Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

которые ему, за исключением придуманного на скорую руку оправдания, ответить нечего. Она могла быть очень въедливой, если на нее находило, и Монтгомери знал об этом. А если босс велит открыть рюкзак и продемонстрировать его содержимое?! При мысли об этом учащенно забился пульс, и Кайл сильнее прежнего вжался в стену, ругая себя последними словами за трусость и малодушие. Однако минуты шли, но из прозекторской никто не выходил. Наконец молодой человек нашел в себе достаточно мужества, чтобы выйти на свет и прокрасться к двери. Буквально через тридцать секунд он уже находился на улице, а еще через минуту отъезжал от морга. Похищенные препараты, выдававшиеся строго по рецептам, лежали в полной сохранности в рюкзаке на кресле для пассажира.

Когда Монтгомери добрался до нужного места, парковочная площадка была почти полностью забита машинами, и Кайлу понадобилось некоторое время, чтобы втиснуть джип между двумя японскими малолитражками. Выключив зажигание, он вылез из машины, пересек парковку и вошел в здание.

В «Афродизиаке» жизнь била ключом — посетителей в этот вечер, казалось, пришло даже больше, чем обычно, и почти все столики и высокие табуреты в баре были заняты. Кайл продемонстрировал удостоверение сонному привратнику у дверей главного зала, прошел и несколько минут в восхищении глазел на выступавших на подиуме танцовщиц. Стройные, с развитыми формами, почти не прикрытые одеждой красотки выделывали столь откровенные па, держась за полированные металлические шесты, и столь страстно к ним прижимались, что их мамаши, окажись они в это время в зале, несомненно, умерли бы со стыда, предварительно придушив развратных дочерей. Но как бы ни относились к происходившему здесь действу матери танцовщиц, Кайлу и эти дамы, и обстановка в зале очень даже нравились.

Бросив взгляд на часы, Монтгомери отошел от подиума, направился к лестнице в задней части зала и поднялся на второй этаж. Оказавшись в пустом коридоре, он двинулся вперед и шел, пока не наткнулся на плотную красную штору. Отодвинув ее и пройдя еще немного, ассистент Сильвии увидел перед собой двери, которые вели в располагавшиеся по краям коридора небольшие комнаты. Остановившись у первой двери, Кайл постучал условным стуком и сразу же получил разрешение войти.

Закрыв за собой дверь, он некоторое время стоял у входа, нервно переступая с ноги на ногу и не отваживаясь проходить дальше, как будто царивший в помещении полумрак пугал его. Монтгомери не впервые посещал эти апартаменты, но каждый визит сюда, по его мнению, был сопряжен с риском и неопределенностью.

— Принесли? — спросила находившаяся в комнате женщина таким тихим голосом, что он едва расслышал.

Кайл согласно кивнул:

— Товар у меня. Все как вы заказывали. — Он вынул из рюкзака пакетики с таблетками и показал их с гордостью ребенка, демонстрирующего матери найденную мертвую птичку.

Из затененной части комнаты вышла особа в длинном глухом платье. Вокруг головы у нее был повязан газовый шарф, глаза скрывали солнцезащитные очки, хотя в комнате и без того не хватало освещения. Определенно незнакомка очень не хотела оказаться узнанной. Кайл часто задавался вопросом, кто она такая, но никак не мог набраться смелости напрямую спросить об этом. Интересно, что Кайлу ее голос казался знакомым, но ему никак не удавалось вспомнить, где и при каких обстоятельствах он его слышал.

Однажды вечером Монтгомери нашел на сиденье своего джипа записку, сообщавшую, что, если он хочет заработать, нужно позвонить по указанному в записке телефону. Кто же не хочет заработать немного наличных? Кайл позвонил по указанному номеру, и ему доходчиво объяснили, что небольшая аптека при врачебном кабинете Сильвии может стать для него источником неплохого дохода. Сильные болеутоляющие и препараты, обладающие психотропным действием, являлись теми вожделенными предметами, которые хотела заполучить неизвестная покупательница.

Не отличавшийся особенной щепетильностью ассистент согласился обдумать это предложение и некоторое время исследовал обстановку в аптеке, с тем чтобы выяснить, как без риска и больших трудозатрат обеспечить себе доступ к этой потенциальной золотой жиле. Довольно скоро он пришел к выводу, что это дело не такое уж сложное и вполне ему по силам. После того как были оговорены обязательства сторон и начались поставки товара, Кайл довольно быстро ощутил, что его доходы и впрямь увеличились, причем весьма значительно.

Длинное платье не могло полностью скрыть изящных очертаний фигуры покупательницы, и этот факт, а также интимная обстановка комнаты со стоявшей в полумраке алькова расстеленной кроватью всегда вызывали у Кайла усиленное сердцебиение и сладкое томление в паху. Не говоря уже о том, что встречались они в одной из задних комнат стриптиз-клуба, где царила самая располагающая к любовным утехам атмосфера. Что греха таить: не раз и не два Монтгомери представлял себе, как он, будучи несколько выше ростом и мускулистее, нежели на самом деле, врывается в эту комнату и показывает ее обитательнице вожделенные таблетки — как примерно делал это сейчас. Но когда незнакомка протягивала руку, чтобы взять их, он в своих фантазиях бросался на нее, заключал в объятия, смеясь над ее жалкими попытками оказать сопротивление, и без лишних сантиментов затаскивал в постель. Там грубо овладевал ею в позиции «сверху», после чего она окончательно капитулировала, признавая его первенство, и их любовные игры продолжались всю ночь. При этом у него в ушах эхом отдавались ее крики страсти, из которых явствовало, что она любит и хочет только его — Большого Кайла.

Даже сейчас, проигрывая в очередной раз этот сценарий у себя в мозгу, он чувствовал, как в штанах начинается шевеление, и задавался вопросом, наберется ли он когда-нибудь достаточно решительности и мужества, чтобы воплотить мечты в реальность. Но как бы часто ни возникал в сознании этот вопрос, ответ обычно бывал отрицательным. Почему? Да потому что он слабак и полное дерьмо. Хозяйка комнаты вернула его к действительности, положив на край стола деньги и забрав пакетики с таблетками, после чего показала жестом, что он свободен и может идти.

Кайл, широко улыбаясь, немедленно забрал со стола купюры, сложил пополам и сунул в карман.

Лишь значительно позже он осознал, что многое из увиденного в тот вечер было исполнено глубокого смысла, и стал задаваться вопросами по этому поводу. Вопросы, расплывчатые и лишенные вначале какой-либо конкретики, привели его в конечном итоге к практическим и совершенно конкретным действиям.

Ну а в тот момент он задавался только одним вопросом: как потратить легко заработанные деньги? Монтгомери не относился к типу бережливых, и его скорее можно было назвать мотом. Если разобраться, жизнь Кайла проходила в погоне за всякого рода удовольствиями и наслаждениями. Итак,