"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

Я врубаю передачу и направляюсь вверх по пандусу к одному из ремонтных постов в задней части отеля. Открыв ворота и убедившись, что путь свободен, я выжимаю сцепление. Заднее колесо визжит и дымится, и я стартую в темноту.

Моим глазам требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к ночному освещению. Я выжимаю газ, и мотоцикл мчится по разбитым улицам города, подпрыгивая и высоко взлетая над внезапными обрывами, с заносом проходя повороты. К тому времени, когда зрение адаптируется, Пандемониум превращается в супермагистраль света, цветных полос, зажатых между кровавыми испарениями провалов и синюшным адовским небом. Я вклиниваюсь и обгоняю. Объезжаю военный транспорт и пешеходов. Вылетаю на тротуар, а в тех нескольких местах, где работающие светофоры, проезжаю на каждый красный, который только могу найти. Я угроза. Я монстр. Я чмошник, и мне всё равно, кто об этом узнает. Я в движении, и впервые за долгое время всё идеально. Ад может поцеловать меня в зад.

Я прячу адовский супербайк под рухнувшей крышей заброшенного гаража. На выходе разравниваю пыль, чтобы скрыть следы, и швыряю внутрь несколько шлакоблоков, чтобы придать зданию дополнительный вот-вот-совсем-рухну вид.

Я нахожу Дикого Билла курящим возле «Бамбукового дома кукол». Когда я подхожу, он качает головой.

— Забегай, лягушонок. Видишь эту метку на моей рубашке?

Он демонстрирует мне рукав с кроваво-красным символом Люцифера и выпускает синий сигарный дым.

— Я куплен и оплачен самим мистером Скрэтчем, а он не ценит грубо обращающихся с его товаром дурачков. Это снижает стоимость при перепродаже.

— Вот что ты всем говоришь? Что принадлежишь мне? Полагаю, технически это правда, учитывая, как здесь внизу всё устроено. Я просто никогда не думал об этом в таком ключе.

Билл наклоняется вперёд и прищуривается. Качает головой и сплёвывает.

— Богом клянусь, малыш. Предупреждай старика, когда собираешься ошиваться поблизости в образе чёртова хобгоблина. Я был в пяти секундах от того, чтобы татуировать тебе голову лопатой, которую держу здесь именно с этой целью.

Он говорит правду. Из наполовину вырытой ямы рядом со зданием торчит крепкая старая лопата. Готов спорить на наличные, эта яма никогда не станет ни глубже, ни более наполненной.

— В следующий раз у меня на лацкане будет розочка, чтобы ты знал, что это я. Я не мог вынести ещё одного вечера взаперти в Горменгасте[789], и решил зайти выпить. Может, позволить кому-нибудь затеять драку. Это один из тех вечеров, когда мне хочется ломать предметы, особенно кости. Тебе знакомо это чувство?

Билл смотрит на меня и бросает окурок сигары.

— Мне это знакомо, но ты не станешь затевать никаких драк в моём заведении. Я не хочу, чтобы о нём пошла слава как о месте, где ублюдки могут расплачиваться за выпивку каблуками своих ботинок. Кроме того, внутри несколько ведьм и других магических типов из твоего дворца. Не знаю, могут ли они видеть сквозь твою хэллоуинскую маску, но, мне кажется, глупо рисковать.

Я пытаюсь придумать хороший аргумент, но ничего не приходит на ум.

— Паршиво. Мне действительно хочется выпить.

Билл пожимает плечами.

— Кстати, о выпивке: ты получил тот пустячок, что я тебе послал? Это бутылочка местного пойла, которое, как я обнаружил, не так уж и плохо по меркам Бездны. На вкус немного напоминает бурбон и скипидар. Там ещё внутри записка.

— Я несколько недель ничего не получал от тебя.

Билл медленно кивает.

— Возможно, ты захочешь поговорить со своими дворецкими, или какие там у тебя есть лакеи. Похоже, кто-то подворовывает из твоего винного шкафа.

Я приближаюсь на расстояние шёпота.

— Насколько легко будет тому, кто украл бутылку, найти записку?

Он пренебрежительно машет рукой.

— Она запечатана под этикеткой. Нужно поискать, чтобы найти, так что я бы не волновался. И все будущие бутылки, которые я стану посылать тебе, будут с бормотухой. В мои обязанности не входит поить твой демонический персонал.

