An ordinary sex life (OSL) - Астердис

На самом деле Мун тоже не стеснялась этого. В начале ночи я шутил об агрессивной нимфоманке, которая пыталась оседлать меня перед моей девушкой, и в какой-то момент я почувствовал язык стройной корейской малышки у себя в горле, а ее длинная нога обернулась вокруг моего бедра.

Рания и Талита тоже поучаствовали. Я забурился лицом глубоко в декольте, когда Талита прижала мою голову к своей груди на весь куплет песни, а затем ее пухлая задница прижалась к моей выпуклости, когда она повернулась и подтолкнула ее ко мне.

Затем я провел целую песню практически один на один с Ранией, загипнотизированный ее сияющим великолепным лицом, когда мы смотрели друг на друга и покачивались. Её руки лежали на моих плечах, а мои — на ее бедрах, в то время как почти электрическая энергия искрила между нашими тела.

Было легко распознать сексуальную привлекательность Адриенны, Мун и Талиты. Тело Адриенны представляло собой чистую концепцию секса, воплощённую в физическую форму, и сладострастные изгибы Талиты недалеко ушли. Мун была воплощением модной сексуально-худенькой модели, немного выше Адриенны, с тонкой фигурой, которая больше подходила одержимым пришельцами из научной фантастики, чем людям. Но тело Рании, если честно, было вроде как… нормальным.

Несмотря на приличный рост, она была не очень высокой. У нее были красивые ноги и она была в хорошей форме, но ее бедра и бюст были скромными, не слишком пышными, как у большинства моделей нижнего белья, и не слишком худыми, как у моделей высокой моды. Что выделяло Ранию, так это ее поразительно красивое лицо с сильными скулами, большими выразительными глазами и экзотическими чертами ее арабского происхождения, которые, тем не менее, не делали ее этническую принадлежность очевидной. У нее было лицо, которое продавало косметику, заставляя женщин всех рас хотеть выглядеть так же, как она, и это лицо, в котором я потерялся на некоторое время.

Когда закончилась следующая песня, я обнаружил, что моргаю, выходя из транса. На лице Рании была застенчивая улыбка, довольная той связью, которую мы установили за такое короткое время, и она быстро подошла, чтобы нежно прижаться своими губами к моим. Но сразу после этого она почти застенчиво отвернулась, обмахивая себя правой рукой и бормоча что-то о том, что ей нужно выпить.

Я подумал о собственном напитке, оставленном на барной стойке у танцпола. Я вспомнил, как мы с Адриенной пили по глотку между песнями, и это заставило меня задуматься, куда сейчас подевалась Адриенна. Ее не было на танцполе рядом со мной, но началась следующая песня, и одна из подруг-моделей девушек подошла ближе, чтобы удариться бедрами о мои, одновременно улыбаясь мне «иди сюда».

Так что я начал танцевать с ней, будучи уверенным, что Адриенна прекрасно справляется сама, болтая с друзьями или флиртуя с кем-нибудь. У меня не было предупреждающих колокольчиков в затылке или чего-то подобного, и моя уверенность была вознаграждена минутой спустя, когда она резко вернулась на танцпол, выглядя энергичной и искрящейся. Она хотела танцевать со мной, поэтому я извинился перед своей нынешней партнершей и подошел к своей девушке с распростертыми объятиями. Она подарила мне свой ядерный поцелуй, подошла ближе, чтобы прошептать о том, насколько она возбуждена, и подчеркнула свои слова, прижав свою промежность к моей выпуклости.

Я приподнял бровь, глядя на нее. «Хочешь уйти отсюда?»

Сложив наши лбы вместе, Адриенна застонала от явного возбуждения, но вздохнула и покачала головой. «Еще нет. Мне все еще здесь весело, а тебе?»

Я усмехнулся и потянул ее за задницу, чтобы снова прижаться к ее промежности. «Конечно, пока я с тобой».

***

В соответствии с законодательством штата Нью-Йорк, хотя пассажиры такси не обязаны использовать ремни безопасности, количество пассажиров в такси не может превышать количество ремней безопасности в транспортном средстве. Теоретически Адриенна, Мун, Рания, Талита и я должны были либо сесть в два такси, либо подождать, пока втиснутся минивэн или «Краун Вик». Но Ford Escape Hybrid подъехал к обочине, и водитель не собирался отказываться от декольте Адриенны, когда она просто забралась мне на колени на переднем сиденье.

Менее чем через пять минут четыре очень хихикающие, очень пьяные девушки провели меня в очень красивый многоквартирный дом в Вест-Виллидж, мимо швейцара в форме и двух охранников у стойки и у лифта. Я не заметил, на каком этаже мы вышли или даже в какую квартиру мы вошли, потому что я был озабочен тем, что Адриенна засунула свой язык мне в горло. Но как только мы оказались внутри, Адриенна оставила меня, чтобы пройтись по угловому блоку с тремя спальнями, осматривая место по кругу на 360 градусов, прежде чем просунуть голову в комнату и, вернувшись, воскликнуть: «Вы, ребята, ничего не изменили! Рания, я думала, ты или Талита собирались переехать в мою комнату!»

Заговорила Рания, кладя сумочку и ключи на стойку, отделявшую кухню от главной комнаты. «Ну, для начала, Мун настаивала, что ты вернешься рано или поздно».

Мы все посмотрели на Мун, которая без слов пожала плечами.

«И кроме того», — продолжила Рания, — «мы с Талитой не хотели утруждать себя перемещением наших вещей».

«Но твоя комната такая тесная для двоих», — возразила Адриенна. «По крайней мере, одна из вас могла бы переехать, если не обе».

«Нам удобно, и кроме того…» — голос Талиты дрогнул, когда она бросила на Ранию обеспокоенный взгляд.

Рания объяснила: «Кроме того, ваш старый договор аренды почти истек, и мы уже решили его расторгнуть».

Адриенна нахмурилась. «Чего?»

Мун вздохнула. «Посмотрим правде в глаза: это элитное здание, и аренда здесь стоит целое состояние. Мы были счастливы переехать к вам после того, как все случилось с Кэролайн, но ты знаешь, что платила гораздо больше, чем равную долю; ты могла себе это позволить. Но без твоего дохода мы не можем себе этого позволить».

«Но я заплатила свою долю до конца срока аренды, и разве вы все равно не найдете четвертого соседа?»

«Не такого успешного четвертого соседа,