Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Довольный, Майк сказал:

— Тогда, больная, разденьтесь.

И Долли быстро стянула с себя платье. Майк уложил ее на кушетку и стал ощупывать ее тело, спрашивая все время — а здесь больно? Ему, конечно, очень хотелось снять с нее и трусы, но Долли не позволила это сделать и Майк, вдоволь нащупавшись, наконец разрешил одеться. На этом все и закончилось…

Но теперь игра предстояла более серьезная. Только одного Долли не могла понять: почему Эдди хочет быть пациентом. Ведь тогда раздеваться придется не ей, а ему. Но времени на раздумья не было. Эдди уже тянул ее за руку за собой и Долли — послушно пошла за ним. Они зашли в небольшую комнату с плотными шторами, отчего в комнате был полумрак.

— Садись за этот стол, — сказал Эдди. — Я сейчас выйду и постучусь. Итак, не забудь — это игра.

— Хорошо, — сказала Долли.

Эдди вышел и, постояв несколько секунд за дверью, постучался и спросил:

— Можно войти?

— Войдите — ответила Долли-врач.

Эдди подошел к столу, сел рядом на стул и сказал:

— Доктор, помогите. Я, кажется, заболел.

— А что у Вас болит? — спросила девочка.

— У меня болит живот, в самом низу, — сказал Эдди и замолчал, ожидая ответа.

Долли несколько секунд помолчала, но потом, вспомнив, что она хорошо играть свою роль, сказала:

— Хорошо, больной, давайте посмотрим, что у Вас случилось. Раздевайтесь и ложитесь на диван.

Эдди просто умирал от восторга. Нелепость этой ситуации возбуждала его. Такое может только во сне приснится. Очаровательная девочка-подросток заставляет раздеваться его, взрослого мужчину.

Эдди встал, подошел к дивану, расстегнул ширинку брюк и снял их. Потом, повернувшись к столу, спросил:

— Доктор, а как раздеваться?

— До трусов, — не моргнув глазом, отвечала Долли.

— Хорошо.

Эдди скинул рубашку и в одних трусах, в которых бешено бился его напрягшийся член, улегся на спину. Долли встала, подошла к дивану и села рядом с Эдди. Она оглядела его с ног до головы, делая вид, что ищет его болезнь. Ей ужасно не хотелось притрагиваться к его голому телу, но видимо этого избежать было невозможно и он спросила:

— Ну, и где болит?

— Вот здесь, доктор — ответил Эдди и показал пальцем на место, полностью закрытое материей трусов — на переднюю часть бедра.

— Так, — Долли потрогала это место. — Вот здесь?

— Да-да, здесь — сказал Эдди. — Но, наверное, так плохо смотреть. Если Вам удобнее, можете спустить трусы.

Ничего себе удобнее, подумала Долли. Но Эдди смотрел на нее, как бы подгоняя взглядом и она, сказав — хорошо, протянула руки к трусам, взялась за резинку и потянула ее вниз. Трусы стали сползать и из них вылез прямо в руки к Долли тугой, мокрый член. Эдди закрыл глаза и заныл от блаженства.

— Снимите их совсем, — прошептал он.

Долли пришлось стянуть трусы до конца и отложить в сторону. Теперь этот мужчина лежал перед ней совсем — совсем голый.

Чтобы быстрее закончить с этой ситуацией, Долли ощупала бедро Эдди, и сказала:

— Да, у Вас там опухоль. Я назначу Вам лекарство. Можете одеваться.

И она вопросительно посмотрела на него. Эдди очень хотелось продолжить эту сценку, но он знал, что еще немного — и он снова, кончит, а ему хотелось еще продлить такое удовольствие.

— Хорошо, доктор — сказал он и стал одеваться. — Молодец, Долли, настоящая актриса. Хорошо исполнила свою роль.

