Дороги в неизвестность - Марик Лернер

— Кроме Марии.

— А! — согласно кивнул Дов. — Ты тоже об этом подумал. Вариант два. Что мы на самом деле знаем о ее возможностях? Только то, что они рассказали добровольно. Может, ей внушить патрульному видение мужика вместо бабы легко и просто? Графика работы у Марии нет, вечно где-то пропадает. Считается, что с собаками общается, но никто, кроме них, этого не видел, а тут они вполне могут тереть какие-то свои вопросы, нас не касающиеся. Про лес — это как раз понятно. С самого начала Ярослава рыси сильно интересовали, только там с ними и можно встретиться. Значит что? Придется осторожно поспрашивать у егерей и у собак. Это даже интересно. Загадка Бермудского треугольника. Извини, — усмехнулся он, — я ведь забыл, тебе что Бермуды с исчезающими кораблями, что Сейшелы с исчезающими в офшорах деньгами неизвестны. А для твоих детей и Земля будет пустой звук, — грустно добавил он. — Так я пойду интересный кроссворд про вторую подозрительную личность разгадывать, — поднимаясь со стула, сказал он и, не дожидаясь разрешения, вышел за дверь.

— Ничего не знаю, — ответил мне часовой на воротах на просьбу пропустить. Пожилой дядечка с изрядным пивным брюхом. Очередной призванный резервист, заменяющий молодых, пока они бегают по горам, отлавливая подозрительных орков. — Тебя в первый раз вижу, пропуска не имеешь. Иди отсюда, пока стрелять не начал.

За спиной у него возвышались стройными рядами клонированные кирпичные здания, ничем, кроме номеров на дверях, не отличающиеся, в одном из которых положено было мне проживать. Хорошее место, особенно после двух с лишним десятидневок похода, практически не слезая с лошади и очень редко нормально отдыхая. На обратной дороге я даже домой не заехал — и времени нет, и лишний раз с Дашкой опасно встречаться. Пусть сначала остынет.

Внутри такого стандартного дома в любую жару прохладно, есть душ и всякие мелкие удобства. Это вам не российские казармы, здесь на военной базе в комнате максимум по четверо живут даже обычные солдаты. Сержанты в гордом одиночестве, а офицеры, начиная с обычного лейтенанта, даже отдельный коттедж имеют, где семья проживает со всеми удобствами.

— Позови разводящего, — устало повторил я. — Или позвони по телефону начальству. Оно мне надо — лезть на вашу базу с преступными намерениями через проходную, когда через сто метров колючая проволока давно кем-то из ваших перерезана, и прекрасно можно через забор перелезть? Знал бы про подобную бдительность, просто обошел бы твой пост стороной.

— Отойди! Здесь находиться запрещено! — нервно воскликнул часовой, стаскивая с плеча автомат с явным намерением ухватиться за затвор.

Я плюнул, постаравшись попасть рядом с ботинком, но не на него. Еще не хватает, чтобы он действительно стрельбу открыл. Попасть в меня у него все равно не получится, но не убивать же идиота, выучившего устав и не имеющего мозгов. Теперь придется тащить на себе все вещи в город, а коня взять было нельзя. Непременно спросят, где достал, тем более порода не местная. Надеюсь, места в гостинице «Потерянное колено» на меня хватит. А засиживаться я все равно не собираюсь. Весна уже давно пришла, перевалы должны открыться, подзадержался я. Десятидневка-другая, и будем уходить домой всей компанией.

Дел еще куча. Закончить с собаками, желательно не сталкивая между собой разные племена. Клыкастая сама по себе, племя Пятнистых само по себе. Надо показать, как делать «Ошейники», и непременно долю дополнительную обговорить окончательно. Пока у меня только предварительное согласие имеется. Массу всего можно попытаться из глотки настолько заинтересованных выдрать. Лошадей и ослов под груз необходимо достать. Потом интересный вопрос — собираются ли нам сопровождение дать. Можно не переться через всю котловину и дальше, а отправиться всей командой домой от ямы. Или не стоит рисковать? На перевале проверят, кто прошел. Лишние недоуменные вопросы возникнут. А если нам по доброте душевной каких послов дадут, так точно придется обойтись без переходов и ехать по старому маршруту.

Надо наконец с Довом серьезно поговорить. На реке водопады. А нельзя ли проехать на этих странных амфибийных уродцах, что Старейшина на обмен предлагал? Он-то говорит — можно, но неплохо бы проконсультироваться у знатока. LARC-5 (Lighter, Amphibious Resupply, Cargo, 5 ton). Легкий, амфибийный, грузовой, пятитонник. Способен вылезти на берег, если не круто в горку, и ехать по земле. Четыре штуки как раз под нас. Коней, на которых приехали, придется оставить, зато с комфортом домой отправимся. Да и потом пригодятся. Баржи еще когда придут, а по реке грузы возить проще.

Следака надо навестить, а то сколько времени прошло, даже и не вспоминал. Что там с моими бойцами — надо выяснить. А то последнее, что слышал, отправили их в общем строю орков гонять. Может, оно и к лучшему, реальный боевой опыт в составе подразделения получат, но если уходить, так надо озаботиться возвращением всех. На это тоже время нужно. Проверить, нет ли кандидатов среди псов, желающих в Клан вступить. Габи зря не скажет, должны появиться.

И пару самолетов надо доделать, Тед предварительную работу без меня вполне способен сам закончить, но знать про капсулы с куском Летчика и взрывчаткой ему рано. Доводить до ума придется самому. Со складов все закупленное забрать и насчет каравана напомнить полковнику. Не забыть у эльфов всю эту необходимую Летчику трихомудию проверить. Чтоб я еще знал, как это называется. Основное требование одно — объектив с микрофоном размером поменьше, качеством получше, стоимость роли не играет. Нашей доблестной разведке за ее своевременное предупреждение о нападении ничего не жалко. Хорошо бы смотрелось, если бы мы вернулись, а дома одни развалины, и крысы бродят.

За поворотом показалась знакомая вывеска, и прямо у входа в дом торчали двое, что-то мирно обсуждая между собой. Один — старый знакомый орк, совмещающий должность вышибалы с прочими необходимыми услугами, вроде выноса через задний вход бутылки, крайне необходимой для постояльца, не запасшегося заранее.

Второй уставился на меня и, расплывшись в радостной улыбке, быстрым шагом двинулся навстречу. Он дружески облапил меня железными руками. С чего это люди говорят про медвежьи объятия? У приматов вроде Следака вполне хватит сил переломить любого пополам от полноты чувств. Я совсем не пушинка, да еще нагружен мешком с вещами и оружием, но был небрежно оторван от земли и притиснут к могучей груди.

Он слегка похудел, но выглядел и пах вполне как здоровый. Легко такие ранения не проходят, раз Следак так себя ведет, значит, к лечению приложила руку Черепаха или еще кто с возможностями не меньше.