Ещё одно, о чём стоит беспокоиться. Ещё одна причина сильно навешать кому-то.

— Я пройдусь по кабинетам персонала с адскими гончими и огнемётом. Держу пари, бутылка сразу вернётся. Чёрт, может ещё и Святой Грааль с костями Амелии Эрхарт[790].

Билл глядит поверх моего плеча, закуривая очередную сигару. Я полуоборачиваюсь и вижу уставившихся на нас легионеров. Я выбиваю сигару у него изо рта, хватаю его и с силой толкаю за угол здания.

— Пошевеливайся, дритт!

Когда мы оказываемся в темноте, я отпускаю Билла. Он пихает меня свободной рукой, другую сжимает в кулак и кричит:

— Что за игру ты затеял, парень?

— За нами наблюдали. Адовцы и проклятые души не разговаривают публично по душам.

Он опускает руку и трет место, которую я схватил, больше от раздражения, чем от боли.

— Полагаю, ты прав. И всё же, мне не нравится бесцеремонное обращение.

— Ты бы предпочёл, чтобы я толкнул тебя и остановился, или чтобы это сделал один из тех мудаков, который только пожелает?

— Полагаю, ты прав. Но это не делает меня менее раздражённым.

— Так что было в письме?

Он прислоняется спиной к бару и нащупывает ещё одну сигару. Вытащив её, он закуривает и оглядывается на ту, что я сбил на землю. Проклятым нелегко достать сигары и сигареты. Отправлю ему утром коробку.

— Немного. Тебя всегда заботило, как к тебе относится местное население. Из того, что я видел, чернь отлично воспринимает тебя как великого благородного магистра адских копыт. Хотя твоё бурное прошлое Сэндмена Слима оставило большое впечатление. Тебе приписывают каждое жестокое убийство и проломленный череп в городе, которых предостаточно.

— Повезло мне. Большинство людей не ненавидят и на одну жизнь. Меня ненавидят на две. Если я устроюсь на полставки контролёром на парковку, наверное, наберётся на три.

Я нахожу в кармане зажигалку Мейсона, но курить нечего.

— У тебя есть сигареты? Я забыл свои дома.

Дом. Плохая привычка. Перестань думать в таком ключе.

— Прости. Моё последнее курево полетело коту под хвост, когда ты выбил его у меня изо рта.

— Лжец.

Он ухмыляется и достаёт пачку из другого кармана. Билл достаточно бывал в салунах, чтобы знать, что своевременная сигарета может утихомирить спор быстрее топорища.

— В записке было что-то ещё?

Биллу требуется какое-то время, чтобы выстучать для меня «Проклятие». Сперва я подумал, что человек, десятками лет привыкший самому скручивать себе курево, так справляется с готовыми сигаретами. Затем до меня доходит, что он тянет время.

— Нет. Вряд ли там было что-то ещё, имеющее значение.

Я проверяю оба конца переулка на движение. Ничего.

Снова секреты. Как раз то, что мне нужно. Он меняет сторону? Билл не самый счастливый владелец салуна во Вселенной. Терпеть приказы и оскорбления от пьяных адовцев — это не то, для чего он создан. Возможно, кто-то сделал ему лучшее предложение. Есть в этом грёбаном городе хоть одно место, где мне не нужно оглядываться через плечо? Мне что теперь, напичкать гляделками «Бамбуковый дом»?

Я поворачиваюсь и направляюсь прочь.

— Мне не следовало отрывать тебя от твоего бара, Билл. Спасибо за информацию.

— Куда направляешься?

— Подумываю о том, чтобы напиться и посмотрю, может, получится затеять драку на арене. Сегодня вечером мне всё ещё хочется небольшой бойни.

— Я пойду с тобой.

Я останавливаюсь и оглядываюсь на него.

— Ты можешь это делать? Просто гулять?

Он протягивает символ Люцифера.

— Это уберегает меня от всевозможных неприятностей. Эти свиноёбы могут порезать друг друга из-за грошового пива, но они не собираются ломать игрушки Дьявола.

— Тогда идём.

— Дай мне минутку. Мне навязали в помощники недалёкого адовца. Парень был бы хорошим вором, если бы в самом деле что-то брал, а не терял. Он слишком туп, чтобы воровать, и слишком неуклюж для легионов, поэтому его сделали барменом, что, к сожалению, по моему опыту, почти одно и то же.