Возвращение Завгара (СИ) - Курзанцев Александр Олегович "Горный мастер"

— Опять ты… — покачал головой недовольно великий князь.

— Жалеешь парней? Но согласись, им так всё-равно будет лучше.

Тут спорить было бессмысленно и мужчина только кивнул, угрюмо отвернувшись.

— Ну не дуйся, лапуш, — ласково произнесла великая княгиня, откладывая планшет и придвигаясь к мужу. Игриво положила ладонь сначала на его коленку, а затем, медленно начала продвигаться по бедру вверх, пока не остановилась на бугорке между ног. Принялась осторожно поглаживать.

— И когда ты думаешь этот государственный конкурс запускать? — со вздохом произнес великий князь, уступая настойчивым ласкам жены и сам, в свою очередь, запуская руки ей под халат.

— А как наш Петя прогремит во всех новостях и показательную свадьбу устроит.

— А называться как будет, придумала?

Тут княгиня замерла, обдумывая ответ, затем хрюкнула, рассмеявшись и ответила, — Мне что-то кроме — «Давай помужимся!» — больше ничего в голову не лезет.

Князь хрюкнул в ответ и кивнул, — А что, нормально и, главное, очень точно отражает суть.

Глава 13

Балуева Захария Петровна была полковницей в отставке Имперской службы безопасности. Но даже уйдя на заслуженный отдых, она не переставала с тревогой следить за тем, как её Империя медленно превращается в какой-то рассадник патриархата. И это при полном потворстве власти.

Ничем иным, живучесть мужской террористической организации два десятка лет успешно проворачивающей свои делишки на территории Империи она объяснить не могла. Без прикрытия на самом верху их бы давным давно выловили всех до единого, а тварь по кличке «Кентавр» давно бы сидела в самой дальней камере подвала в здании Управления и пела бы соловьём, после пары ударов сапогом по лицу. Магию бы даже применять не пришлось. Всего пара ударов, легких, чтобы не убить ненароком, но так чтобы в кровь. Представляя себе эту картинку женщина каждый раз жмурилась от фантомного удовольствия.

Потом, правда, когда видение отступало, чувства сменялись глухой, до зубовного скрежета, яростью и злостью. Вот только женщина не глупая сама по себе, да ещё и целый полковник, Захария Петровна прекрасно понимала, что «Кентавр» это не причина, «Кентавр» — следствие. Убрать его, достаточно быстро появится новый. Нет, разбираться надо было с причиной.

К чему может привести дальнейшее попустительство и излишняя свобода мужского пола, прекрасно видно было по заокеанским заклятым друзьям. Мало того, что они извратили само понятие демократии, включив в понятие демоса — мужчин, глупость, от которой гречанки древности уже бы волчком вертелись в гробах, если бы таковые имелись, так они ещё и, помимо избирательных прав, дали им возможность самим занимать руководящие посты.

И ладно бы это были секретари, понятно для каких дел принятые в Белый дом, но нет, в настоящий момент должность вице-президены САСШ занимал самый настоящий мужчина, который даже что-то там вякал из-за спины впадающей, похоже, в старческий маразм президены Эммы Каллис.

Представить на месте императрицы, здесь — в России, императора было почти физически больно. А уж куда могло завести страну управление в мужских руках думать и вовсе не хотелось.

Единомышленниц из таких же как она, отставниц найти оказалось делом несложным. Шесть официр, шесть ветеранов службы составили первичный костяк новой организации. И тогда, несколько лет назад ими было организовано тайное общество «МММ», образованное от трех слов являющихся теми тремя китами на которых зиждилось общество — «Мир, магия, матриархат».

Но это было официальным названием, которое должно было закрепиться в умах обывательниц, при неизбежном раскрытии их деятельности. Сами же они называли себя не иначе как «Невидимая Империя».

