Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

исключал подобного развития событий. Болен, не болен — на небесах разберутся! Очень часто человеческая раса поступала именно так.

Солдаты, удовлетворившись их поведением, опустили луки и стали переговариваться между собой, бросая временами в их сторону ленивые взгляды. Один из них кивнул подбородком в их направлении, и что-то сказал, его сослуживцы засмеялись, глядя на них.

Никитин снял с плеч рюкзак, что бы использовать его в качестве щита для Тифы, на нём самом под курткой был уже ставший привычным бронежилет, и стал ждать начальство. Начальство пожаловало спустя полчаса. Толстый человек с помощью солдат влез на настил за частоколом и сразу начал задавать вопросы.

Никитин подробно отвечал на них, что они не больны, пятен у них на лице и теле нет, что он сам из Шестиградья и идут они дальше в Ка-Ато. Вкратце рассказал о том, что они видели по дороге. Добавил он и то, что разговаривал с братом Балогом и тот благословил его в дорогу.

— Ладно, значит так! — в конце концов, изрёк сотник — Вон там дома, можете занимать любой из них. Утром решим, что с вами делать, да и целитель будет здесь только завтра, он и примет окончательное решение, куда мне вас девать. Если решит, что вы заразны, то не обижайтесь ребята, здесь вы и останетесь. На тот берег только здоровые могут перейти. Понятно?

— Понятно. А скажите уважаемый в этих домах уже жили больные люди?

— Да жили. — после недолгого молчания, ответил тот — Недели две назад здесь было много таких и домов больше было. Никто не выжил, трупы мы сожгли вместе с домами — он кивнул головой на длинную череду больших черных проплешину около леса.

Тифа испуганно ойкнула у него за плечами. Никитин на мгновение задумался — ночевать в домах, где жили инфицированные люди, ему не хотелось.

— Скажите уважаемый а мы можем купить у вас палатку, с несколькими одеялами да и продовольствие нам не тоже помешает, а то в пути нам пришлось питаться всяким… — Никитин развел руками.

— Палатку, одеял ему, продовольствия… — проворчал офицер и оценивающее поглядел на него — А, сколько дашь денег?

— Ну, десять золотых дам.

— Десять мало, пятнадцать не меньше! — сразу стал азартно торговаться толстый. — А какие у тебя монеты, не «пауки» случаем?

— Нет «домики».

«Домиками» назывались монеты, которые чеканились в городах Шестиградья, на них часто изображали дома на холме за что их и прозвали «домиками».

— Ладно давай пятнадцать монет и палатка с одеялами твоя, ну и припасов вам ещё подкину. Договорились?

— Договорились!

— Вот и хорошо. Эй, Пруст! — громко заорал он обернувшись к другому берегу. — Иди сюда бездельник!

По мосту гулко загрохотали сапоги и вскоре вызванный солдат замер около офицера.

— Беги к Кату и возьми у него мешок с палаткой и пусть добавит к ним четыре одеяла, потом к повару, что бы набрал немного еды для этих, но хорошей. Понял?

— Понял.

— Тогда бегом, олух!

Солдатские сапоги вновь гулко застучали по мосту, но уже в обратном направлении.

— Эй ты, иди сюда, — офицер поманил Никитина пальцем — я хочу взглянуть на твои деньги.

Никитин подошёл к частоколу поближе, солдаты уже не смотрели на него так враждебно, их луки были повешены на спины, большинство лучников уже сошли с помоста вниз, рядом с офицером осталось только двое из них.

Один протянул в его сторону деревянную рогульку с закреплённой на ней глиняной миской.

— Давай, клади свои деньги сюда — сказал он.

Никитин послушно отсчитал деньги, стараясь особо не демонстрировать, сколько их у них и положил их в миску. Солдат втянул миску на помост, другой сноровисто сбрызнул на монеты жидкостью из кувшина. Ветер донёс до Сергея резкий запах уксуса.

Подождав некоторое время, офицер вытащил из уксуса деньги, тщательно осмотрел их, довольно кивнул головой, протёр их тряпицей и убрал монеты в небольшой мешок, который висел у него на шее.

Вскоре по мосту вновь затопали сапоги и солдат обвешанный одеялами и мешками, быстро взбежал на помост.

— Давай сбрасывай это, вниз — приказал ему офицер.

Тот быстро выполнил распоряжение начальства, Никитин торопливо хватал падающие вещи, последним ему скинули мешок с припасами.

— Ну, всё на сегодня. Ты парень ставь здесь где-нибудь палатку и жди целителя, а там посмотрим, что с вами делать — офицер с трудом подавил зевок и поддерживаемый солдатами слез с помоста.

Тифа быстро отыскала небольшой холмик, где они и установили палатку. Палатка оказалось маленькой и низкой, на два-три человека, низ и верх палатки был из выделанной кожи. Эта кожа вполне могла их защитить в случае дождя.

Никитину пришлось идти в лес и нарубить для палатки колышки и подпорки, наконец, они уже в темноте натянули палатку и, закинув в неё одеяла, быстро провалились в сон, едва успев снять обувь. Этот день так сильно вымотал их обоих, что даже любвеобильная Тифа не стала к нему в этот день приставать.

Утро встретило их частым стуком дождя по кожаной крыше. В первое мгновение ему показалось, что он вновь в деревне, а рядом с ним лежит Низа, но следующее мгновение всё расставило по местам. Эта была другая планета и женщина, лежащая рядом с ним тоже была другая. Землянин вздохнул.

— М-нда что-то я начал немного врастать в этот мир. — подумал он, разглядывая низкий верх палатки — Раньше мне снились знакомые московские виды, цивилизация, лица знакомых и родных. А теперь я уже потихоньку воспринимаю эту реальность, так как будто я здесь родился и вырос. Или это не моя память, а шалит память мальчика Илио.

Рядом сонно, забормотала Тифа, Никитин обхватил её рукой и прижал к себе, женщина замолчала и вновь заснула. Дождь, тем временем усилился, капли сильнее и громче застучали по крыше палатки.

Сергей провел пальцем по шву соединявший шкуры верха палатки, но палец остался сухим, палатки, для вояк, судя по всему, делали на совесть, место прошивки было тщательно проклеено, так что вода не проникала сквозь стыки шкур.

Вдалеке раздалась сонная перекличка часовых, потом всё вновь затихло и вновь, в мире не было ничего кроме мерно падающих капель дождя. Под их монотонный стук он снова задремал.

После полудня дождь окончился и, вскоре до него донесся, чей-то хриплый голос на все лады проклинавший погоду. Никитин откинул полог палатки и огляделся, в их сторону со стороны частокола направлялся средних лет мужчина с котомкой за спиной.

Никитин изумлённо присвистнул, шедший в их сторону был тщательно выбрит! Сергей