Белый Всадник - Яна Завацкая

- Все в порядке, - сказал он, - цела твоя скрипочка.

- Слава Богу, - сказал Виктор, - Я так боялся... где бы я такую хорошую еще достал?

- А у тебя как дела? - спросил Дан. "Сейчас посмотрим", - ответил Виктор и стал разматывать левую руку, которую он, наподобие южноамериканских гаучо, обмотав курткой, использовал в качестве щита при ножевых ударах. Куртка была безнадежно изрезана, подклад промок от крови, а на предплечье обнаружилось несколько довольно глубоких кровоточащих царапин. "Но если учитывать, что все эти удары предназначались для попадания в сердце, кишки или печень, - подумал Виктор, - то я очень легко отделался".

- Ну что ж, пошли? - предложил Дан. - Держись-ка за меня.

- Я, пожалуй, и сам смогу, - сказал Виктор, но, поднявшись на ноги, шатнулся. Кашка подхватил его под руку.

- Ты слишком долго их держал, - сказал Дан, - Ты просто устал.

- Это, пожалуй, верно... - Виктор взялся здоровой рукой за шею Дана, и они медленно двинулись домой мимо темнеющей громады кинотеатра имени 30ти-летия ВЛКСМ.

Кашка поддерживал Виктора под левую руку, а в свободной руке нес скрипку. "А что Таня?" - спросил Виктор. "Да что она... спит." "А что мы ей скажем про мою руку? Она же заметит." "Можно сказать, что ты попал под троллейбус", - предложил Кашка. "Договорились, - согласился Виктор, - Только не подведите". Кашка почувствовал желание закрыть глаза. Кажется, он до сих пор не вполне проснулся... Или сейчас ему вновь захотелось спать? А может, все это ему только снится?

Кашка вдруг застыл на месте, широко раскрыв глаза. Его сонливость сняло как рукой. В темном ночном тумане прямо перед ним возник переливающийся огромный мыльный пузырь. Тончайшие стенки его сверкали, играя своей радужной сущностью. Этот пузырь был невероятно реальным, настоящим, хотя и таким огромным, какими никогда не бывают мыльные пузыри. Миг спустя Кашка разглядел в центре пузыря маленького добродушного белого слоника...

- Ты что это, Кашка? - спросил Дан, и от голоса его пузырь лопнул, сразу потеряв всю свою реальность и достоверность. Только темный ночной воздух - и больше ничего не было впереди. Кашка помотал головой.

- Бр-р... Так, ничего. Глюки преследуют. -- Да ладно, - сказал Дан. - Пошли дальше, не нервничай. Ты белого слона никогда не видел, что ли?

ГЛАВА 4 ЖИТЕЙСКИЕ СТРАНСТВИЯ.

Тихо было вокруг, как всегда, покойно и тихо, и низко нависало серенькое мокрое небо. Тропинка вела под уклон, к главной площади Замка - собственно, какой замок? Это просто поселок так называется, да и то, наверное, потому что обнесен стеной... Лада остановилась, и я почти уткнулась носом в ее спину.

- Смотри-ка, - сказала она, - что это с нашими мальчиками?

Я выглянула из-за плеча Лады, покрытого мокрым плащом. На площади и впрямь было несколько мальчиков (лет от двадцати до сорока), верхом на лошадях, с длинными, украшенными какой-то бахромой копьями. Мой наметанный взгляд мигом отыскал Дана на белом Асгарде, а потом и Виктора. Кашки не было, он, вероятно, по обыкновению, занимался своим ветеринарным делом где-нибудь в конюшне или коровнике... Всадники, разгоняясь попарно, метали копья в подвешенный между деревьями на приличной высоте диск.

- Это они тренируются, - пояснила Полтава, втискиваясь между нами. Собираются турнир устроить с деревенскими.

