Девять жизней одной Кошки - Юлия Васюкова

Как оказалось, что-то подобное во мне вызывает теперь ещё и бета клана отца. В его присутствии я менялась, становясь агрессивной, злой, не похожей на саму себя. Мне казалось, что что-то рвёт меня изнутри, раздирает на части и сжигает, заставляя то тянуться к нему и жаждать его прикосновений, то хотеть увидеть его кровь, порвать на куски, впиться зубами в мягкое, податливое горло.

И самое странное. Чем больше я его не видела, тем сильнее хотела, что бы он пришёл. Но стоило ему появиться, как у меня возникало желание отослать его обратно, а ещё лучше просто выкинуть из дома, впечатав в стену соседнего.

— Шел? — Выдернул меня из задумчивости голос пары моей сестры.

— Ах да, прости, — тряхнула головой, загоняя поглубже внутрь все свои чувства, сомнения, страхи. Сейчас я должна сыграть идеальную стерву, холодную и неприступную. Е скажу, что это будет так уж сложно, но и не легко, определённо. Однако, сейчас нет времени на размышления о том, сколько и чего именно будет стоить мне предстоящий разговор. Зарат всё ещё вопросительно на меня смотрит. — Я хочу что бы ты прекратил себя так вести. Если я показала слабость, это ещё не повод делать из меня беззащитное создание. Ясно?

— О, у моей кошечки есть коготки, — ласкающий, бархатистый смех со стороны дверей подтвердил мои худшие подозрения. Он не мог не прийти.

С другой стороны, двое мужчин у моих ног… Это будет шикарное представление для эльфиков!

Откинув голову назад, впервые с той ночи рассмеялась. Дико, безумно, несдержанно и… Страшно. Арго говорит, что когда я так смеюсь, кажется, что мир тонет в мрачных тонах, в моём безумии. Отчасти ты права, сестрёнка. Но лишь отчасти.

— Вы идёте со мной, — резко бросила, отсмеявшись и вновь вернув себе способность мыслить трезво. Правда, снова с оговоркой — отчасти. Кошка никогда не может избавиться от безумия до конца, так и я. Когда сама этого хочу.

Мужчины немного удивлённо смотрели на меня, а я не обращала больше на них внимания, выйдя из ванной в кабинет и рассматривая приготовленную для предстоящей встречи одежду.

Чтобы не потревожить раны своей хозяйки, Хатт принёс свободные рубашки и широкие штаны, обеспечивающие минимум контакта ткани и кожи. Но это не подходило для моей задумки. Нет, я не собираюсь прятать нанесённые увечья, не сегодня. Они хотят увидеть сломанную куклу, которую охраняют два жалостливых кота.

Но увидят совсем другую картинку.

— Хатт, — мой голос был совершенно спокоен, лишён каких-либо эмоций. Энтони и Зарат смотрели на меня с некоторой долей недоумения.

— Госпожа? — Домовой эльф чуть вжал свою голову в плечи, старательно теребя края рваной рубашки, служившей ему одеждой. — Госпожа чем-то недовольна?

— Да. Одежда нужна другая, — лёгкий жест руки и скомканная рубашка со штанами врезалась в маленькое существо. — Облегающее платье. Чёрное. С открытой спиной, без рукавов и достаточно глубоким декольте. Домашние туфли и широкий белый палантин из полупрозрачного шёлка. Ещё мне нужна заколка для волос. Желательно длинная деревянная спица.

— Это всё, госпожа? — Дрожащим голосом осведомился Хатт. Его пугало моё настроение. Домовые эльфы очень чуткие существа, они легко угадывают в каком настроении находиться их хозяин. И сейчас Хатт ощущал мою злость, возбуждение, которые я очень тщательно скрывала. Он очень сильно боялся того, что все эти чувства направлены на него.

— Бельё. Простое, хлопковое. И трость. Ту самую тонкую трость, Хатт. Ты меня понял? — Мой взгляд остановился на домовом эльфе. Он дрожал и что бы хоть как-то его успокоить, я добавила, на полтона снизив голос. — Успокойся. Всё, что я испытываю, не имеет к тебе никакого отношения. Иди, выполняй.

— Да, госпожа, — его уши приподнялись, от видимого облегчения, и Хатт испарился, оставив меня один на один с двумя мужчинами, жаждущими получить ответы на свои вопросы. И это только первая партия за сегодняшний день.

