An ordinary sex life (OSL) - Астердис

последовали за Мией и Ребеккой вниз, и, судя по неукрашенному интерьеру, я почти ожидал, что попаду в известняковую пещеру. Но, хотя потолок пещеры внутри был отделан так, чтобы выглядеть как естественное образование со сталактитами, всеми от шести футов, ниже всё было отделано большими прямоугольными плитками из песчаника, которые окружали современный подземный бассейн. Это заставило меня поверить, что пещера действительно была на территории Квонгов, когда они въехали, и, не трогая потолка, за исключением установки освещения, они просто вырезали внутри современную римскую баню.

Ползучая зеленая виноградная лоза и тонкие огни добавляли атмосферы, а великолепный 8-футовый водопад в дальнем конце привлек мое внимание, но бассейн не был нашим непосредственным пунктом назначения. Я последовал за женщинами по дорожке вокруг бассейна и обнаружил, что водопад скрывает еще одну арку, и, пройдя через нее, я обнаружил, что пещера грота уходит намного глубже, чем я думал. Подземный бассейн продолжался, как река, за водопадом и переходил на другую сторону, во вторую пещеру, где поток воды снова расширился, превратившись в большой бассейн. Здесь стены поднимались намного выше над моей головой, но вместо покрытого сталактитами потолка вторая пещера была полностью открыта для звездного ночного неба наверху.

Но я лишь на мгновение взглянул на небо. Мое внимание привлекла большая полукруглая структура из песчаника, которая возвышалась на десять футов прямо над бассейном и увенчивалась прямоугольными зубцами. Под каждым зубцом блока песчаника было отверстие, через которое вода выливалась из него и падала в бассейн внизу. И когда я наблюдал, как Миа прошла по дорожке и подошла к лестнице, которая поднималась вверх и вокруг изогнутой башни, я понял, что сама башня была нашим конечным пунктом назначения.

Поднимаясь по лестнице, я увидел, как Миа и Ребекка снимают свои платья наверху. К тому времени, как я добрался, я обнаружил, что обнаженные девушки скользят в роскошное круглое джакузи. В то время я все еще держался за остатки надежды, что наша небольшая экскурсия в конечном итоге не приведет к сексу. Девочки ведь не раздевались, потому что собирались на меня наброситься. Действительно, просто ведь никто из нас не взял с собой купальные костюмы, так что купание голышом было единственным выходом.

Точно.

Хихикая, Миа предложила: «Залезайте. Вода идеальная».

Я не стеснялся своего тела или что-то в этом роде. Это было джакузи, и я не мог залезть в него в одежде. Кроме того, в этой поездке на голого меня уже много раз глазели, поэтому я, не раздумывая, последовал примеру Адриенны и снял с себя одежду. Ребекка и Миа уже сели, и я последовал за Адриенной вокруг сиденья по периметру, чтобы найти место.

«Откиньтесь назад, — предложила Ребекка. «Так вы получите лучший вид».

Я начал наклоняться, но затем Адриенна нажала кнопку на окружающем кольце, и я обнаружил, что моя спинка откидывается за меня, как сиденье с электроприводом в роскошном автомобиле. Я не знаю, какой инженерный подвиг сделал это возможным в гидромассажной ванне, но расслабился и откинулся, в результате чего оказался под углом 45 градусов, а моя голова была приятно поддержана подушкой. Посмеиваясь, я спросил Адриенну: «Сколько раз ты оказывалась в таком положении?»

«Расслаблялась в Тауэрской ванне? Много раз», — ответила она.

«Но не так», — дразняще произнесла Ребекка, и внезапно КАЖДЫЙ источник света вокруг нас погас.

Мгновенно я почувствовал, что ослеп. Хотя стены грота и самого джакузи не были яркими, в них было несколько утопленных источников света, чтобы их было легко увидеть. Вода светилась изнутри, предлагая мне соблазнительные силуэты женских тел, о которых я мог фантазировать. Но все эти огни были одновременно погашены, и моим зрачкам потребовалось несколько секунд, чтобы расшириться и приспособиться. Но как только они это сделали, я обнаружил, что единственными источниками света были звезды над открытым оком, и, боже, какой у меня был вид.

Выросший в Южной Калифорнии, я привык к постоянному загрязнению воздуха, затмевавшему ночное небо. Район залива был не намного лучше, и даже когда я поднялся на холмы Беркли, световое загрязнение из города внизу затмевало большую часть космоса.

Но не здесь. Так далеко на востоке, на полуострове, окруженном с трех сторон океаном, и на таком большом расстоянии от ближайшего крупного города, не было ни светового загрязнения, ни смога, к которым я привык. Нам также повезло, что была безоблачная ночь, и это было даже новолуние, так что все, что я мог видеть над собой, было бескрайним пространством, заполненным мерцающими звездами, насколько мог видеть глаз. И на мгновение или два я потерялся в захватывающем пейзаже.

«Да…» — выдохнула Адриенна рядом со мной. «Определенно, такого я не видела».

«Нам повезло», — объяснила Ребекка. «Обычно люди приходят сюда на вечеринки или другие общественные мероприятия; очевидно, что мы оставляем для них включенным свет в гроте. И даже в тех случаях, когда мы выключаем свет, небо очень редко бывает таким безоблачным. Это редкое удовольствие, и это была идея Мии. Она что-то вроде помешанной на греческой мифологии».

Действительно, Миа сначала обратила мое внимание на Полярную звезду, а затем продолжила свой путь дальше. Она указала на несколько созвездий и рассказала нам немного о греческой истории, стоящей за ними, время от времени отвлекаясь и оставляя одни объяснения незавершенными, в то же время принимаясь болтать о других. Но она продолжала, и пока она говорила, я позволил любому стрессу или напряжению, которое я испытывал внутри, вытечь из меня, пока мои конечности плавали в теплой воде. Откинув голову, я смотрел прямо вверх, и в моем поле зрения были только звезды и небо. Тепло воды окружало мою кожу, как кокон или, может быть, материнское лоно. И пока Миа продолжала направлять мой взгляд в небеса, я почти мог представить, что плыву по галактике.

На какое-то время, за исключением рассказов Мии о древних богах, трахающих людей и друг друга (как в прямом, так и в переносном смысле), я забыл о сексе.

Но затем Адриенна взяла дело в свои руки… и под этим я подразумеваю мое дело в ее руки.

В одну минуту я смотрел на