Главой организации — «Архимагиней» — стала сама Балуева, остальная пятерка именовалась — «Ведьмами». Именно они, в дальнейшем, организовали создание тайных ячеек организации по стране, вербуя сторонниц в основном среди бывших и действующих официр армии и спецслужб. Рядовые участницы «МММ», в целях конспирации, именовались «Фуриями».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сеть сторонников была ещё недостаточна, разве что в родном управлении ИСБ удалось перетащить на свою сторону бывших учениц, ныне занимавших серьезные руководящие кресла, и, по уму, следовало бы, продолжать тихую и незаметную инфильтрацию во все слои имперского общества, с продвижением консервативной идеологии, но появление, словно из ниоткуда Петра Иванова, оказавшегося, не много ни мало, пропавшим племянником Императрицы, заставило резко переходить к активным действиям.

У Балуевой имелась парочка хороших ушей в Академии и ей крайне не понравилось то, что она услышала об этом первом мужчине-курсате. Он не просто стал прецедентом, его появление в стенах элитного учебного заведения буквально заставило вековые устои пошатнуться. Образно говоря, скрепы начали трещать, потому что прыткого пацана невозможно было удержать в рамках традиционного поведения.

Прими он правила игры, не выделяйся так из общей массы курсат, и доучится бы ему дали, как и отслужить в войсках, как-никак, исключения только подтверждают правило, но нет, малец начал творить такое, что вся Академия буквально каждый день вставала на уши, грозя спустить в унитаз всю свою двухсотлетнюю безупречную репутацию.

А затем объявление его великим князем стало той последней былинкой что склонила чашу весов в пользу его устранения.

Всё пришлось делать, хоть и тщательно, но в условиях дикой спешки. Благо, кандидатку подобрали быстро, — одну из тех, что пострадала от рук поганца. Обработали Арину отлично, та не задумываясь выпустила три пули, последним выстрелом произведя контрольный в голову, чего не имеющему магии парню должно было хватить с гарантией. Вот только он, неожиданно, не умер. Балуева даже изначально подозревала подмену, но тщательное расследование показало, что тот действительно смог пережить даже пулю в голове, но впал в кому. В принципе, Архимагиню устраивал и такой результат, позволив вновь вернуться к первоначальному плану, но после шести месяцев овощем в отдельной палате, великий князь Пётр Алексеевич изволил очнуться и спустя жалкие пару месяцев принялся чудить ещё пуще прежнего, не просто шатая устои и разгибая скрепы, а с ухмылкой подрывая само основание матриархального общества, обещая устроить самый настоящий гарем наоборот.

Этого позволить Балуева не могла и поэтому созвала экстренное собрание всех пяти Ведьм и нескольких особо приближенных Фурий, для окончательного решения вопроса с слишком много возомнившем о себе парне.

— Он племянник императрицы, — после недолго молчания произнесла одна из Ведьм.

— В семье не без урода, — и не подумала улыбаться Архимагиня, произнося эти слова как констатацию факта, совершенно серьезно.

— Но почему его не останавливает собственная семья? Это же крах буквально всего, морали, устоев, в конце-концов извращение всего института брака.

Балуева кивнул вслед полным эмоций словам соратницы, подтвердила, — Всё так.

После недолгой паузы, добавила, — И я даже догадываюсь почему. Боюсь, кто-то заигрался с правами мужчин и прочими бреднями про равенство и сестринство. Мужчина женщине не сестра и наша задача аккуратно но твердо императрице на это указать.

— И что предлагаешь? — Спросила ещё одна ведьма.

— Надо довершить начатое. Окончательно закрыть вопрос с инициативами великого князя и с ним самим.

— Он, скорее всего, под плотным колпаком тайной канцелярии.

Архимагиня кивнула, — Не скорее всего, а так и есть. Не удивлюсь, если канцелярия всё это и начала. Поэтому подготовку начинаем уже сейчас. Мне нужно знать всё, чем сейчас живёт Пётр Романов, куда ходит, с кем встречается. Круг его бывших и нынешних контактов. Постараемся сделать всё, по возможности, тихо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А если тихо не выйдет?

— Значит, — сурово обвела Балуева взглядом находящихся перед ней женщин, — Будет громко и жестко.

* * *