Фантастика 2025-46 - Маркус Кас

из бункера не вылезает, так что в парке я оказываюсь без его сопровождения.

Нападения я не ожидаю настолько, что первый удар силой пропускаю. Бьют злотворной силой хаоса так мощно, что меня отбрасывает в кусты. Я с треском сминаю ветки, падаю на землю и соображаю, что паралич не сработал.

Почему не сработал, демоны с ним. Удивляюсь я долю секунды и закрываюсь панцирем, притворяясь отрубившимся. Хаоса я потратил на тренировке немало, но и остатка хватит для защиты.

Пока я пялюсь в черное небо, раздаются осторожные шаги. Напавший приближается, уже не особо скрываясь. К следующему удару я уже готов и ощущаю огромное количество хаоса, витающего вокруг.

Слишком много. Кем бы ни был этот одержимый, его дури хватит разломить остров.

— Попался, — ехидный мужской голос звучит очень близко и в следующий момент на меня обрушивается долбанный океан хаоса.

Глава 20

Пока я вкидываю силу в панцирь и хаос давит мощным потоком, напавший подходит вплотную, но толком разглядеть его не получается. Слишком темно. Не шевелиться для меня простая задача, с таким нажимом притворяться несложно.

— Мелкое отродье, — исходит словесным ядом одержимый, склоняясь надо мной. — Постоянно болтаешься под ногами и лезешь не в свое дело!

Не самый приятный способ получить информацию. Пока меня душит хаосом, узнавать коварные планы врагов. Но этот похоже разговорчивый, так что можно немного потерпеть. Классический злодей-болтун меня не разочаровывает.

— Думаешь, пацан, что нахватался сил, подмазался к нужным людям, и теперь самый умный? — продолжает шипеть он.

Несмотря на неудобное положение, едва сдерживаю смех. Подмазался, самый умный, конечно. Как назло, в спину впивается толстый сук. Куст не очень дружелюбно сломался и теперь пытается мне отомстить, тем самым угрожая раскрыть мое истинное самочувствие.

Хмыкаю, хоть и сдавленно. Но звук замечают.

— Так ты еще не сдох? — удивляется силуэт. — Ты сильнее, чем я думал, но тебе это не поможет.

— Кто? — хриплю я, думая о затекающей ноге.

Напавший чуть отстраняется, не ожидая что я могу говорить. Хотя я и стараюсь делать это страдающим тоном. Но в ступне уже раздражающе покалывает.

— Кто я? — немного обиженно отвечает незнакомец. — Уже неважно. Я лишь выполняю задачу. Но признаюсь, делаю это с особым удовольствием.

Да на чью же больную мозоль я наступил? Чтобы настолько неистово желать меня уничтожить. Тем более, лично мы точно не знакомы. Единственное, что я понимаю — одержимый явно молод, по-крайней мере голос его указывает на то, что он студент.

Но вот какому студенту и почему дали столько силы хаоса? Какая-то полная хрень происходит с этой демонической силой и чем дальше, тем страннее.

Нога меня все же предает и я дергаюсь от резкого укола. И в следующий момент атакую, одновременно натравливая символы ифритов на давящий на меня хаос.

— Что… — успевает вскрикнуть напавший и затыкается, падая парализованным рядом, в тот же многострадальный куст.

Поднимаюсь, кряхтя и прыгая на одной ноге. Мы поменялись местами, но шибанул я его, немного не рассчитав сил. Благо идеально натренированный жрецом, эту ситуацию я тут же исправляю.

— Так, для начала, кто ты? — стараюсь спрашивать грозно, но получается устало.

Голова бурлит мыслями о том, что делать дальше. Это нападение с однозначным исходом. Меня хотели убить.

— Ты… Но я… Ты что, один из нас? — к парню возвращается голос и теперь в нем только недоумение.

— Из кого? — направляю я разговор к интересующей теме.

— Из ордена… — он резко замолкает и кажется, прикусывает язык.

Великая девятка, так тут еще и тайные организации одержимых. Парень сопит от досады, что проболтался, а я наклоняюсь к нему рассмотреть. Форма, нашивка третьего года, еле различимые черты лица, светлые волосы — ничего мне не дают.

Выпытывать у него про орден и кто ему дал «задание»? Кровожадные мыслишки опустошить неудачника хаоса я почти привычно отбрасываю. Если не бороться с этими желаниями, а принимать, откладывая, справиться получается легче.

Огненная магия ифритов накачала меня силой, восстановив исчерпанный на тренировке резерв. Можно выкачать из одержимого весь хаос, полностью обезопасив. Но я не уверен, что не прибью его во время такого эксперимента.

Зараза, сейчас делать что-то, чего я не умею наверняка, нельзя. Его нужно допросить. Тщательно и с умом. Задумчиво чешу в затылке, ища решение. Придется звать на помощь.

— Слушай, орденоносец, — вздыхаю я. — Ты сейчас можешь рассказать мне все и не мучаться. Либо я отдам тебя в руки людей, которые не станут беспокоиться о твоем здоровье и целостности.

Одержимый вдруг так яростно двигает челюстью, словно борется с острым желанием мне все рассказать. И только когда из его рта начинает литься кровь, я соображаю. Этот ненормальный откусил себе язык. И, похоже, проглотил.

— Ну ты долбанутый, — я брезгливо отхожу на шаг назад и мотаю головой.

И чуть не сообщаю ему очевидный факт. Целителям откушенный язык будет нипочем. Но раз ума у этого придурка не особо много, то лучше не давать ему повод искать новый способ заткнуться.

Завалить бы падлу и прибегнуть к помощи некроманта, чтобы одержимый проблем лишних не создавал…

И это желание отбрасываю, доставая из кармана брюк телефон. Придется немного нарушить конспирацию, иначе потеряем источник информации.

«Приезжай. Прямо сейчас» — пишу я брату лаконичное сообщение. Если эта смелая попытка была запланирована, то семья получит несколько человек для допроса. Если же все это импровизация и желание выслужиться, то тут кто успеет первым.

Ответ я получаю через несколько минут. «В пути».

Остается каким-то образом протащить обездвиженное тело через весь остров, к причалу. И там сдать его на руки Яру, дальше пусть допрашивают профессионалы.

Смотрю на крупное тело и цокаю. Даже подумываю позвать друзей на помощь. Перетаскивание тел вполне вписывается в обязательное совместное времяпрепровождение. Но слишком многое придется объяснять.

Поэтому решаюсь на небольшой эксперимент. По частичному наложению паралича. Получается не сразу и я довожу одержимого до расширяющихся от страха глаз. Но затыкаю рот и освобождаю ноги.

Что моя задумка сработала, становится понятно сразу. Этот псих тут же несется в гущу парка, шумя при этом как стадо оленей на гоне. Снова выключаю ему шустрые конечности, нахожу место падения и привожу в себя настолько, чтобы он едва передвигал ногами.

Не имея возможности орать, а точнее уже только возмущенно мычать, и почти без сил, одержимый перестает сопротивляться. Обхватываю его за плечи и мы идем в обнимку, шатаясь. Со стороны может показаться, что я веду немного охмелевшего приятеля.

Не думаю, что распорядитель этому обрадуется, встреть мы