Неистребимый. Трилогия - Сергей Зайцев

На его комментарий никто демонстративно не обратил внимания, и это его заметно задело — Верховный маг Кордоса явно привык к повышенному вниманию к своей персоне среди подчиненных. Но для нашей группы он был чужой, и его никто особо сюда не приглашал — сам захотел. Чтобы скрыть свое негодование и сохранить лицо, он повернулся к нам спиной, но и его спина красноречиво выражала все его чувства.

Дождавшись, когда Тай разберется со своей Лакомкой у привязи, я подошел и обнял за плечи, отгоняя прочь ее тревогу. Она не знала, как сейчас развернутся события, ей оставалось только надеяться на то, что я не дам Остина Валигаса в обиду, если Онни или Гилсвери вдруг узнают его. На мой взгляд, им сейчас будет не до него, даже если и узнают. Ведь здесь был я. К чему думать о копиях, если есть подлинник? Сам я о себе, конечно, так не думал.

— Вот там он и живет, — шепнула Тай, когда мы на всякий случай отошли в сторонку. — Но я не рассчитывала знакомить его с тобой при таком количестве народа. Ну, да делать нечего, пойдем…

— Там никого нет, Тай.

— Что? Да нет, я тебе верю, но надо все же заглянуть. Возможно, здесь уже сказывается влияние Ущербных гор, поэтому ты его не чувствуешь…

В этот момент Лекс бесцеремонно распахнул дверь жилища Валигаса, сунул туда свою «хвостатую» голову и почти сразу вынырнул обратно.

— Увы, хозяин отправился в увольнительную, — громогласно объявил он.

— Скорее всего, отлучился по делам, — предположила Тай, одновременно и огорчившись, и испытав временное облегчение. — И что же нам делать?

— Продолжим путь с остальными. Без Валигаса я этот мир не покину, а позже наверняка представится более удобный момент для знакомства.

— Может, он там? — Тай кивнула в сторону расселины.

— Что ему там могло понадобиться?

— Да он и раньше часто ходил туда. Даже собственноручно сделанное кресло туда перетащил, чтобы сидеть и любоваться на Круг Причастия. Смерть… понимаешь, она завораживает, когда находишься от нее в двух шагах, зная, что ты в безопасности…

Могу себе представить. Мне уже приходилось сталкиваться с подобными ситуациями. Но все-таки от подобного времяпрепровождения попахивает неким извращением.

Перед тем как мы сбились в тесную группу и двинулись дальше, к конечной цели своего путешествия, Гилсвери вдруг решил прочитать небольшую нотацию Квину, поймав того за рукав и притормозив возле себя, когда парень вздумал было сунуться в расселину впереди всех, подгоняемый нетерпеливым любопытством.

— Так, слушай меня внимательно, магик, — строго сказал Гилсвери, и мальчишка замер, преданно глядя ему в лицо и испытывая что-то вроде благоговения. — В Пресветлом Доме на первой ступени этого не преподают, а ты, как я уже успел понять, практикуешь еще не разрешенные тебе заклинания, за что тебя следовало бы крепко высечь, но пусть уж наказаниями занимается тот, кому это положено. Настоятель Масарт, например. — Квин залился яркой краской искреннего смущения, не посмев отрицать сказанное, но маг не стал развивать эту тему дальше, переходя к делу. — Так вот, возле Круга Причастия циркулирование магической энергии осуществляется столь причудливым образом, что попытка провести заклинание оборачивается там совершенно непредсказуемым выплеском силы — чаще всего разрушительным для того, кто это заклинание применил.

— А-а… Вот почему говорится, что магия там бессильна, да?

— Именно. Ты меня понял, парень? Даже не вздумай пытаться. Знаю я некоторых шутников, которые пробовали, так от них мало что осталось.

— Не вопрос, конечно… — в явном смятении кивнул Квин, и на этом разговор был закончен, Гилсвери волновали уже более насущные проблемы — сам Круг Причастия.

Тем не менее Альтарес не упустил случая поворчать по поводу этой небольшой задержки.

— Ну, долго мы еще будем здесь стоять? — пробасил маг, уперев кулаки в жирные бока, затянутые в красный ксомох, и окидывая недовольным взглядом всех присутствующих.

По его тону можно было подумать, что мы копаемся уже целый час.

Какого Зла Гилсвери позволил ему ехать с нами? Отрабатывал бы свои долги перед ним в другое время. Ладно, не мое дело, да и не все ли равно. Просто что-то уж сильно эта толстая задница всем без исключения действует на нервы…

На этот раз первым в расселину вступил я. Квин уже не пытался сунуться туда, куда его не просят, и после внушения, сделанного ему Гилсвери, старался держаться к нему поближе, явно набиваясь на следующее. Как же, сам Наместник обратил на него внимание, снизошел до объяснений. Он прямо поднялся на ступеньку выше в своих собственных глазах. Все эти нехитрые эмоции ему еще предстояло научиться скрывать на следующей ступени обучения в Доме.

В общем, мы цепочкой двинулись в путь. Насколько я знал из эмлота, до Круга Причастия было топать не более десяти минут. Но вскоре стены этого узкого каменного коридора взмыли так высоко, что было бесполезно задирать голову, чтобы увидеть вверху тонкую, как волос, полоску неба, без риска вывихнуть шею, а коридор, по которому я шагал впереди остальных, начал казаться бесконечным. Кое-где по бокам попадались неглубокие тупиковые ответвления, затем они пропали, и стены окончательно выровнялись. Изменения на этом не прекратились — чуть дальше падающий из безумной выси тусклый небесный свет вдруг заиграл на каменных поверхностях вкраплениями серебряных и золотых блесток, а все естественные природные звуки начали как-то странно затихать. Я прямо физически чувствовал, как сверху на нас, затопляя расселину, опускается плотное невидимое покрывало необычайно глубокой тишины, убивая все посторонние звуки, кроме звуков наших шагов, ставших болезненно громкими. И очень уж узкой была эта расселина — шириной всего в пару шагов, она весьма неприятно смахивала на гигантские каменные ладони, поставленные на ребро и готовые в любую секунду ожить и сомкнуться. Идеальное местечко для проявления клаустрофобии.

Силы Зла, ну и образы у меня, гнать их надо подальше и поскорее.

Я только сейчас сообразил, как эта расселина напоминает ту, что я видел во сне несколько дней назад. И вдруг поняв, что не чувствую больше своих спутников, резко остановился и оглянулся. Но никто не пропал, а Гилсвери, шагавший сразу за мной, из-за внезапной остановки едва не тюкнулся грудью в мое плечо. Зато сзади него убереглись не все — до слуха донесся удивленный возглас Квина и негромкие басовитые ругательства Альтареса.

— Что случилось, Никсард? — спросил маг, глядя на меня своими холодными проницательными глазами.

— Тебя не настораживает эта необычная тишина?