- Давайте сядем посмотрим, а? - предложила я. Мы направились к бревнышку, лежащему прямо напротив Дома Королевы, расселись на нем. Я приготовилась смотреть на всадников, и тут из дома вышла сама Королева. Она стояла у дверного косяка, как это только у нее одной получалось, просто и красиво, легкая улыбка тронула ее губы, и чудесные глаза сияли... Она тоже смотрела на всадников, и, право, это было красивое зрелище. Она смотрела и на Дана. Интересно, что должен чувствовать Дан при этом? Она смотрит на него... Конечно же, он самый сильный, самый меткий здесь, в этом-то я не сомневалась. А девчонки? О, они бы подтвердили мою мысль, ведь Дан - это Дан. Кто в этом поселке не уважает и не любит Графа? Тьфу ты, какая чушь мне лезет в голову!

Дан пока стоял в сторонке, отыграв уже свое. Я положительно не могла следить за турниром. Мне было просто хорошо. Такое у меня часто бывает в Ладиорти, в Замке. Я не могу думать ни о чем, просто пребываю в блаженстве, я - дома. Я дома, и наслаждаюсь этим. Девчонки... я думала о них с нежностью. Мои родные сестры. Вот Лада - старшая, сильная сестра, Алиска - младшая. Полтава - самое экстравагантное существо в поселке. Длинные темно-русые волосы и белый хайратник, джинсы в заплатах, которые она даже и здесь упорно таскает. Такое странное имя она приобрела в Системе.

На стенах безликих увидит рассвет

Начертанный мелом голубя след.

Друг друга узнают за сотню шагов

Славные дети Державы Цветов...

Между тем Дан тронул коня и выехал на старт, по обыкновению, он слегка улыбался. Трое соперников осталось для него, трое самых сильных и метких. Один из них, я знала его плохо, встал рядом с ним на своей гнедой быстрой кобылке, встряхивая копьем с синеватой бахромой. Кто-то свистнул, и кони помчались вперед через площадь, приближаясь к нам - мы хорошо видели подвешенный между деревьями диск. Две сильные руки отведены, два копья свистнули в воздухе почти одновременно, но белое первым зазвенело о диск. Мальчишка бросился поднимать копья, всадники подождали его и отъехали назад. Теперь рядом с Даном встал другой соперник, победивший остальных, его звали Кир, голубые его глаза посверкивали азартом, а прекрасный серый в яблоках рысак нетерпеливо перебирал ногами. Кир нравился мне, он был отличным парнем, но нетрудно догадаться, кому я страстно желала победы. Кони понеслись, легко работая сильными ногами, они мчались рядом, красивые, высокие, и снова отведены для броска руки, и копья полетели вперед. Увы! Копье Кира пронеслось мимо, и одинарный чистый звон раздался над площадью. Все молчали, не выражая чувств, это было не принято, и я не двигалась и молчала, хоть сердце разрывалось от гордости и наслаждения... И вот он снова на старте. И третий соперник рядом с ним - Виктор на черном Акае. И он красив, конь его одного роста и одной силы с Асгардом, лицо Виктора - как вылитый профиль героя, и малиновая бахрома свисает с копья. Вот кони помчались через площадь, и нельзя не любоваться ими, сильные мышцы ходят под вороной короткой шерстью, и под белой шерстью, могучие и быстрые, как ветер, звери вытянулись в летящие стрелы, и всадники их не подведут, о, нет! Вот они уже на расстоянии броска. И Королева смотрит на них, смотрит на самого верного своего сына, и все вокруг затаили дыхание. Но я-то знала, кто победит. И вдруг время стало идти медленно, тихо, и как в замедленной съемке я видела руки всадников, в белом широком рукаве и в малиновом рукаве, и копья в них, и лица... И рука Дана была отведена чуть дальше и раньше, копье его готово к полету чуть скорее. Но вдруг словно легкая улыбка тронула его губы, и на долю секунды он задержал бросок. Вторым полетело копье Дана, и вторым, явственно вторым ударилось о медный диск. Я едва сдержала вскрик... Виктор победно вскинул поданное ему копье, но лицо его не было радостным. Он стал искать кого-то взглядом. Я поняла - кого, и быстро встала.