Воспитание мисс Грейнджер (СИ) - "Olivia Winner"

Гермиона глубоко вздохнула.

— Пожалуйста, накажите меня, сэр. Мне нужно доказать вам, что я сожалею и могу выполнить всё, что вы мне прикажете.

— Приемлемо. Скольких людей ты попросишь отшлёпать тебя сегодня вечером?

— Пятерых, сэр. Плюс вас и Драко.

Он снова кивнул.

— Правильно. Встань и наклонись, положи руки на колени.

Гермиона поднялась, склонилась перед ним и застыла в указанной покорной позе. Снейп обошёл вокруг неё и приподнял её юбку.

— Раздвинь ноги ещё шире. Выпяти зад.

Она терпеть не могла, когда он грубо называл её попку «задом»; она чувствовала себя как чёртова провинившаяся двухлетка. «Должно быть, он это знает. Именно поэтому употребляет это слово тогда, когда пытается меня унизить». Северус постучал прохладным деревянный паддлом по её заднице. Её трусики-стринги были настолько бесполезны, что он даже не потрудился их снять.

— Ты сосчитаешь удары, поблагодаришь меня за каждый и сделаешь это без промедлений. Я не собираюсь торчать здесь весь вечер.

— Да, сэр, — первый шлепок заставил её подпрыгнуть, когда девайс оставил первый жгучий отпечаток на ягодице. — Один. Спасибо, сэр.

Хлопок!

— Два. Спасибо, сэр.

Хлопок!

— Три. Благодарю вас, сэр.

После пяти стало уже тяжелее. На глаза навернулись слёзы.

— Шесть! Спасибо, сэр.

Хлопок!

— Семь! Спасибо, сэр.

«Твою ж мать!» Удары посыпались быстрее. Она едва успевала произнести нужные слова, а он снова и снова шлёпал её паддлом.

— Восемь! Спасибо, сэр.

Хлопок!

— Девять! Благодарю, сэр.

Хлопок!

— Десять! Спасибо, сэр.

Хлопок! Хлопок!

— Одиннадцать, двенадцать! Спасибо, сэр!

Хлопок! Хлопок! Хлопок! Хлопок!

— Шестнадцатьспасибосэр!

Хлопок! Хлопок! Хлопок! Хлопок!

— Ух! Двадцать! Благодарю вас, сэр!

Северус обошёл вокруг и поднёс паддл к её покрасневшему лицу.

— Поцелуй.

Гермиона могла поклясться, что дерево стало горячим, когда прикоснулась к нему губами.

— Хорошая девочка. Иди и постой в углу, пока не успокоишься. Подними юбку и не вздумай тереть зад!

— Да, сэр.

Гермиона приостановилась, не зная, какой угол выбрать. Три угла были приспособлены под книжные полки, поэтому она пошла к тому, который находился рядом с входной дверью. У неё потекло из носа, так что время от времени она громко шмыгала им. Маска впитывала слёзы, обильно текущие из глаз. Угол показался ей безопасным местом, она уткнулась в него, тихо плача от облегчения. Может быть, её попа и болела, зато на сердце стало легче. Ей хотелось обнять профессора, прижаться лицом к его коленям, пока он, как прежде, будет гладить её по голове.

Драко со вздохом сел в любимое кресло крёстного. Он не понимал, почему Северус так пристально на неё смотрит. Задница Грейнджер действительно выглядела как следует отшлёпанной, но Драко полагал, что за свою долгую жизнь Снейп уже должен был насмотреться на красные женские попки. Драко потянулся к ширинке и поправил набухший член. Он никогда не устанет за ними наблюдать. На самом деле Грейнджер не столько плакала, сколько всхлипывала. Это он ещё мог вынести. К счастью, это был не тот девичий рёв, от которого его член трусливо съёживался в штанах.

Северус внимательно наблюдал за девушкой. То, как низко Гермиона опустила голову, говорило о желании спрятаться. «Она раскаивается». Он знал, что запугивать — это одно, а угрожать по-настоящему — совсем другое. «Нет, она не испугалась. Может быть, просто расстроилась». Как правило, его разочарование жалило её сильнее, чем любой из девайсов для порки. Во многих аспектах своей жизни Грейнджер напоминала ему скалу, но достаточно было одного разочарованного взгляда, и она могла разбиться, как яйцо, упавшее на асфальт. Северус понимал, что она чувствует, поскольку тоже не мог видеть её несчастной. А также он чувствовал, что она нуждается в эмоциональной разрядке, и был тронут её желанием доставить ему удовольствие.

