Дин Рид: трагедия красного ковбоя - Федор Раззаков

Между тем уже на следующий день грустные мысли, связанные с трагической судьбой его бывшего друга, сменились у Дина другими – рабочими. Вместе с ним на фестиваль прибыла съемочная группа фильма «Американский бунтарь» (режиссер Уилл Робертс, оператор Нил Джекобс), которая должна была снять заключительные кадры фильма именно на МКФ (общение Дина с участниками фестиваля, интервью о нем Тихона Хренникова и т. д.).

Фестиваль завершился 12 июля. «Золотые призы» достались трем фильмам: советскому «Иди и смотри» Элема Климова, американской «Армейской истории» и греческому «Конец девяти».

После закрытия фестиваля вместе с группой советских кинематографистов (представителей Рижской киностудии, которая с советской стороны должна была участвовать в съемках фильма «Окровавленное сердце») Дин отправился в Ялту для выбора объектов натурных съемок картины. Эта поездка оказалась весьма плодотворной: были не только найдены подходящие места, в точности напоминающие ландшафт Северной Америки (под Симферополем), но и обговорены сроки начала будущих съемок (начало лета следующего года). Кроме этого, Дин прекрасно отдохнул: вдоволь накупался в море, а время проводил в компании приятных ему людей.

Практически у каждого из них Дин спрашивал об их отношении к новому руководителю страны Михаилу Горбачеву и везде слышал только восторженные отклики. В Ялте он встретился с группой студентов, и даже они чуть ли не хором заявили, что Горбачев – это здорово. И это не было каким-то преувеличением. В те дни большинство советских людей с неподдельным восторгом следило за бурной деятельностью самого молодого в истории страны Генерального секретаря ЦК КПСС и ждало от него чуда – что он сделает их страну еще сильнее и краше. В те дни, когда Дин был в СССР, Горбачев развил бурную деятельность: съездил в Киев (25–27 июня), Минск (10–11 июля), а также провел кадровые перестановки: Григория Романова отправил в отставку (1 июля), а Андрея Громыко, которому был обязан своим избранием на пост генсека, пересадил в кресло Председателя Президиума Верховного Совета СССР, а новым министром иностранных дел назначил Эдуарда Шеварднадзе (2 июля).

Из Крыма в Москву Дин вернулся за несколько дней до начала Всемирного фестиваля молодежи и студентов. Как мы помним, он должен был участвовать в культурной программе фестиваля – выступить в нескольких сборных концертах вместе с советскими и зарубежными (в основном из социалистических стран) артистами. Во время этих репетиций Дин познакомился с танцовщицей ансамбля «Рецитал» Радой – 18-летней высокой белокурой девушкой, которая, как оказалось, давно была тайно влюблена в Дина и мечтала о встрече с ним. И вот эта мечта осуществилась. К немыслимому счастью девушки, Дин не только дал ей автограф, но и пригласил Раду на ужин в один из московских ресторанов. А сразу после этого они оказались в гостиничном номере Дина. Так начался их роман, которому суждено будет стать самым последним сильным романом в жизни Дина.

Тем временем 27 июля открылся фестиваль молодежи и студентов, который собрал в Москве около 50 тысяч юношей и девушек из 157 стран мира, представляющих 3 тысячи молодежных, студенческих, детских и юношеских организаций различной политической ориентации. Открытие фестиваля прошло на Большой спортивной арене в Лужниках в присутствии 100 тысяч зрителей и руководства страны во главе с новым Генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым. Поскольку Дин находился недалеко от почетной ложи, где расположились члены Политбюро, он с интересом наблюдал за советскими руководителями и особенно за Горбачевым, который выступил с поздравительной речью.

Последний разговор с Купцовым-старшим до сих пор стоял у Дина в ушах, и теперь, слушая речь Горбачева, он все время пытался определить для себя, что могло быть правдой и неправдой в оценках Петра Сергеевича. Однако, как он ни старался, никаких негативных моментов в поведении и словах говорившего он так и не обнаружил. Горбачев все говорил по делу: что молодежь – это будущее планеты, что людям надо жить в мире и делать все от них зависящее, чтобы не разжигать пожара ядерной войны, которая может стать последней войной в истории человечества.

«Фестивали – это не только праздник, – вещал генеральный секретарь. – Проблемы жизни затрагивают и волнуют молодежь не менее остро, чем старшие поколения. Со всем жаром юности она встает на бой за социальную справедливость и подлинную свободу, за то, чтобы блага земли, блага цивилизации были доступны всем, чтобы исчезли из жизни человека и человечества насилие и расизм, неравноправие и угнетение, милитаризм и агрессия».

Все 100 тысяч человек, собравшихся на стадионе, и миллионы других людей, кто слушал эту речь по трансляции, готовы были лично подписаться под этими словами. И никто из них тогда даже не мог себе вообразить, что все происходящее – всего лишь ловко разыгранный спектакль. Что на самом деле Горбачев в те минуты думал и мечтал совсем о другом. Не о социальной справедливости ему грезилось и не о подлинной свободе, когда блага земли, блага цивилизации доступны всем. Он мечтал… о гибели коммунизма. Спустя 14 лет после молодежного фестиваля, в 1999 году, выступая на семинаре Американского университета в Турции, Горбачев расскажет следующее:

«Целью всей моей жизни было уничтожение коммунизма… Именно для достижения этой цели я использовал свое положение в партии и стране. Когда я лично познакомился с Западом, я понял, что не могу отступать от поставленной цели. А для ее достижения я должен был заменить все руководство КПСС и СССР, а также руководство во всех коммунистических странах. Моим идеалом в то время был путь социал-демократических стран. Плановая экономика не позволяла реализовать потенциал, которым обладали народы социалистического лагеря… Мне удалось найти сподвижников в реализации этих целей. Среди них особое место занимают Александр Яковлев и Эдуард Шеварднадзе, заслуги которых в нашем общем деле просто неоценимы…»

На открытии фестиваля рядом с Дином был его болгарский приятель Бисер Киров, которому он тогда подарил белоснежную ковбойскую шляпу «стэтсон», а также чернокожая коммунистка Анджела Дэвис, с которой Дин был знаком больше десяти лет и которой в 1972 году он посвятил проникновенные стихи.

Фестиваль продлился до 3 августа и включал в себя множество мероприятий, посвященных разным юбилейным датам: 40-летию Победы, 40-летию атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, 10-летию со дня подписания Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе и т. д. Всего в рамках фестиваля действовало 15 тематических центров, где прошло в общей сложности 58 антивоенных митингов и митингов солидарности. Дин участвовал в некоторых из этих мероприятий, но большую часть времени провел на концертных площадках. Так, 30 июля он выступил в Зеленом театре Парка культуры и отдыха имени Горького на митинге «Молодежь и студенты за антиимпериалистическую солидарность» (исполнил песню итальянских партизан «Белла, чао»), 1 августа принял участие в сборном концерте в ГЦКЗ «Россия» под названием «Хельсинки-75», а на следующий день – в конкурсе политической песни в спортзале «Дружба».