"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Эльба Ирина

Тело перестало подчиняться земле.

Гравитация больше не властна надо мной.

Легкость, восхитительная, словно детский сон. Я вижу, как желтый цирк проваливается вниз, а фигурка менталиста уменьшается в размерах. Пробую управлять полетом — и у меня получается! Делаю круг над нижним краем трибун, начинаю подъем по спирали.

Менталист вытягивает руку — и незримая сила останавливает мой полет.

Спуск.

Человек в балахоне возвращает меня на землю. Я не хочу приземляться, это так классно!

— Не сопротивляйся, — произносит маг. — Сейчас будет больно.

Стоило прозвучать этим словам, и меня скрутило. Всплеск боли. Спазмы по всему телу, но хуже всего — в позвоночнике. Не знаю, почему. Хребет полыхает огнем, вспышки боли распространяются дальше…

Я вновь вижу траву.

Падаю на землю, корчусь в агонии.

Что-то кричу.

— Безопасное место, — напоминает менталист.

Почему-то приходит на ум комната с прозрачными гранями — та, в которую меня поместил искусственный интеллект «Эскапизма». Я вытащил этот образ из агонизирующего подсознания, ухватился за него, словно утопающий за соломинку.

И боль схлынула.

Я перенесся в облачное хранилище.

Завис посреди бескрайних звездных россыпей, глядя на кресло, в котором соткался силуэт МОРа. ИскИн принял облик шестилетнего мальчика с очень серьезными глазами. Мальчик носил очки в роговой оправе, но я не понимал, кто он такой.

— Привет, — сказал МОР.

— И тебе не хворать.

— Рад, что ты воспользовался техническим каналом «Эскапизма», — мальчик пристально посмотрел на меня. — Здесь ты можешь обрести плоть и сесть в кресло.

— Я не знаю как.

— Представь, что это происходит.

Включаю фантазию.

И обнаруживаю себя в кресле.

— Очень хорошо, — похвалил МОР.

Руки — мои. Прежние. Сильные руки взрослого мужика, привыкшего убивать других людей. Невольно я принял облик, к которому привык в прошлой жизни.

— А теперь слушай, — мальчик слегка подался вперед. — Тот мужик в капюшоне раскрывает твоё средоточие. Инициация жесткая, поэтому твое сердце может не выдержать.

— Почему?

— Ты получил от «Эскапизма» Дар, который не должен был получить. Управление временем. А менталист согласно личной просьбе твоего отца пытается пробиться к истокам родовой магии. Он хочет, чтобы ты научился использовать силу света.

— И это получится?

— Нет. Ты, видимо, забыл, что в этой вселенной можно пользоваться лишь одним подтипом волшебства. В Детройте мы сделали всё возможное, чтобы ты освоил хрономагию.

— Не понимаю.

— Ты умрешь, если не вмешаться. А, может, выживешь, но лишишься сверхспособностей.

— Помоги мне.

— Я дам тебе символ.

— Издеваешься?

МОР качает головой.

— Послушай меня, Ву. Каждый тип магии имеет свою символику. Пользоваться двумя типами одновременно нельзя, поскольку во время инициации твой разум не в состоянии удержать два образа. Культиваторы родовых техник с детства осваивают технику концентрации, но удерживают лишь один знак. Преодолевают боль и страдания, но удерживают. Я хочу, чтобы ты объединил оба символа в один и научился использовать две техники.

— Это невозможно.

— Ты ошибаешься.

— Я не смогу.

— Тогда ты умрешь. Вероятность этого — свыше девяноста шести процентов.

— Это же магия! — я не выдерживаю. — О какой научной достоверности может идти речь?

МОР пожимает плечами:

— Магия — это нераскрытые психические возможности человека. Ты кибермансер и обладаешь неоспоримым преимуществом перед другими людьми. Реализуй это преимущество.

Я вздохнул.

— Ладно. Покажи символ.

— Их два, — напомнил ИскИн. — Вот первый.

В воздухе между нами повисли треугольники. Три черных треугольника, переплетающихся между собой. Не сразу я дорубил, что эти фигуры сплетены воедино и фактически олицетворяют знак бесконечности.

— Валькнут, — пояснил МОР. — Скандинавский знак времени. Запомнил?

— Да.

— Лови второй знак.

