы это где-то скажете. Я бы скорее поверила в обратное. Он вообще к женщинам и близко не подходит. Не тот человек. Скорее я бы подумала, что она ему предложила, а он ее жестоко обидел отказом. Вот это в его стиле.

- Нет, - сказала Азиль. - Почему вы так думаете? Они сразу понравились друг другу. Я видела. Вполне естественно, что они провели вместе вечер и потом занялись любовью. А потом что-то случилось. Уже утром. И я уверена, что это результат проклятия.

- Где это ты видела?

- Это я их познакомила вчера в "Лунном драконе".

- Опять "Лунный Дракон"! - горестно воскликнула доктор. - Да что у вас там произошло, что мне всю ночь оттуда клиентов возили?

- Люди стали собой, - вздохнула Азиль.

- А понятнее ты не можешь?

- Могу. Вчера в "Лунном драконе" был один маг, который обиделся на хозяина и заколдовал посетителей. Все стали собой... То есть, стали вести себя естественно и так, как им хочется. Ольга, например, сразу содрала чепчик, закурила и побила свою сотрудницу, которая над ней смеялась.

- Представляю, что творил Кантор... - фыркнула мэтресса. - Как этот несчастный кабак еще не сгорел.

- Он улыбался и вообще был очень милый. Мы с ним танцевали... Он так здорово танцует фламмо!

- Понятно... - вздохнула доктор Кинг. - Если Кантор улыбался и танцевал с Азиль, то почему бы ему и не потрахаться с Ольгой... Если они сразу друг другу понравились...

- А с чего же она тогда фангой закинулась так, что чуть не отпала? возмутился Жак.

- А гангрена ее знает! Может он ее не удовлетворил или не захотел жениться. А может с похмелья дозу перепутала. Ну что хотите мне говорите, не поверю я, чтобы Кантор мог кого-то изнасиловать. В любом состоянии.