Гермиона старалась дышать как можно медленнее, прислонившись лбом к прохладной стене. Она мечтала, чтобы Снейп ею гордился. Хотела доказать ему, что она может быть самой лучшей. В конце концов, он никогда не предъявлял непомерных требований. «Чёрт, за сегодняшний день он уже четыре раза довёл меня до оргазма! И это был всего лишь обычный секс». Северус делал для неё и другие вещи, о которых посторонние люди даже не подозревали. Он готовил для неё (и старался готовить именно её любимые блюда). Он делал ей массаж ног и носил на руках. Он отмечал страницы в книгах, которые (по его предположению) она хотела бы прочесть, а затем читал ей вслух, если она его об этом просила. Он чистил её одежду, когда она оставалась у него дома. Он слушал её бесконечные рассуждения о несправедливости законов в волшебном мире и даже не закатывал глаза. Он часто смешил её… и даже сам смеялся вместе с ней. Наверное, это было самым неожиданным открытием в их отношениях. Ей нравилось, как его тонкие губы подёргивались, как будто он проверял — работают ли ещё лицевые мышцы, о которых он давно забыл, а потом его губы изгибались в улыбке. Тогда ей хотелось его поцеловать. Или сесть к нему на колени.

Драко посмотрел на часы. Грейнджер простояла в углу уже десять минут. Ему захотелось спросить Северуса, сколько ещё времени это займёт. «Мне бы не помешал бокал хорошего вина». Драко взглянул на крёстного. С его стороны было бы не очень умно прерывать человека, у которого за последние десять минут на лице не дрогнул ни один мускул. Внезапно Снейп склонил голову набок, и Драко показалось, что он увидел ожившую статую.

— Ты уже успокоилась? — обратился к ней Северус.

Гермиона кивнула, кротко прошептав:

— Да, сэр.

— Ты готова вести себя как воспитанная девочка?

— Да, сэр.

— Подойди ко мне.

Гермиона подошла к нему и встала так близко, как только могла, но не касалась его.

— Не разочаруй меня, малышка.

Она покачала головой.

— Нет, сэр. Я вас не подведу!

— Посмотрим. Можешь опустить юбку, — Северус скользнул пальцами по краю ошейника, ласково касаясь чёрной кожи. — Ты всё ещё хочешь носить эту вещицу? Скажи мне правду.

Гермиона посмотрела на него так, словно он сошёл с ума.

— Да! Конечно, сэр!

Его рука поднялась от ошейника к её лицу, обводя контуры чёрной маски.

— Ты же хочешь быть моей хорошей девочкой?

Это было скорее утверждение, чем вопрос, но она всё равно твёрдо ответила:

— Да, сэр! Только вашей!

Его губы дрогнули.

— Хорошо. Теперь мы можем идти.

***

Они отправились в «Эрос». Северус вошёл в камин первым, а Драко — последним. Сердце Гермионы устраивало бешеную пляску всякий раз, когда она думала о том, что вскоре ей придётся просить кого-нибудь её отшлёпать. Встретивший их Кельвин на удивление доброжелательно ей улыбнулся. Она невольно уставилась на его огромные ручищи, несмело улыбнувшись в ответ.

— Пойду посмотрю, кто сегодня в клубе, — сказал им Драко. — Я найду вас, как только здесь осмотрюсь.

Северус кивнул. Девичья рука так сильно дрожала, что он переплёл свои пальцы с её и сжал их, придавая ей смелости. Он провёл её через общую гостиную, минуя коридор, к лестнице, ведущей на подземный этаж. В подвальном помещении для четверга было довольно оживлённо. Он заметил, что Гермиона сразу же напряглась и стала оценивать Доминантов как потенциальных партнёров, мысленно ужасаясь тому, что вскоре ей придётся выпросить у кого-нибудь из них порку. Кажется, ей гораздо легче было перетерпеть наказание, чем задать сам вопрос.

— Может быть сначала тебе нужно немного освоиться? — спросил он её.

Гермиона кивнула, закусив губу.

— Да, сэр.

Они неторопливо прошлись по комнате, Северус поздоровался со своими знакомыми и представил им Гермиону. Она вела себя совершенно верно, как и полагалось хорошо воспитанной сабмиссив. Они прошли через главную комнату, и Снейп увлёк её в одну из меньших комнаток, которые, как он знал, ей гораздо больше нравились. Но там Гермиона ещё сильнее разволновалась, понаблюдав за другими ведьмами, которые уже находились в том положении, в котором она должна была оказаться чуть позже.