Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

слева был пруд, справа непроходимые джунгли; похоже, выхода не было. Все еще пытаясь решить дело миром, Брэдли выступил вперед, поднял руку и произнес на языке Ама: «Мы друзья. Позвольте нам уйти с миром. Мы не собираемся причинять вам вреда».

Услышав его слова, дикари принялись хохотать и отчаянно жестикулировать. Потом вперед выступил один из них, очевидно, предводитель, и важно заявил:

— Конечно, вы не причините нам никакого вреда, потому что мы вас сейчас убьем.

И с криками: «Смерть им! Убить их, убить!» они ринулись на отряд Брэдли.

— Синклер, ты можешь один раз выстрелить, — обратился Брэдли к своему товарищу. — Постарайся попасть в переднего. Не трать зря патроны.

Англичанин прицелился и выстрелил прямо в грудь ближайшему из нападавших. Сзади него, почти вплотную, находился еще один воин. Оба покатились на землю, пораженные одной пулей. Эффект был поразительным. Нападавшие развернулись и бросились наутек в лес. С шумом они продирались сквозь заросли, стремясь как можно дальше удрать от обладателей поражающих громом палок.

Оба дикаря были мертвы, когда Брэдли подошел к ним. Все остальные тоже столпились вокруг, не подозревая, что на них с не меньшим интересом устремлен взгляд чьих-то глаз — больших и круглых, без всякого выражения, если не считать жестокости, таившейся под светло-серыми веками.

Не предполагая, что за ними следят, участники экспедиции решили расположиться на привал в удобном для этого месте. Время приближалось к вечеру. Из-под нависавшей скалы выбивался холодный и чистый ключ. По команде Брэдли все занялись делом: кто собирал дрова, кто разводил костер, кто готовил ужин. Внимание Брэдли привлекло хлопанье чьих-то крыльев прямо над головой. Он взглянул вверх, полагая увидеть одного из летающих ящеров. По натуре Брэдли был далеко не трусливым человеком, но тут побелел и отшатнулся.

— Боже! Что это? — завопил он.

Заслышав его крик, все схватились за ружья и посмотрели вверх. Представшее их глазам зрелище заставило всех замереть на месте от изумления и ужаса.

— Помоги мне, святая дева, если это не баньши, — только и смог прошептать дрожащими губами Брейди.

Брэдли же, всегда сохранявший хладнокровие перед лицом опасности, испытывал странное, пронизывающее все тело ощущение, пока пролетающее над ними в сотне футов существо, разглядывавшее их маленький отряд своими круглыми глазами, не скрылось за верхушками деревьев. И все это время люди стояли как парализованные, провожая взглядом неведомое чудовище и начисто позабыв о своих винтовках.

После этого наступила реакция. Типпет повалился на землю, обхватил лицо руками и нечленораздельно взмолился:

— Господи, забери меня отсюда, из этой проклятой страны!

Брейди, очнувшись от оцепенения, принялся виртуозно материться, призывая всех святых подтвердить, что пролетевшее над ними существо было не более чем «аллигатор с крыльями»

— Ну, конечно, — заметил с сарказмом Синклер, — аллигатор, одетый в белый саван.

— Заткнись, дурак! — зарычал Брейди.

— Если ты такой умный, то объясни, что это было?

— Как вы думаете, сэр, — повернулся он к Брэдли, — что это было?

— Не знаю, — покачал головой Брэдли.

Похоже на человека с крыльями, облаченного в белое одеяние. Лицо его вполне человеческое. Но что это было на самом деле, я не могу сказать. Ничего подобного ни мне, ни вам никогда видеть не доводилось. Я уверен только в одном — это не дух, не ангел и не баньши, а скорее всего, один из населяющих эту страну видов, которые в наших краях не встречаются.

Типпет оторвал голову от земли. Его лицо было пепельного цвета.

— Не надо мне пудрить мозги! — закричал он. — Меня чем-то ударило! Меня чем-то стукнуло, черт подери! Это был летающий мертвец! Вы что, не видели, какие у него глаза? О, Боже, неужели не видели?

— Это не был ни зверь, ни ящер, — отозвался Синклер. — Он смотрел прямо на меня, когда я поднял глаза. У него был холодный мертвый взгляд, запавшие щеки и изо рта торчали желтые клыки. И он в самом деле был похож на мертвеца.

— Да, — заговорил Джеймс, не проронивший до сих пор ни слова и сейчас заговоривший отрывисто, с большими паузами между каждым словом: — Да… давно… мертвый… Это… что-то… значит… Он… за кем-то… прилетал. За… одним… из нас. Кто-то… из нас… скоро… умрет. И это буду я! Неожиданно взвизгнул он.

— Ладно, ладно, — оборвал его Брэдли. — Кончай валять дурака! Кончай, я сказал! И за работу. У нас мало времени!

Авторитетный тон Брэдли отрезвил присутствующих, и вскоре все, молча, занялись своим делом. Ни шуток, ни подначек, обычных в любое другое время, не было слышно. И до самого ужина, после которого каждый получил свой дневной рацион табаку, никто так и не расслабился. Первым это сделал Брейди, который сначала принялся насвистывать, а потом петь «Долог путь до Типперери», но только на третьем куплете к нему присоединились все остальные.

В центре лагеря горел большой костер, чтобы отпугивать крупных хищников, и кто-нибудь был постоянно на посту, зорко вглядываясь и вслушиваясь в темноту. То тут, то там по сторонам костра появлялись и исчезали пары желтых огоньков и слышались голоса непрекращающегося хора, состоящего из рычания, рева, воплей и ворчания многочисленных плотоядных, привлеченных запахом дыма и светом костра. Но все это стало давно привычным для пятерых человек, собравшихся у огня. Они пели и болтали с тем же безразличием к окружающему, как в каком-нибудь баре у себя дома. Вахту нес Синклер. Остальные слушали рассказ Брейди о дорожном заторе на одном из чикагских мостов. Сучья в костре весело потрескивали. Вокруг были слышны самые разнообразные голоса обманутых в своих надеждах обладателей желтых глаз. Все выглядело как всегда. И вдруг все пятеро застыли на месте, словно их коснулась холодная рука смерти.

Над чернеющими зарослями послышалось хлопанье крыльев и прямо над костром промелькнул чей-то смутный силуэт. Синклер вскинул свое ружье и выстрелил. Нечеловеческий вопль донесся сверху, и