И нет мне прощения - Татьяна Гармаш-Роффе

– И откуда он взялся на стоянке?

– Каюсь, Кис, я не уследил. Может, он сел им на хвост еще у дома? Иначе как бы он узнал, где Манон? Но я не предполагал, что кто-то может оказаться на хвосте, кроме меня, и не проверил… А мне он всю малину испортил.

– Дальше!

– Этот парень заорал что-то, – я не разобрал, встал на стоянке слишком далеко, чтобы слышать, – и в результате он прям-таки вынул Манон из рук Кости, уволок к себе в машину. Манон была вялой, не сопротивлялась, будто не понимала, что происходит. Сейчас они едут в город, я за ними. Позвоню, как только пойму, куда они направляются!

Алексей отправился из Теплого Стана в центр. Мобильный он переложил в нагрудный карман, воткнул наушники, – он с тревогой и нетерпением ждал сообщений от Игоря и заранее оснастился.

Несмотря на поздний час, машин на дорогах было много – не сказать, чтоб пробки, но все же ехать приходилось медленно. Игорь позвонил, когда Кис не проделал и половины пути.

– Похоже, что хмырь этот везет Манон домой… Они уже на Ленинградке. Тут движение сносное, так что скоро узнаем!

Алексей решил двигаться в сторону Покровки, где обитала Манон: если вправду ее везут домой, то он очень бы хотел с ней пообщаться. Прямо сейчас!

– Ну все, Кис, он привез ее домой. К ней домой, в смысле. Сейчас они оба там. А я у ворот.

– Оставайся на месте! Я скоро буду!

Алексей на ходу набрал мобильный Манон. Телефон не был отключен, однако не ответил. Он снова набрал: хоть Манон, похоже, опять под действием каких-то психотропных препаратов, но тот парень мог отреагировать на звонок!

Нет, не отреагировал.

Алексей набрал домашний девушки. Долго раздавались гудки, но Кис не сдавался… И наконец ему ответил мужской голос!

Детектив, изрядно истощив запасы своего красноречия, все же добился своего: напросился в гости.

Увидев недалеко от ворот ограды машину Игоря, он жестом показал ему, что собирается подняться в квартиру.

– А я? – Игорь опустил стекло.

– Жди тут.

…Манон спала на диване в большой комнате.

– Надо ее разбудить, – сообщил Кис.

Молодой человек не то чтоб красивой, но удивительно аристократической наружности – или, как еще говорят, «породистой», – выбросил руку, преграждая детективу путь к дивану.

– Не надо, – твердо произнес он.

– А вы кто, собственно?

– Старый друг.

– Имя у старого друга наличествует?

– Петр. Ломов.

– Зачем вы увезли Манон из ресторана?

– Откуда вам это известно? За мной следили?

– Не за вами. За Манон.

– Вы? Я знаю, вы частный детектив. Я видел вас в фонде Манон. Так кто следил: вы или полиция?

– Не полиция. Мой ассистент. Зачем вы увезли девушку? Вырвав ее, можно сказать, из рук ее поклонника?

Петр скривил хорошо очерченный рот.

– Не ваше дело.

– Незачот, – воспользовался детектив словечком из интернет-сленга. – Дело как раз мое.

Петр, набычившись, смотрел неприветливо.

– Вы ведь и вчера за ней следили, а?

– А ваш ассистент, он следил и вчера, а? – парировал Ломов.

– Нет. В этом вся и проблема. Потому что вчера произошло что-то странное… И, если вы следили, то ваши показания… Ваша информация, – быстро исправился детектив, убоявшись негативной реакции на полицейский лексикон, – может оказаться очень важной! Вы вчера видели, как этот Константин… Он ее увез куда-то после ресторана, верно? А вам показалось, что он девушку споил… Или что вам показалось?

– Что мне этот тип не нравится! – буркнул Петр.

– Поэтому вы сегодня Манон из его рук вырвали?

– Положим.

Кис немного подумал. Судя по всему, этот парень считает, что Алексей грубо вмешался в их личные отношения. И откровенничать не станет, пока не поймет: личного тут мало!

– Вы уже знаете, что я частный детектив. Меня наняли в помощь полиции. Убийство Аиды выглядит очень загадочно. Вы согласны?

Неожиданно две кошачьи мордочки высунулись из-под дивана, уставившись любопытными глазенками на мужчин. Когда детектив приходил к Манон в прошлый раз, тут был лишь один котенок. А сейчас вдруг две штуки, причем один совсем малыш, месяц-полтора, не больше…

По правде сказать, котята не входили в сферу интересов детектива. И все же он спросил, хрен его знает почему:

– Надо котят покормить, наверное, а?