Валькнут исчез, а вместо него появился круг с крестом внутри.

— Коловрат, — пояснил мальчик. — Простейшая его разновидность. Солярный знак, именуемый также солнцеворотом.

— Ничего сложного.

Коловрат исчез.

— Объедини их.

— Как?

— Без разницы. Знаки должны слиться в одно целое. Получившийся символ должен стоять у тебя перед глазами до завершения ритуала. Справишься?

— Попробую.

Я вызвал из памяти коловрат и валькнут. Знаки вспыхнули голубым пламенем в центре космической комнаты. Похоже, моя фантазия в пределах облачного хранилища способна творить чудеса…

Так, попробуем объединить эту штуки.

Всмотревшись в символы, я мысленно приказал им наложиться друг на друга. Начал вращать изображения, подбирая оптимальную конфигурацию. В итоге валькнут оказался вписанным в окружность, а крест испарился.

— Сгодится, — одобрил МОР.

— Точно?

— Главное — смысл. Держи знак перед собой, думай об управлении временем и тянись к свету. Концентрация не должна ослабевать. Удачи.

— Эй! — я вцепился руками в подлокотники кресла. — И больше ничего?

МОР не ответил.

Комната завертелась в вихре изменений, и я оказался выдавленным из небытия на Старую Арену. Сердце бешено колотилось, в висках стучало, по рукам и ногам расплескался жидкий огонь.

Я сжал зубы.

Хотелось кричать.

Внутри ощущалось присутствие постороннего разума. Меня перекраивали, причем изменения происходили ежесекундно.

Символ я удержал.

У кибермансеров есть пси-техника, позволяющая снизить пороги чувствительности во время пыток или при получении критического урона. Я автоматически прибег к этому приему, чтобы приглушить нервное напряжение. Хорошенько сосредоточившись, игнорируя болевые спазмы, я выдернул из памяти знак, объединивший солнцеворот с валькнутом. Замкнутые на себя треугольники в кругу.

Я катался по траве, из моих глаз текли слезы.

Горло издавало невразумительные хрипы.

Сам себе я напоминал в те секунды дикого зверя, наевшегося отравы в человеческом поселении. Вера в то, что мне удастся выжить, напрочь отсутствовала. Казалось, сумасшедшие инквизиторы всаживают в моё нутро раскалённые иглы.

Агония растянулась в вечность.

И всё это время я удерживал перед мысленным взором спасительный символ.

Круг с треугольниками.

По краю моего сознания скользили размышления менталиста. Удивительно… не понимаю, что он делает… другой бы давно умер…

В какой-то момент Арену накрыло очередной световой вспышкой.

Я ослеп.

Знак, подаренный ИскИном, никуда не исчез. Купируя приступы боли и тошноты, я положил максимум усилий, чтобы не выпустить образ, от которого зависела моя жизнь.

— Вставай, — раздался знакомый голос.

Похоже, я распростерт на земле. Мои пальцы вцепились в пучки травы, на зубах похрустывают песчинки. Глаза слезятся, но это ничего.

Я ведь жив.

Всё еще жив.

Двигаться нет ни малейшего желания. Лежал бы так до скончания века. Боль схлынула, меня придавило к земле ленью и умиротворением.

— Вставай, — голос сделался настойчивым. — Надо принять второй эликсир.

Собрав остатки воли в кулак, я открыл глаза. Надо мной — небо цвета индиго. И знакомая фигура, протягивающая руку с пузырьком.

Поднимаюсь на ноги.

Ветер усилился, ощутимо похолодало.

— Пей.

За пузатыми стенками пузырька — золотистая жидкость. Расплавленный мед, переливающийся радужными разводами.

Вытащив пробку, я опустошил сосуд.

— Закрепитель снимет последствия трансформации, — сказал менталист. — Ритуал завершен. Поздравляю, парень, ты прошел через жесткое пробуждение. Я думал, не выдержишь.

Круто.

Поддержка восьмидесятого уровня.

— Ты не просто выдержал, — менталист сделал многозначительную паузу. — Ты обрел Дар. Я ничего подобного в жизни не видел.

— И что не так? — я насторожился.

— Ну, как тебе сказать. Теперь ты владеешь родовыми техниками, но умудрился сохранить талант хрономага. Два подтипа… такое в природе не встречается.