— Ты сошла с ума? — Без каких либо прелюдий начал Зарат. Я задумалась над данным предположением и, спустя пару секунд, кивнула головой. — Шел, это безумие! Показывать им собственное тело, в таких шрамах — признавать, что тебе понравилось!

— Или же показать, что я не стыжусь и не боюсь их? — Чуть вскинула брови, гадая, отчего же Энтони молчит.

— Шелара, ты не сможешь им ничего доказать! Только то, что ты доступная девчонка, готовая на всё, и согласная на любые ухищрения! — Вспылил тигр и стал метаться по комнате. Меня же это насмешило, и я снова рассмеялась, правда теперь уже более мягким, мирным смехом. — Не вижу ничего смешного!

— Тогда подойди к зеркалу, маленький мой! — Фыркнув, недоумённо пожала плечами. — Зарат, то, что я собираюсь им показать, в какой-то степени конечно позаимствовано из репертуара портовой шлюхи и дорогой куртизанки, но, прости мою дерзость, они не смогут заявить свои права на моё тело. Потому что пусть играть я буду достаточно распутную женщину, но хозяйку своему телу и самой себе! И моё единственное условие вашего присутствия при этой встречи — полное подчинение!

Раздался треск ломаемого дерева и на пол осыпалось то, что раньше, в принципе, было частью двери. Проследив за тем, как красиво падают обломки, подняла взгляд на внешне весьма равнодушного, к окружающей действительности, Энтони.

— Ломать что-либо в моём доме не разрешается, — улыбнулась, внимательно следя за сузившимися янтарными глазами, в которых зрачок при неярком освещении комнаты напоминал вытянутый овал. Что-то такое было в его взгляде, что я предпочла за лучшее промолчать и не говорить больше ничего в его адрес.

— Итак, ты решила с ними поиграть, моя дорогая, — медленно протянул мужчина, отвернувшись к окну и сложив руки на груди. Как я понимаю, это что бы больше ничего не сломать. — Чего же ты хочешь добиться от них?

— Подчинения, — передо мной появился Хатт и разложил на диване одежду, которую я просила. Трость эльф подал мне в руки, после чего поклонился, дождался благодарного кивка и снова исчез, оставив меня один на один с двумя недовольными котами. Ну ещё бы! Маленькая беззащитная дурочка, вдруг стала сопротивляться и говорить им, что они должны делать, а не наоборот.

— Как и от нас? — Он чуть усмехнулся, я видела, как приподнялся уголок рта, но тут же вновь вытянулся в ровную линию. — Хочешь править всеми мужчинами, детка? Уверена, что силёнок хватит, а? Не боишься ломать свои красивые зубки?

— Фу, как приторно, — протянула, снимая брошь и скидывая кусок шёлка на пол, нисколько не стесняясь присутствия двоих мужчин. А смысл? Они оба видели меня и не в таком виде, во всяком случае, прятать определённо было уже нечего. — Никогда не думала, что ты способен на такую откровенно фальшивую лесть, Энтони. И на такое фатальное заблуждение, — говорила и одевалась. Осторожно расправляя и натягивая ткань. Сначала трусы, довольно простые и скромные, правда, плотно облегающие бёдра. Следом наступила очередь платья. Так как оно тоже было весьма облегающим, перетягивать грудь не пришлось, платье хорошо сидело, поддерживая и не стесняя движений. Раны, потревоженные тканью, противно заныли и я поморщилась, расправляя подол юбки на коленях. — Разве я хоть словом обмолвилась, что мне нужно править кем-то? Нет, дорогие мои, власть — это не то, чего я желаю в жизни. Как не банально, но моё единственное желание — это простое женское счастье: дети, семья, любимый, — аккуратно натянула на ноги домашние туфли и медленно выпрямилась, ощущая, как зудят шрамы от движения ткани платья. Снова поморщилась. Мне придётся запастись изрядной долей терпения, что бы сыграть так, как нужно. Осталось только убедить этих упрямцев в том, что я не сошла с ума. Ну… Не более, чем обычно. Подхватив трость, развернулась к ним лицом и усмехнулась, заметив их напряжённые позы и горящие желанием, напополам с восхищением, глаза. — Я не прошу вас подчиняться мне всегда, тем более — не ожидаю от вас этого. Просто сегодня, здесь и сейчас я прошу о единственном одолжении с вашей стороны — подыграть мне. Карлиэль и Арсир не те нелюди, которых можно взять на слабо или же обдурить дешёвыми фокусами. Здесь идёт игра на крупные ставки и они очень не хотят проигрывать. Как и я. Ну так что?