Эдди быстро оделся и, сев на диван, вопросительно посмотрел на Долли. Та сидела как ни в чем не бывало и смотрела в сторону. Еще раз острое щемящее чувство невозможности происходящего охватило Эдди. Он смотрел на эту маленькую девочку в легком платьице, он видел ее голые икры, щиколотки, колени, ее открытые плечи и шею, ее волосы, уши и брови. Он мог разглядеть легкие, чуть заметные волосики на ее коже. И все это сейчас принадлежало ему. Эдди встал, взял Долли за руку и сказал:

— Пойдем со мной, девочка.

Он провел ее через две комнаты — в свою спальню, закрыл дверь и сказал:

— Ну вот, моя дорогая, здесь я сплю. Я живу один и по вечерам мне, бывает очень скучно.

Представляешь, один в таком большом доме. Я подхожу вот к этой постели, раздеваюсь, как только что перед тобой, подом забираюсь под одеяло и ворочаюсь, пытаясь уснуть. Хорошо, что, сейчас со мной ты. Может быть, Долли, мы с тобой ляжем в постель вдвоем. Мне это было бы очень приятно.

— Как хотите — ответила Долли. — У нас ведь еще есть немного времени.

— Чудесно, — сказал Эдди. — Тогда подойди к постели. Я помогу тебе раздеться. Эдди сел на простыню и Долли встала перед ним в полный рост.

— Приподними, детка, платьице. Не стесняйся, я только посмотрю, какие у тебя трусики.

— Так? — спросила Долли, приподнимая юбку вверх… Так, так, — прошептал Эдди, не в силах оторваться взглядом от вида голых ножек, беленьких трусов и задранной юбки десятилетней девочки. — Еще немного вверх.

Долли выполнила и это и Эдди приоткрылся краешек обнаженного живота.

— Очень хорошо — сказал Эдди. — А теперь давай я сам немного помогу тебе раздеться дальше. И с этими словами он перехватил край платья и сам потянул его наверх. Долли подняла руки вверх, заерзала плечами, облегчая работу мужчины. Ей была смешна в эти секунды та серьезность, которую этот раздевающий ее мужчина пытался изобразить. Поскорей бы уже конец, — думала Долли.

Подумаешь — раздеться перед мужиком.

А Эдди дрожал от блаженства. Каждое новое прикосновение к телу девочки разжигало его все сильнее и сильнее. Наконец он стянул платье и отложил его в сторону. Теперь он мог полюбоваться полуобнаженным подростком. Он обхватил Долли за бедра чуть пониже трусов, притянул к себе и стал внимательно разглядывать девочку. Та стояла в своих трусах и смотрела через плечо ее соблазнителя. Затем Долли почувствовала, как ладонь мужчины легла ей на грудь и погладил соски.

Девочка знала, что ее грудки еще очень маленькие и она не понимала, какой вообще интерес они могут вызвать у мальчиков, а тем более у взрослых мужчин. Ее чуть выпуклые розовые сосочки она не считала грудью. А ладонь Эдди, ощупав и исследовав ее в этом месте, опустилась ниже и стала поглаживать живот. Прикосновения Эдди не доставляли Долли каких-либо отрицательных эмоций.

Напротив, ей было даже немного приятно — это было уже своего рода женское начало. Ее удивляло лишь необычное, очень страстное поведение этого мужчины. Но, тем не менее, Долли стояла перед ним выпрямившись и позволяла ему играться с ее голым животиком. Мужская теплая, чуть влажная ладонь гладила ее кожу с нескрываемым наслаждением. «О-о..» — заставлял себя думать Эдди. — «Если бы сейчас скользнуть рукой вниз, под прозрачность ее трусиков. Если бы почувствовать внешней стороной ладони легкий ситец беленьких трусов — единственной оставшейся на десятилетней девочке одежды, а самой ладонью — погладить ее между ног, коснувшись впадинки, заветной щелки, пушистых коротких волосиков на заветном месте.» Эдди насильно вызывал в себе эти мысли, чтобы наслаждение от происходящего было еще более сильным. Он ведь знал, что сейчас все так и будет и что никто не сможет помешать ему в этом. Они были одни в крепко запертом доме. Эдди продолжал гладить Долли по обнаженному животу, все не решаясь на самое заветное действие. Его член был весь влажный и напрягшийся…