Путь к сердцу мужчины (СИ) - Кира Муромцева

— Гош, — Нет, отступать я не была намеренна. Я не та девушка, которая пасует перед хмурым лицом своего благоверного. — А блинчики хочешь, твои любимые?

— Не хочу, — Серов сидел на диване, включив бои ММА на телевизоре. Я заглянула в экран, удивилась мускулистости мужчин и пожав плечами, вновь повернулась к Гоше. Мой все равно красивее.

— А что хочешь? Хочешь я тебе массаж сделаю? — встала за мужской спиной и ладошки на плечи положила, пальцами легонько разминая. — Можем пойти в душ. Я тебе спинку потру, — промурлыкала, склонившись, над ухом, губами задевая ушную раковину. Тот Серов, что был со мной пару дней назад сто процентов воспользовался бы предложением, а этот, чужой, только вывернулся, отстраняясь от меня.

— Гоша, что случилось? — вот теперь я была сама серьезность. Мне абсолютно не нравилось происходящее. Я, видите ли, стараюсь для него, плюнув на его абсолютно ужасное поведение, но в ответ получаю только сплошное недовольство. — И не надо мне втирать, что ты устал! Я прекрасно знаю, какой ты приходишь уставший. То, что с тобой сейчас к усталости явно не имеет отношения!

— Помолчи, пожалуйста. Без тебя голова болит, — вроде бы и сказал тихо, но столько ярости было в этом голосе, что я бы и на крик меньше отреагировала. Дернулась, как от пощечины. Если он преследовал цель меня унизить, то он ее с успехом достиг.

Выдохнула весь воздух из легких, стараясь не расплакаться и молча ушла в ванную. Включила воду в раковине, умылась ледяной водой, но всхлипы то и дело вырывались наружу. Я ничего не понимала и эта неизвестность, била по натянутым нервам.

Я сильная и уверенная в себе. Была, по крайней мере. Пока не произошел переломный момент и вся моя уверенность, при встрече с этим мужчиной, улетела в тартарары. Мозг превратился в розовый кисель, благодаря тем чувствам, что я испытываю к Гоше. Именно поэтому, вместо того, чтобы наорать на него, уйти, хлопнув дверью, я позорно сижу ванной, наматывая сопли на кулак.

— Валь, — тихий стук в дверь и виноватый голос Серова. Только мне от его жалости ни шло, ни ехало.

— Чего? — отозвалась не сильно вежливо. Надо же, даже носом не хлюпнула. Будто бы не я сейчас рыдать пыталась.

— Вкусный борщ.

— Я рада, — если Гоша думает, что если он поел, я его прощу, то глубоко заблуждается. Мне вообще осточертели эти танцы с бубном. То он ласковый и нежный, то рычит и фыркает на меня, за любую, по его мнению, оплошность.

— Валь, — снова позвал Гоша.

— Чего тебе?

— Я в туалет хочу, — вздохнула, кинула последний взгляд на свое отражение в зеркало, отмечая, что лицо почти не опухло, глаза почти не красные. Замечательно. Еще не хватало, чтобы Серов думал, что я из-за него плачу.

— Иди, — предварительно дверь открыла и пискнуть не успела, как меня схватили, мешком взвалили себе на плечо и понесли в спальню, еще и ладошкой по мягкому месту припечатав, чтобы не визжала. Я сопротивлялась. Долго и со вкусом. Сопротивлялась, когда несли, когда кубарем взвалили на кровать, когда попытались поцеловать. Ибо нечего обижать маленький и хорошеньких девушек, как я.

— Ты же устал, Гоша, — отползая от него протянула я.

— Ты же обещала массаж, Валя, — уклончиво ответил брюнет.

— А губа не лопнет? — вздернула бровь, но тут меня поймали за ногу и потянули на себя, от чего мне пришлось со всей силы дернуть ногой. В принципе, цели своей я достигла. Так дернула, что попала пяткой Серову в нос. Орган, отвечающий за обоняние, такого произвола не выдержал и с него моментально потекла кровь. Пришлось бежать за ватными дисками и устраивать танцы народов Африки, вокруг пострадавшего, чтобы остановить кровь. Главное, что меня отпустили, а какой ценой ведь неважно. Правда?!

— Да, Валя. Теперь я буду знать, что с тобой связываться опасно, — философски заметил Гоша, прижимая ватку к своему носу.

***

От нетерпения пританцовывала на месте. Хотелось поскорее выхватить ключи у Валерия Ивановича и улететь в дальние дали на вишневой копейке, которая совсем скоро будет моя.

Идея купить машину была спонтанная. Просто мне надоело таскаться на такси и общественном транспорте с Гошиной квартиры в пекарню. Эти поездки выедали из меня все нутро и сжирали все свободное время, которое я могла провести с Серовым. Поэтому, собрав все свои мизерные сбережения, ибо большинство денег уходило в расширения бизнеса и на кредит, приступила к поискам бюджетного автомобиля. По чистому совпадению Танюша обмолвился, что ее дорогой сосед — Валерий Иванович, продает свою горячо любимую ласточку, служившую ему многие годы верой и правдой.

— Мне же сын вона какого крокодила подарил, — Танин сосед головой кивнул в сторону черного бронированного джипа. Я присвистнула. Сын, видать, у Валерия Ивановича явно непростой парень с соседнего подъезда. Он бы еще отцу танк притащил. Хотела предложить, но покосившись на довольного мужчину, закручивающего свои, и без этого пышные, усы, решила идею не подавать.

— Так я могу ехать? — протянула ладошку, ожидая, когда мне вручат ключи от сего шедевра отечественного автопрома.

— Ты это, Валентина, не пори горячку, — мне пригрозили указательным пальцем, любовно погладили крыло вишневого верного друга, после чего открыли переднюю водительскую дверь, жестом предложив мне присесть.

Меня упрашивать не надо. Я села, стряхнула пыль с приборной панели, подергала рычаг переключения скоростей, покрутила руль, чем вызвала недовольное цоканье Валерия Ивановича.

— Чего ты дергаешь?! Чего ты дергаешь?! — запричитал Танюшин сосед, качая седой головой, еще и по руке меня шлепнул не больно. — Мужика так своего дергать будешь. А с моей ласточкой надо нежно! Любя!

— Поняла. Не дергаю, — тут же согласилась я и руки отдёрнула, спрятав за спиной. Если я сейчас не соглашусь — машины мне явно не видать.

— И сцепление резко не бросай! Знаю я Вас: женщин! Лишь бы что-то подергать и побросать.

— Клянусь, что ничего не люблю дергать и бросать! — руку на сердце положила, клятвенно глядя в глаза Валерию Ивановичу. Я сейчас готова была обещать голой станцевать, лишь бы меня скорее отпустили. Уже хотелось безумно прокатиться. Чтобы музыка в ушах, ветер в волосах, Гоша читающий молитву, с иконами, на переднем сидении. Я, конечно, не так плохо вожу, но практиковалась ужасно давно.

— Ладно. Поезжай! — я потянулась рукой двери и захлопнула ее, чем опять вызвала недовольство старика.

— Ты чего так хлопаешь?! Чего хлопаешь?! — Валерий Иванович стал поглаживать капот машины, пробубнив что-то про глупых баб, которым зачем-то стали выдавать права. Хотелось поспорить, и я даже готова была вступить в дискуссию,