Упивающийся - FaVn

собрания вновь взял слово. — Исчадия Хаоса представляют ничуть не меньшую угрозу для нас, но обсуждать их отец не хочет и словно пытается не замечать, в отличии от других пантеонов. Большинство наших тоже пытается следовать примеру отца, но они не понимают пугающей истины. Демоны уже не являются эфемерной угрозой запертой в измерении-тюрьме.

— О чём ты?

— Исчадия начинают избавляться от оков. Они уже предпринимали попытки покинуть свою тюрьму и проникнуть в мир людей, и нельзя сказать что безуспешно. Пока что это исключительно редкие случаи, но они уже имеют серьёзные последствия для нас и человечества в целом. А теперь представь себе ситуацию, при которой тюрьма перестанет быть таковой, а все её заключённые в один момент станут свободными и вырвутся к людям, другим пантеонам, а после и к нам.

Эти слова заставили всех присутствующих всерьёз задуматься о таком сценарии, и ничего хорошего из этого не выходило. Их отец запер демонов в отдельном измерении ещё до рождения ангелов, и об опасности этих заключённых дал понять более чем достаточно, но сейчас демоны начали становиться по-настоящему серьёзной угрозой. Их пока не столь многочисленные попытки вырваться в мир людей уже оставили в умах и вере человечества неизгладимый след, и если таких попыток станет больше, то в один момент вся нечестивая орда отродий может добиться успеха и вырваться на свободу, оставляя на своём пути лишь кровь и разрушение.

— В барьере того мира всё чаще появляются трещины, и через них демонам иногда удаётся попасть в мир людей, и заканчивается это всегда плачевно. А что будет, если трещины станут столь значительными, что демоны ордой кинутся к людям?

— Резня. К тому же, даже если не брать в расчёт людей, если к этому моменту мы действительно начнём войну с пантеонами, то при таком сценарии демоны могут стать третьей стороной, что легко ударит нам в спину и будет иметь шанс смести и нас, и пантеоны, и людей. — Баракиэля такая перспектива пугала не только как ангела, но и как воина и тактика.

— И всё опять упирается в одну единственную проблему. Отец словно намеренно не желает замечать этой проблемы. Я конечно знаю о его отношении к этим демонам, но кажется его реальный уровень ненависти к ним в разы сильнее, чем мы предполагали.

— Как вижу все вы прекрасно понимаете весь масштаб угрозы, правда высказались ещё не все. — глава собрания обратил свой взор на пятого ангела, который до сих пор не проронил ни слова, а вслед за ним взгляд повторили и все остальные. — Кокабиэль, ты ведь до этого интересовался у отца этой темой. Может ты сможешь чем-то дополнить наши рассуждения?

Кокабиэль был младше всех находящихся здесь, а потому чувствовал себя немного неловко и неуверенно в такой компании. Это создавало для его братьев весьма интересный контраст, ведь этот черноволосый юноша был столь мягок в общении, но всё менялось в бою. Все видели как Кокабиэль сражается и управляет своими воинами, и в этот момент им предстаёт решительный и толковый полководец, что будет отважно вести войска к победе, защищая своих братьев и сестёр. Столь мягкий и даже неуверенный в себе на Небесах, и столь решительный и твёрдый в бою.

— Я… Я действительно не так давно говорил с нашим отцом о демонах и причинах его ненависти к ним. Может это будет звучать слишком преувеличенно, но я считаю так. Отец не испытывает к демонам абсолютно ничего кроме ненависти, там нет места любви и состраданию, об этом говорили мне его глаза, когда речь шла о пленниках Ада. Кроме того есть ещё один странный для меня момент.

— И какой же?

— Отец отзывался о демонах как об ошибках, которых вообще не должно было существовать, и в их появлении он словно винит самого себя. Для него это явно очень болезненная тема.

— Ошибка? Что это вообще должно значить? Демоны являются ошибочным творением силы отца?

— Азазель, как ты можешь говорить нечто подобное, даже в виде шутки? — Баракиэль от слов старшего брата едва не впал в шоковое состояние. — Вспомни силу отца. Как свет его ауры можно сравнивать с демонической скверной?

— Я понимаю как это звучит, но как ещё мне об этом думать? Может он когда-то действительно пытался взаимодействовать с иной силой, или же пытался её искоренить, и именно из-за этого демоны появились на свет? Давайте все, буквально на мгновение, подумаем над этим. Да, это звучит дико, но всё же не невозможно.

— Хммм. Может быть в твоих словах и есть зерно истины. — с неохотой проговорил глава собрания. — Хоть представить нечто подобное почти невозможно, но отец сам говорил, что ошибки совершают все. Может быть когда-то он действительно пытался искоренить Хаос, но это привело к появлению демонов. Тогда реакция отца на них становится более понятной и обоснованной.

— Даже если и так, проблема от этого никуда не исчезает. — высказался Шемхезай. — Демоны в любом случае представляют для нас угрозу, и как бы отец не старался закрывать на них глаза, но такой подход может привести к катастрофе.

— Собственно говоря да. Мы может и пришли к возможному пониманию ситуации, но что делать с её решением? Брат, ты ведь уже имеешь на этот счёт какие-то мысли, так? Вряд ли ты бы позвал нас без вариантов со своей стороны.

— Боюсь ты вновь оказался прав, Азазель. — с грустью проговорил двенадцатикрылый ангел. — Я уже очень давно думал о демонах и угрозе, что они несут своим существованием, а бездействие отца и Михаила заставляет меня лишь сильнее опасаться. Барьер изолирующий Ад слабеет, и его обитатели вскоре обретут возможность полноценно выбраться оттуда.

— И что нам делать? Отца мы можем и не убедить, особенно пока он занят своим новым творением.

— Я знаю, и думаю у меня есть вариант с решением этой проблемы, но… Мне самому не хочется думать о нём, а вам это и подавно не понравится.

— Что ты задумал?

— Если демоны действительно представляют для нас такую угрозу, но пока ещё находятся в относительной изоляции, то не будет ли лучшим решением сделать первый шаг, пока это ещё возможно?

— Имеешь ввиду… Подожди, ты ведь сейчас пошутил, правда? — от пришедшей догадки глаза Азазеля расширись.

— Боюсь что нет. Если мы действительно хотим обезопасить себя и срединный мир от Исчадий Ада, то это самый кровопролитный и жестокий, но при этом и самый оптимальный вариант.

— Я правильно понимаю, что ты сейчас предлагаешь нам напасть на демонов первыми? Причём не просто