«Это потому, что у меня есть дети, – сообразил Кис. – И, когда они были грудными, у них имелся точно такой же первородный инстинкт: еда! Залог выживания маленького живого существа…»

– Я их уже покормил. Не беспокойтесь, – ответил Петр.

Когда Манон очнется, она, без сомнения, будет благодарна Петру за то, что позаботился о ее зверушках, подумал Кис.

– А теперь вокруг Манон происходят странные вещи, – продолжил он. – Вчера у нее были галлюцинации…

О загадочном слове «избавиться» Алексей решил умолчать: он пока плохо представлял, что за человек перед ним. Манон о нем не упоминала в разговоре с детективом, и его статус «старого друга» пока не проверен. Как знать, а вдруг именно он произнес то слово?

– В ресторане, в обществе Константина, – продолжал Кис, – она пила только вино. По крайней мере, так она мне сказала. На галлюцинации не потянет, согласны?

– Значит, наркоты этот хрен ей дал, – хмуро ответил Ломов.

– Вот и я так думаю. Но зачем?

– Чтобы склонить Маньку к сексу, зачем же еще!

Он ревнует, – понял детектив. Ревнует! Стало быть, Манон ему небезразлична… И это хорошо, просто отлично! Надо только суметь завербовать его в союзники!

– Нет, Петр.

– Отчего же «нет»?

– Константин вышел из того возраста, когда сперма мозги захлестывает, это раз. И два, он богат. Значит, для примитивного траха всегда найдет легкую кандидатуру.

Петр посмотрел на него с таким выражением, словно детектив снял груз с его души.

– Манон, – продолжил Алексей, – девушка, конечно, очень привлекательная. Но столь затейливо добиваться физической близости с ней Константин не стал бы. Богатые люди не всегда фатально циничны, зато всегда практичны, вы согласны?

– Я и сам богатый, – буркнул тот.

– Значит, практичны?

– Еще как. И циничен, запишите.

…А Манон-то ты любишь, парень! Циничные не умеют любить, к твоему сведению! Цинизм – это клиническая смерть души. От которой не спасет даже дефибриллятор.

Этого Алексей не произнес, разумеется.

– В таком случае, вы и сами отлично знаете, что для секса всегда имеется широкий выбор из девиц разного рода. Одни сами ищут приключений на одну ночь, другие ищут богатого «спонсора», уж не говоря о профессиональных «феях»…

– Что еще за «феи»?

– Ну как же, неужто не слыхали? Это проститутки, принимающие клиентов у себя на дому.

– Не имею чести знать, – холодно ответил Ломов. – На мой взгляд, вы ушли в сторону, господин детектив.

Кис согласно кивнул: ушел. Он бы и еще поуходил в сторону, чтобы разговорить этого парня, почувствовать его характер получше. Да не выйдет: Петр Ломов за нитью беседы строго следил.

Алексей еще чуток подумал, довериться ли ему, пусть и не до конца… И решил, что придется. Иначе никак его в союзники не завербовать. А он вчера за Манон следил и знает важные вещи!

– Я подозреваю, что Манон могла что-то слышать такое… Такое, что для убийцы ее сестры может оказаться опасной информацией, понимаете? И именно поэтому Константин уже второй день пытается ее подпоить и даже наркотиками накормить, похоже… Надеется выведать, что известно Манон!

– Вы уверены?

– Нет. Это гипотеза. Чтобы она превратилась в уверенность, мне нужны факты. Нужны доказательства, что Манон приняла какое-то психотропное средство, которое подсыпал ей именно Константин. А то, как знать, может, у нее в сумочке всегда с собой понюшка кокаина?..

– Манон не дура, чтобы наркотиками баловаться! – раздраженно бросил Ломов.

– Вы «старый друг», это я понял. А как насчет современности? Вы и «современный друг»? И все ваши сведения «апдейт»?[3] – Кис снова воспользовался интернет-сленгом, к которому пристрастился в последнее время с легкой руки Риты, своей последней клиентки[4].

По лицу Петра он понял, что ткнул пальцем в больное место. Похоже, статус «старого друга» не обновился. Да и то, разве пошла бы Манон ужинать с новым поклонником, если бы у нее существовали любовные отношения с Ломовым?

– Собственно, – продолжил Кис, – я с вами согласен насчет того, что сама Манон дурью не баловалась. Иначе б она не стала рассказывать о галлюцинациях: она бы отлично знала, откуда они взялись! Тогда как она искренне недоумевала… Короче, чтобы превратить гипотезы в факты, а) я должен ее расспросить об этом вечере; б) нужно срочно взять у нее кровь на исследование и установить, что за психотропное средство в крови присутствует; в) услышать от вас все, что вы знаете.

Петр немного подумал.